Рустам Максимов – Взвод лейтенанта Кольчугина (страница 40)

— Слушаюсь, господин капитан, — переводчик в сопровождении одного разведчика пошагали в указанную взводным сторону.

— Что со следами синекожих? Нашли? — ротный задал, пожалуй, вопрос самой первостепенной важности.

— Мы ведём поиск. Этим занимаются мои лучшие следопыты: рядовые Тапс и Камано, — лейтенант Кольчугин кивнул на правый фланг, где секция сержанта Торсона прочёсывала колючие заросли у ведущей в посёлок тропы.

— Чёрт, ещё этот бабий табор у леса, — поморщился Славнов, поднимая бинокль. — Послать к туземцам переводчика, что ли?

— Похоже, они сами не прочь пообщаться с нами, — прищурился командир второго взвода, глядя на приближающуюся группу женщин. — Если негритянки проявят инициативу, то я не против, а только за.

— Луис, ты хоть когда-нибудь можешь не думать о бабах? — покачал головой Кольчугин.

— Могу. Не думаю, когда стреляю, и когда бегаю по каньонам, — засмеялся приятель.

— Господин капитан, "колибри" на связи, — доложил связист.

— Отлично! А главное – очень вовремя, — обрадовался ротный, переключаясь на канал связи пилотов.

Идущая по полю женская процессия приближалась, постепенно увеличиваясь в численности. Видя, что незваные гости-призраки вовсе не собираются никого ловить и тащить в царство теней, аборигены потянулись к своим домам. Вскоре на лесной опушке не осталось ни одной живой души.

— Господин лейтенант, мы обнаружили следы синекожих. Враги обогнули деревню, ещё до рассвета, и попрежнему идут на юго-запад, — доложил по рации сержант Торсон.

— Молодцы, Рол. Поблагодари от меня парней, — обрадовался Владислав.

— Так, хорошая новость: конвертопланы будут здесь уже через полчаса, — широко улыбнулся командир роты. — Мне кажется, что это поле прекрасно подходит и для взлёта и посадки наших машин.

— Наконец-то мы почувствуем себя людьми, — с облегчением вздохнул лейтенант Риккардо, продолжая рассматривать женщин. — А эта, пятая справа, очень даже ничего. Я бы с нею нашёл контакт.

— Ага, половой, — усмехнулся командир "аквы-один". — Луис, разуй глаза: туземки только что потеряли своих родных и близких, а у тебя одно на уме.

— Считай – пристыдил, — в тон ответил приятель. — Но, до чего ж хороша, чертовка!

Шарахаясь от затянутых в пугающую одежду разведчиков, негритянки разбрелись по своим домам и дворам. Относительная тишина разорвалась плачем, крики боли и страданий. Женщины быстро нашли тела погибших в бою отцов, мужей, братьев. Кто-то рыдал в голос, некоторые беззвучно плакали, обнимая тела убитых. Рядом с матерями ревели дети.

Где-то поблизости бухнул ружейный выстрел, за ним с новой силой грянули громкие вопли и причитания. Офицеры переглянулись, и, щёлкая предохранителями стрелковых комплексов, бросились во двор дома, в котором стреляли. С первого же взгляда всё стало ясно. Найдя во дворе собственного дома мёртвые тела четырёх сыновей, какой-то старик совершил самоубийство, застрелившись из вражеского карабина.

Капитан Славнов подобрал чужое оружие, осмотрел профессиональным взглядом, открыл затвор. Не найдя в конструкции ничего интересного, ротный размахнулся, и с силой треснул карабином о вкопанный в землю толстый столб. Карабин разлетелось вдребезги.

По двору дома с плачем и рыданиями метались три молодые женщины, одна из которых была беременной. Чуть в стороне, под навесом, заходились в истерике двое маленьких детей. Ещё один ребёнок, девочка, безучастно сидела голой на траве, плотно сдвинув ноги, и молчала. Вот она подняла взгляд, посмотрела на десантников глазами, полными непонимания, невыразимой боли, отчаяния.

— Кольчугин, Риккардо, прикажите бойцам подобрать трофеи. И вызовите медиков, пусть они дадут бабам успокоительного, что ли. Вдруг, ещё у кого-то из местных сорвёт крышу напрочь… Нам не нужны случайные потери, — отдав распоряжение, командир роты круто развернулся на месте, и пошагал прочь со двора дома.

— (Цензура!), ненавижу такие моменты, — отводя взгляд от девочки, яростно прошипел Луис. — Ощущение, словно ты мог помочь, и не помог.

— Чёрт бы побрал этих коричневых, — чувствуя острое желание дать кому-нибудь в морду, сплюнул Владислав. — Пошли, я не могу смотреть на всё это.

Спустя минут пять появился лейтенант Санчес, похоже, чем-то весьма озабоченный. Капитан Славнов подозвал всех взводных, а связист настроил дополнительный канал связи с четвёртой ротой.

— Выкладывайте, Николас, что сообщил пленный, — велел переводчику ротный.

