Рюдигер Юнгблут – Автомобильная династия. История семьи, создавшей империю BMW (страница 41)
Правление и наблюдательный совет явно недооценили масштаб ждавшего их противостояния. Герберт Квандт тоже был поражен. В зале конгрессов царил хаос. Наконец, адвокату из Франкфурта Фридриху Маттерну, представлявшему тогда интересы дилеров BMW, удалось направить злобу акционеров в правильное русло.
Маттерн, в отличие от Нольда, не был жестким нападающим. Его сила заключалась не в эмоциях, а в фактической стороне дела. Маттерн и дилеры, естественно, знали, что компания переживает серьезные проблемы. Однако они знали и о ценности марки BMW. Им было ясно, что во времена всеобщего подъема автомобильной промышленности подросший коллектив фабрики в Мильбертсхо-фене – настоящий козырь, на котором можно разбогатеть. Так не должно ли это собрание ознаменовать новое начало?
Дальнейшее существование дилеров BMW зависело от будущего концерна. Потому в противовес предложению о слиянии с Daimler Маттерн представил на суд акционеров следующую альтернативу. Компания MAN из Аугсбурга уже давно интересовалась покупкой предприятия BMW Triebwerksbau GmbH в Аллахе, производившего двигатели для самолетов. MAN была готова заплатить 30 миллионов марок. Маттерн предложил акционерам продать свое дочернее предприятие, вложить вырученные деньги в санацию BMW и таким образом спасти компанию. Доля акционерного капитала должна была увеличиться за счет выпуска новых акций, которые прежде всего будут предлагаться акционерам BMW, а не акционерам Daimler-Benz.
Председатель собрания Файт попросил время подумать. После 20-минутного перерыва он объявил, что правление и наблюдательный совет BMW считают предложение Маттерна нереализуемым. Файт, очевидно, решил до конца отстаивать идею слияния с Daimler. Его уверенность основывалась прежде всего на факте, что банк на собрании представлял почти три четверти голосов акционеров. Сколько бы миноритарные акционеры ни бушевали, в конечном счете это бы не помогло.
Файт, однако, не принял в расчет находчивость Маттерна. Сначала адвокат заявил, что заседание необходимо перенести, поскольку оно бесперспективно. Тогда Файт провел голосование. Благодаря представителям банка собрание большинством в 70 % решило продолжить заседание, длившееся к тому времени уже почти десять часов. И тут Маттерн вытянул свой козырь. Он знал, что, согласно акционерному праву, существовала еще одна возможность перенести заседание: в случае если отчетность за прошедший финансовый год содержит ошибку, то для того чтобы прервать собрание акционеров, достаточно 10 % голосов. А такая ошибка была. Маттерн обнаружил, что в расчете прибыли и убытков за 1958 год не были указаны расходы на разработку новой модели BMW 700.
Состоялось новое голосование за предложение Маттерна. После подсчета голосов Файт огласил результат: оппоненты взяли верх. В зале поднялся гром аплодисментов. Миноритарных акционеров охватила эйфория. Давид победил Голиафа. Предложение о санации от наблюдательного совета и правления теряло актуальность из-за переноса заседания, поскольку Фридрих Флик выставил акционерам BMW определенные сроки. Отсрочка решения фактически означала, что его предложение о поглощении было отклонено.
Крупный акционер Герберт Квандт наблюдал за спектаклем с живым интересом. «Акционеры не хотели пойти безопасным, надежным путем, не рассмотрев другие возможности или решения, – писал он об этом позже. – Для меня произошедшее означало, что в 1960 году я могу принять тяжелейшее в своей жизни решение, которое касалось непосредственно моей семьи и меня самого, поскольку именно нам пришлось бы взять на себя все риски. Я в какой-то мере стоял на распутье, так как должен был либо, понеся определенные убытки, отказаться от своей доли и потерять BMW, либо принять все обязательства и риски».
В итоге Герберт Квандт решил взять на себя бразды правления компанией и попытаться оздоровить предприятие. Оглядываясь назад спустя 20 лет, он так описывал тот момент: «Этим решением я определенно приблизил свое счастье».
Что же интересовало Герберта Квандта в BMW? Хроникер компании Хорст Менних писал об этом так: «Свою любовь он отдавал автомобилям. Здесь деньги, вложенные в компанию, нужны были ему не только для того, чтобы обеспечивать власть. Его амбиции простирались шире. Квандт хотел оказывать творческое влияние на завод и на производимую продукцию, сделать то, что не удалось реализовать в Daimler-Benz». По факту баварская автомобильная компания была для такого инвестора куда более продуктивным полем для деятельности, нежели штутгартский концерн. В Daimler-Benz правление занималось созданием новых моделей, производством и стратегиями продаж, но главное направление определял Фридрих Флик, самый влиятельный акционер. В BMW же, напротив, правление находилось в перманентном конфликте с акционерами. После собрания 1959 года наблюдательный совет был распущен. В общем, компания BMW была кораблем без капитана.
