Рустам Максимов – Взвод лейтенанта Кольчугина (страница 41)

Внезапно обстрел прекратился, словно его отрезало. До слуха разведчиков донесся далёкий грохот нескольких слитных разрывов, и за лесом взметнулся столб дыма. Над посёлком на малой высоте пронеслась тройка конвертопланов, удалилась куда-то в сторону. Появилась вторая тройка винтокрылых машин, сделала круг над полем, зависла в воздухе у околицы.

— Говорит "ноль-два-один", — прозвучало в эфире. — Наблюдаю передвижение в лесном массиве крупных сил пехоты и кавалерии. Вижу какие-то колесницы. Квадраты…

— Коричневые, похоже, решили окружить посёлок. Ради нас? Маловероятно. Чем же им приглянулась деревенька-то? — задумчиво произнёс командир роты, помечая продвижение вражеских войск. Затем Славнов обернулся к переводчику. — Лейтенант, вы поговорили с местными женщинами? Есть что-нибудь интересное?

— Насколько это было возможно, господин капитан. Если честно, то ничем не могу похвастаться, — пожимая плечами, признался лейтенант Санчес. — Здешний край достаточно плотно заселен людьми, и в округе таких селений с десяток, а то и более. Этот посёлок ничем не примечателен, и до сегодняшнего утра в нём не происходило ничего из ряда вон выходящего. Единственное значимое событие произошло лет пять назад. Тогда в деревню перебрался младший сын тутошнего племенного вождя, с молодой женой. Похоже, брак его сына с постолюдинкой очень раздражал вождя, и тот отправил отпрыска в почётную ссылку, что ли. Впрочем, это не важно, так, местные сплетни.

— Эх, Николас, Николас, хотя вы и служите в разведбате, но по-прежнему мыслите, как гражданское лицо, — слегка улыбнувшись, покачал головой ротный. — Допускаю, что мы абсолютно не разбираемся в местных делах, и совсем не знаем туземных обычаев. Но, сам факт присутствия в посёлке наследника знатного рода обязательно привлечёт внимание внешних врагов. Граница с Марабарией рядом… Ладно, опыт, и умение мыслить масштабно – дело наживное. Со временем научитесь, лейтенант, какие ваши годы.

— Капитан Славнов, заканчивайте распекать подчинённых, — из-за угла дома появилась группа десантников во главе с командиром четвёртой роты. — Юра, пора сваливать отсюда, пока за нас не взялись серьёзно. Одноглазый уже с полсотни кэмэ отмотал, пока мы здесь с черномазыми воюем.

Менее чем час назад четвёртая рота приняла встречный бой с коричневокожими кавалеристами, вышла из него победительницей, не потеряв ни одного бойца. Минут пятнадцать назад подразделение в полном составе покинуло занятый ранее хутор на пять-шесть хижин, и, совершив километровый марш-бросок по пересечённой местности, соединилось с "аквой".

— Мы, в целом, готовы, — оглянулся на бойцов Славнов. — Даниил, "колибри" твоей роты уже приземлились. Давай, загружайся с парнями, а мы – сразу же следом за вами.

— Добре, Юра. Но, вы тут не мешкайте, а то – столкнётесь со спешащей со всех ног ящерной кавалерией, — попытался пошутить капитан Кольцов, и повернулся к своим сержантам и офицерам. — Мобпехи, по машинам!

Три взвода "терры" быстро и организованно загрузились в десантные отсеки конвертопланов, и "колибри" поднялись в воздух. Пару минут спустя за околицей приземлились машины третьей роты, и разведчики "аквы" стали постепенно покидать огневые позиции. Первым грузился взвод лейтенанта Вавилова, занятый вялой перестрелкой с пехотой противника. Затем должна была наступить очередь бойцов лейтенантов Кольчугина и Риккардо.

— Говорит "ноль-первый-терра". С юга и юго-запада к деревне мчатся кавалерия и колесницы, а с запада вот-вот из лесу появится пехота. Мы вас прикроем, но вы поспешите! — вышел в эфир командир четвёртой роты.

— Владислав, Луис, слышали? Отрывайтесь от врага, — командир роты выглядел абсолютно спокойным, словно находился не в бою, а на учебных стрельбах.

Разведчики первого и второго взводов стали потихоньку покидать оборонительный периметр. Боец за бойцом, секция за секцией, отходили на западную окраину посёлка. Противостоящий с восточного направления противник, похоже, прозевал отход мобпехов. Рёв двигателей конвертопланов, готовых к немедленному взлёту, заглушал редкие ружейные выстрелы и короткие пулемётные очереди. Казалось, что всё идёт по плану, и десантники быстро покинут злополучную деревеньку.

— Я "ноль-первый-терра"! Прошлись над кавалерией, заодно обстреляли колесницы, — в наушники ворвался взволнованный голос капитана Кольцова. — Это не колесницы, а буксируемые многоствольные пусковые установки! "Аква", уходите быстрее! Слышите? Идём на второй заход…

"Колибри" третьего взвода успешно поднялся в воздух, но, набрав высоту в полсотни метров, почему-то взял курс на восток. Машина внезапно перешла на бреющий, выпустила ракеты "воздух-поверхность", и открыла огонь из автоматической пушки. Затем шарахнулась в сторону, разворачиваясь над полем на второй заход. В лесных зарослях загрохотали разрывы ракет.