Офицер коротко рассказал обо всём, что удалось узнать. Судя по полученной информации, разведчикам повезло угодить в самый эпицентр боевых действий. Практически незнакомые с местной политикой и географией, новоземляне оказались невольно вовлечены в войну двух государств материка Аурика: Марабарии и Сетомеи. В первой проживали, преимущественно, люди с коричневым цветом кожи, на севере – светло-коричневые, а на юге – тёмно-коричневые. Жители соседней страны имели чёрный цвет кожи, хотя в портовых городах было полно народу всех цветов кожи.

Первое государство являлась империей, и играла роль тутошней региональной сверхдержавы. Вторая республика управлялась назначаемыми циклопами наместниками, и была, по сути, торговой олигархией. Отношения между странами регулировались всё теми же одноглазыми магами, которые своей властью и военной мощью сдерживали агрессивные намерения царя Марабарии. Граница между странами проходила по естественному природному препятствию – по реликтовому каньону.

После появления на орбите космофлота Новой Земли циклопы стали нести поражение за поражением, и были вынуждены эвакуировать свой небольшой гарнизон из столицы Сетомеи. А самое главное – одноглазым пришлось убрать на другой участок фронта звено дисколётов, которые являлись доминирующим фактором сдерживания, пугая царя Марабарии своей мощью и неуязвимостью. Когда же пришло известие о разгроме далеко в океане крупной военной базы циклопов, правитель империи осознал: пора, либо сейчас, либо никогда. В тот же день придворные колдуны сообщили царю, что Страж Границы покинул своё логово, отправившись в путешествие по сопредельной территории. Правитель окончательно утвердился в своём божественном предназначении, и повелел – немедленно захватить территорию соседнего государства.

Через земли Серединной провинции – так именовалась эта территория Сетомеи – наступал корпус атуна (воеводы) Ктама Катики, одного из старших военных вождей запада Марабарии. Двадцать одна тысяча воинов, почти столько же рабов-носильщиков. Кавалерия – наездники на ящерах, пехота, артиллерия…

— Стоп. Что за артиллерия? Где? Какие у них орудия? — встрепенулся капитан Славнов. — Николас, что конкретно пленный рассказал про артиллерию?

— Насколько я смог понять обороты речи, у марабарцев имеются одноствольные и многоствольные пушки, — немного смутился лейтенант. — Раненый не смог конкретизировать калибр, дальность стрельбы, вес орудий. С уверенностью можно сказать одно – у коричневых есть артиллерия буксируемая, и есть переносная. Я пока не подобрал аналогов некоторым терминам, которыми оперирует абориген.

Словно по заказу, до слуха разведчиков донёсся лёгкий, нарастающий свист, и на поле, метрах в двухстах от деревни, разорвался снаряд. Спустя пару секунд последовал второй разрыв, третий. После пятого взрыва наступила небольшая пауза, а затем разрывы переместились на лесную опушку, туда, где недавно прятались десантники.

— Господин капитан, взгляните на монитор быстрее, — раздался голос Ларсона, оператора робота-"летуна".

— А вот и артиллерия. Судя по всему, переносная, одноствольная, — рассматривая транслируемую картинку, со злинкой в голосе произнёс командир "аквы".

На небольшой полянке в лесу к югу от деревни расположилась обыкновенная с виду миномётная батарея, и посылала мину за миной в сторону старых позиций мобпехов. Миномёты туземцев уверенно били на дистанцию в полтора километра, и, похоже, обладали неплохой скорострельностью. Возле "самоваров" деловито суетились расчёты, а немного в стороне, у деревьев, сидя, отдыхали десятка три рабов-носильщиков.

Глава 14

— Говорит "ноль-три-один", мы в километре от точки, — раздалось в наушниках офицеров роты. — Вижу разрывы… Что это, у вас, там, происходит?

— Едрёна-матрёна, "колибри" уже здесь, — эмоционально выразился капитан Славнов. — "Ноль-первый-аква" – "летунам": парни, разнесите к чертям собачьим тех миномётчиков. Иначе они сорвут посадку. Координаты высланы.

— "Ноль-три-один" задачу понял. Пакет принял. Сделаем, — отозвался мастер-сержант Григорьев. — Все слышали? Работаем по цели, я атакую.

Пока происходил разговор ротного с экипажем ведущего тройки конвертопланов, разрывы мин стали быстро перемещаться в сторону селения. Минуту спустя на другом конце деревни застучали пулемётные очереди, а в ответ началась отдалённая стрельба из винтовок. Бухнул первый выстрел из подствольника, второй, а затем гранатомётные залпы ударили с частотой пулемётной очереди.

— "Аква-три", отбили атаку пехотинцев, — спокойным и уверенным голосом доложил лейтенант Вавилов. — Потерь нет, раненые отсутствуют.

Миномётный обстрел наконец-то накрыл посёлок. Первая мина вдребезги разнесла плетёную хижину у крайних строений. Ещё одна мина рванула в проходе между домами, следующая повалила развесистое дерево с оранжевыми плодами на ветках. Прямое попадание подожгло дом, во дворе которого застрелился давешний дед, осколки другого взрыва скосили двух убегавших по улице старух.