Рустам Разуванов – Либежгора (страница 66)

– Ничего себе! Ты посмотри на глаза свои, все сосуды полопались!

– Что?

– Ты хоть слышишь меня?

– Да.

– Голова кружится?

– Немного, сейчас уже прошло.

– Ну точно, угорел, да ты с ума сошел! Так ведь и умереть можно!

– Да ну, брось ты.

– Ничего себе, как насдавал. Пар столбом с тебя валит. А внутри-то какой туман, ты что?

– Да все хорошо, я случайно задремал, сейчас за минутку помоюсь и выскочу.

– Не вздумай даже спать.

– Нет-нет, теперь уже точно нет.

– Надо выпустить пар. – С этими словами мама открыла дверь еще шире и подождала, пока густой туман не выйдет из бани. Она долго обмахивала меня полотенцем, пока я окончательно не смог ее убедить в том, что со мной все в порядке.

– Я все же помоюсь, я могу. Все хорошо, я больше не усну уже точно.

– Смотри мне, я тут буду, на огороде, возле окошка как раз, через каждые пять минут буду подходить и тебя спрашивать, и не вздумай мне не ответить.

– Хорошо.

Мы еще немного посидели в предбаннике, пока я окончательно не пришел в себя, хотя поначалу на прохладном воздухе мне оказалось даже хуже, чем внутри. Но вскоре давление упало до нормального, и я окончательно очнулся. Пока я остывал, мама еще раз чуть-чуть приоткрыла дверь, выпустив остатки пара, а потом захлопнула парилку и вышла из бани в огород.

Глава 31. С гробом в гости

– Ты как хоть там угорел?

– Да уснул, говорю же.

– Ничего себе. Так ведь и не проснуться можно, нельзя так, не выспался, что ли?

– Да вроде выспался.

– Устал, устал он после Старой мельницы, наверное, с утра ведь самого подняли, да до этого еще ночь плохо спали.

– Ладно, чаю вот допивай, да полежи, отдохни, но не засыпай, а то к вечеру голова совсем тяжелой будет. И спать не захочется.

– Ну, тогда уж мне лучше вообще не ложиться, а то точно усну.

– Ну, не ложись, я вот Тимку выпустила, хочешь, с ним поиграй.

– Хорошо, там видно будет.

– Ну ладно, Рома, мы собрались, пойдем попаримся да маму помоем.

– Вы с травкой той пойдете?

– Да, а потом вернемся, и дома еще окурить надо, теть Нина сказала, что придет, поможет.

– А она зачем?

– Да пускай, я все рано не знаю, как там да что. Маму уж в бане попарю и травку пожгу, а дырки тут какие-то пускай она, я откуда знаю, какие дырки нужно.

– Хорошо.

– Она если раньше-то придет, пока мы в бане будем, ты ей дверь-то открой, чаю налей. Ну, чтоб все как полагается.

– Конечно, идите.

Когда они все отправились в баню, я остался в доме один и начал планировать, чем бы заняться и как убить время до вечера. Работы почти никакой уже не осталось. С друзьями видеться особо не хотелось. Да и к тому же, нужно было обсохнуть после бани. Оставалось лишь выйти прогуляться по огороду или по деревне, пока окончательно не стемнело. Пока я придумывал, как же поступить, на крыльце раздался скрип двери. Кто-то поднялся по ступеням и вошел в коридор. Хлопнула входная дверь.

– Кто?

– Да это я.

– А, это ты, мам.

– Полотенце себе забыла. Всем взяла, а себе нет.

– Ясно.

Повозившись немного в шкафу, она взяла то, за чем возвращалась, и снова ушла. Издалека послышался скрип ступеней на крыльце, хлопок двери и легкий лязг цепи Тимы, по всей видимости, потянувшегося к маме. Я поймал себя на мысли, что кругом опять раздавались какие-то звуки. Скрипы, шорохи. Не внутри избы, а где-то в глубине дома. То ли из клити, то ли со двора. Но мне почему-то не было страшно. Меня совсем не тревожила мысль, а вдруг это что-то опять не то происходит. Все было спокойно. Я надел сапоги, накинул фуфайку и вышел из избы в коридор. Там было темно, но я спокойно дошел до крыльца, повесил замок, а ключ, как и положено, спрятал за доской. Выйдя с крыльца, я повернул завертку и принялся трепать пса. Вдоволь наласкавшись, Тима упал прямо мне под ноги, умиротворенно рыча.

– Скоро домой, да? Утомился, бандит? Или не хочешь в свою конуру?

Когда мне наскучило мое занятие, я решил отправиться в сад. Ягоды уже все были собраны, поэтому пришлось довольствоваться кислыми яблоками. Съев парочку, я перешел к красной рябине, а потом и к черноплодке. Осознав, что если я не остановлюсь, то скоро у меня язык перестанет двигаться от вязкости во рту, я направился в сторону бани. Подойдя к покосившемуся забору, я остановился и поглядел в сторону леса. Вечерние сумерки плавно превращались в темноту. Тишина.