— "Аква-три", по кому работаем? — в голосе капитана Славнова послышалась тревога.

— "Аква-три" на связи. Обстрелял вражескую пехоту, — с небольшим опозданием доложил лейтенант Вавилов.

Никто не обратил внимания, что на дальнем, юго-восточном краю поля показались две "колесницы". Коричневокожие артиллеристы распрягли тягловых ящеров ещё за лесом, и на руках выкатили установки на дистанцию залпа. В рёв самолётных двигателей вплёлся пронзительный визг летящих реактивных снарядов. Скорее всего, туземные расчёты очень спешили, и слегка ошиблись с наводкой. Шестнадцать ракет разлетелись широко по фронту, с недолётом, накрыв небольшую рощицу, край поля, и лишь часть посёлка. По обшивке конвертопланов забарабанили крупные осколки, мгновенно занялись огнём несколько деревенских строений. Похватав детей, из дворов горящих домов выбежали охваченные ужасом женщины, в панике заметались по улицам. Тушить пожары никто и не попытался.

— (Цензура!), ну, ни хрена себе – многоствольная артиллерия! — присвистнул лейтенант Риккардо. — Да это же натуральные "катюши"!

Пилот "колибри" третьего взвода засёк залп реактивных установок, и ответил пуском гиперзвуковой ракеты. Тремя секундами спустя, выжигая всё дотла, по позиции противника пронёсся огненный смерч. Ещё через минуту-другую конвертопланы четвёртой роты перемешали с землёй большой отряд вражеских всадников на динозаврах.

— Быстрее, быстрее! — махнул рукой лейтенант Кольчугин, подгоняя бойцов. — Крадо, отходи, мы почти на месте!

Из соседнего дома, словно ошпареная, выскочила негритянка с ребёнком, и столкнулась с лейтенантом, едва не сбив того с ног. Долю секунды женщина широко раскрытыми, безумными от безысходности глазами смотрела на чужеземного воина, а затем уцепилась двумя руками за рукав офицера, и быстро-быстро затараторила на своём языке.

— Да отвяжись ты! Чего пристала? — Кольчугин попытался, было, стряхнуть туземку, но та повисла на его плече, рыдая во весь голос, что-то лопоча умоляющим тоном. — О, Боже, я не понимаю тебя!

Из-за соседнего дома появился сержант Рол Торсон, неся на руках беременную аборигенку. Следом за ним рядовой Дрек Камано с закутанной в термоодеяло девочкой на руках, и пара испуганных, дрожащих женщин с зарёванными лицами. Процессию замыкал рядовой Кего Тапс, неся на руках двух маленьких детей.

— Рол! Вы, что, совсем охренели!? — Владислав на мгновение лишился дара речи, озарённый внезапной догадкой, и даже позабыл о вцепившейся в него женщине. — В машинах нет места для гражданских!!!

В это время туземка отпустила, наконец, плечо офицера, сделала шаг назад, и быстрыми движениями сбросила с себя всю одежду. Затем, не переставая умолять плачущим голосом, обнажённая женщина опустилась на колени, и склонилась к ногам лейтенанта, словно собиралась целовать тому обувь.

— Командир, мы не можем их здесь бросить! Этих баб и детей ждёт неминуемая смерть, когда придут коричневые! — решительным тоном ответил, словно отрубил, Торсон.

— Господин лейтенант, этот ребёнок не успел убежать ещё в прошлый раз. Всадники её поймали и изнасиловали. Я не смогу спать спокойно, если оставлю её здесь, — более дипломатично, но весьма твёрдо заявил Камано.

— Тысяча чертей! Неужели вы считаете меня бездушным монстром!? — возмутился Владислав, одним рывком поднимая аборигенку на ноги, а затем подхватывая её одежду. — На, оденься! Бери мальчонку, пошли! А вы полетите снаружи, на фюзеляже, умники!

Обременённые женщинами и детьми, разведчики двинулись к конвертопланам. По пути десантники повстречали секцию сержанта Ортеги с женщиной средних лет и двумя детьми, и капрала Васкеса, за которым семенила пожилая старуха с узелком в руках.

Выйдя к импровизированному лётном полю, лейтенант Кольчугин так и застыл на месте, поражённый открывшейся его взору картиной. Вблизи крайних домов посёлка бок о бок стояла пара "колибри", с ревущими моторами, готовая вот-вот подняться в воздух. Над полем зависла ещё одна машина, державшая под прицелом ракет и скорострелки опушку леса. К конвертопланам стекались мобпехи, большинство из которых приводили с собой чернокожих детей и женщин. Самых маленьких детишек бойцы несли руках, так же, как и некоторых обессилевших матерей.

— Товарищ капитан, вы поймите, коричневокожие не пощадят даже этого младенца, — покачивая кроху на руках, лейтенант Риккардо кивнул на его мать. — А баб они сначала трахнут во все дырки, а потом медленно, со вкусом, запытают до смерти. Атаковав утром селение, марабарцы никого не собирались брать в плен. Эти местные эрзац-собаки, "леопарды", не знают пощады, и сожрут любого, кто подвернётся им в зубы.