А 50-летний Герберт Квандт был в каком-то смысле капитаном без корабля. Хоть вместе с братом он и управлял большой промышленной империей, она в значительной мере являлась результатом работы его отца. Герберт Квандт не считал собственным достижением то, что он возглавил AFA. Этот пост был результатом принадлежности к семейству Квандтов. Безусловно, он был грамотным управленцем, а также обладал хорошим чутьем на перспективные вложения. Однако Герберту хотелось пройти настоящее испытание. Сможет ли он сам спасти предприятие, столкнувшееся с трудностями? Можно ли считать его настоящим предпринимателем? Это еще только предстояло доказать.
Встав во главе BMW, промышленник, по обыкновению, начал систематизировать рабочие процессы. Сначала он решил выяснить, насколько перспективной являлась новая малолитражная модель BMW, запуск которой в производство вот-вот должен был состояться. Эрнст Кемпфер, в то время занимавший пост финансового директора, представил ему автомобиль. BMW 700 казалась безупречной с технической точки зрения, да и выглядела просто замечательно. Квандт, чье зрение стремительно ухудшалось, ощупал кузов руками. Затем он сел за руль, однако для тест-драйва его глаза были слишком слабы.
Но Герберта Квандта интересовала оценка независимых экспертов. Кемпфер получил указание показать BMW 700 председателю правления Daimler Фритцу Наллингеру. После проверки и пробной поездки по испытательному полигону Наллингер позвонил Квандту и сказал: «Автомобиль можно пускать в производство».
В маленьком семисотом Герберт Квандт видел удачное начало. BMW могла бы успешно продавать его, пока, наконец, не предложит новые практичные модели покупателям среднего класса.
Одновременно промышленник стремился получить политическую поддержку свободной республики, намереваясь с ее помощью вывести автомобильную компанию из кризиса. BMW в Баварии была чем-то вроде промышленной национальной святыни. Поэтому Квандт вступил в контакт с баварским Министерством финансов и объявил о своем желании купить Bayerische Motoren Werke. Чиновники и министр Рудольф Эберхард были приятно удивлены. Они поняли, что цель предпринимателя гораздо глубже, чем простое обогащение. Кроме того, богатый промышленный инвестор был, по их мнению, именно тем, кого так не хватало BMW. В итоге правительство Баварии заверило Квандта, что он может рассчитывать на их поддержку.
Однако Герберт Квандт предпочитал действовать скрытно. Он отказался от должности в наблюдательном совете, но, как крупный акционер, имел право выдвигать кандидатов. Квандт воспользовался им, чтобы ввести в совет двух доверенных лиц. Один из них, Герхард Вильке, адвокат из Франкфурта, уже в течение многих лет работал в группе компаний Квандта. Другим был Йоханнес Землер, аудитор по профессии, кроме того, являвшийся президентом Объединения держателей личных ценных бумаг. Он заработал хорошую репутацию благодаря смелой критике политики оккупационных властей, когда работал экономическим советником в Бизонии.
Позднее часто скрывался тот факт, что весной 1960 года Герберт Квандт предпринял новую попытку объединить BMW с Daimler-Benz. После знаменательного собрания акционеров данная идея совсем не была очевидной. Но BMW требовались еще деньги. Компания из Штутгарта не согласилась за долю в 50 % предоставить капитал для оздоровления предприятия, и тогда Вильке предложил им большинство: Daimler-Benz могла приобрести 51 % акций, однако BMW должна была остаться самостоятельным производителем. Получалось, что заводы BMW станут производить запчасти для Daimler-Benz. Правление было готово пойти на такой компромисс, а вот Фридрих Флик не согласился. Акционеры BMW отказали ему, и теперь он не собирался помогать им и выводить их компанию из кризиса.
Руководство BMW вело переговоры и с другими компаниями, стремясь получить необходимые средства, прежде всего с большими американскими концернами вроде American Motors, Chrysler и Ford, а также с Simca и Fiat. Вскоре Rheinstahl-Hanomag показала свою заинтересованность в получении доли предприятия. Кроме него концерн MAN из Аугсбурга также был не против помочь BMW. MAN хотел развиваться, прежде всего в области производства двигателей. В конце концов, концерн приобрел половину дочернего предприятия BMW, занимавшегося двигателями, а кроме того, предоставил BMW долгосрочный кредит на оздоровление предприятия. В общей сложности, таким образом, в кассу BMW поступило 37 миллионов марок.