У бани было слышно, как переговаривалась моя родня. Я не слышал, о чем они говорили, но по интонациям было понятно, что все в порядке. Раздался лай. Баба Нина. Я побежал скорее к крыльцу, чтобы старушке не пришлось ждать под окнами или чтобы она и вовсе не ушла, заметив закрытую заложку на двери. Но когда я подбежал к крыльцу, никого не было. Тима, облизнувшись, посмотрел на меня. Дверь на крыльце была не заперта. Мне стало не по себе. Я припомнил слова бабушки о том, что вечером к нам придут. Я аккуратно приоткрыл дверь, даже и не думая заходить внутрь, и увидел, что замок снят. Через мгновение кто-то громко затопал в коридоре. Я даже не успел толком испугаться, как на пороге появилась тетя Таня.

– Ух… А я думаю, кто тут… Опять что-то забыли?

– Да не говори, что и за дело, всей толпой собирались, и туда-обратно теперь бегать!

– Как там? Все хорошо?

– Ну, а чего же нет, баня не остыла, дак хорошо!

Тетя Таня вышла, а я решил зачем-то зайти в дом. Я попросту слонялся, скучая от безделья. Тима снова залаял. Я выглянул в окошко. Баба Нина шла мимо крыльца в сторону бани. Видимо, увидела тетю Таню и решила сразу пойти к ним. Ну, вот и ладно. Не собираясь их дожидаться, я просто прилег на кровать. И разумеется, сразу же уснул.

Мне снилась какая-то несуразица. Сначала мы всей семьей сидели за столом и ужинали. Потом пришли какие-то гости, мы были им рады, а они, встав на пороге и открыв дверь, стали звать еще кого-то. Через минуту эти кто-то хотели зайти к нам в избу с гробом. Они зачем-то тащили с собой пустой гроб. Тетя Таня стала на них ругаться и просила оставить гроб в коридоре, но незнакомые люди, особенно какая-то пожилая старушка в рваной фуфайке, очень возмущались этому. Старушка уговаривала нас принять всех гостей с гробом, потому что без гроба никак нельзя, «не по-людски». Затем мы опять были на каком-то кладбище, но гробы там были не в земле, а снаружи, а кругом ходили какие-то люди, тоже незнакомые. Потом, помню, мы копали в огороде какую-то яму и откопали там странный небольшой домик, в котором не было ни окон, ни трубы – ничего, кроме одного маленького узкого прохода. Прибежали какие-то цыгане с детьми и начали уговаривать нашу бабушку пойти жить в этот дом вместе с ними. Она не хотела и сопротивлялась, но они как-то ловко подтаскивали ее все ближе и ближе к этой яме с домиком. Мы пытались прогнать их, но начался очень сильный ураган. Мы все спрятались за нашим домом. Ветер, дувший со стороны леса, срывал у дома крышу. Ее куски полетели куда-то за соседние дома, прямо в речку, потом туда же полетел забор. Оторвались оконные дверцы. Мы сидели на земле, прижавшись друг к другу. Нам было очень страшно.

Я проснулся, когда на меня прыгнул кот. Он иногда, конечно, забирался на меня или еще на кого-нибудь, чтобы улечься поспать в тепле, но делал это переминаясь и приглядываясь, не прогонят ли его. А тут он просто запрыгнул и сел, словно на стул. Я смотрел в его глаза и чувствовал, что что-то не так. Я приподнялся, глядя в его светящиеся зеленые глаза, а он надавил мне на грудь передними лапами так, что я плюхнулся обратно в кровать. Он оказался таким тяжелым… Словно… Это невозможно с чем-то сравнить, он был просто невероятно тяжелым, я даже не мог оторваться от кровати, меня придавило так, что даже сама кровать заскрипела, прогнувшись к полу. Я ничего не понимал. Было тяжело дышать. Мне показалось, что кот начал меня душить лапами, причем я четко ощущал его пальцы, ладони и грубый хват, как если бы вместо лап у него были огромные мужские руки.

Я опять проснулся. Дышать было тяжело. Грудная клетка болела, как если бы все только что было по-настоящему. Я не мог привести мысли в порядок и уже через пару секунду начал забывать все, что мне снилось, кроме одного. Меня кто-то душил. Душил так, что я проснулся от этого с болью в груди. Вот ведь черт, весь день какая-то чушь снится из-за того, что с утра не выспался… А тут еще эта бабка со Старой мельницы… Чтоб им всем такое же снилось!

Глава 32. В зеркале

На крыльце хлопнула дверь. Через несколько секунд на пороге появились мама с Верой, а за ними и Таня с бабушкой.

– С легким паром!

– Спасибо…

– Да, спасибо, спал, что ли? Глаза заспанные.

– Ну да.

– Ну, теперь, значит, точно к вечеру не уснешь.

– Голова-то не болит?

– Нет-нет. Все хорошо. Только тут…

– Что?

– Да сны какие-то дурные мучают. Мне приснилось, что меня кто-то душит, пока я сплю. Натурально так!

– Ну, еще не легче!