Руслан Светлый – Княжья воля (страница 31)

- Это зачем еще?

- Хрюкнуть надо с Лебедем этим, замолвить словечко за Одинца.

Я вкратце рассказал печальную историю двух влюбленных.

- Я с вами! - заявил Рогволд, да так безапелляционно, что я сразу понял - спорить бесполезно. - Хоть погляжу как бандиты из будущего вопросы решают. Сейчас только переоденусь попроще, чтоб не узнали.

- Усы сбрей и шапку надень, - посоветовал Рок. - Хрен кто узнает и в Полоцк обратно не пустят.

- Хохмач… - недовольно пробурчал Рогволд.

Глава 15

Глава пятнадцатая

Рогволд удалился маскироваться и мы с Сашкой остались вдвоем.

- Прикинь, Старый, у нас теперь крыша - целый князь! - нетрезво ухмыляясь, возвестил Рок.

- Ты губищи-то закатай, Санек. Сергей Иванович себе на уме, - попытался остудить энтузиазм соратника я. - Поглядим, что дальше будет, но чует моя задница - проблем он нам подкинет. Кстати, что там за история с берсерком? Рогов сказал ты кого-то там мочил неистово.

Сашка изобразил заговорщицкий вид, придвинулся ко мне ближе.

- Я и сам не понял. Нашло что-то. Как бес вселился. И, главное, руки будто сами по себе и тело двигается так точно и правильно, аж дух от восторга захватило. Наши на меня вчетвером налегли, повалили на землю, тогда я только в себя пришел. В себя пришел, а подняться не могу - силы закончились. Весь в чужой кровище, внутри все трясется, лапу на мече насилу разжал. Может я того, - Сашка покрутил пальцем у виска, - психически больным становлюсь, а, Андрюх?

- Расслабься, братан, - я потрепал Рока по загривку, - у них тут если копнуть - каждый пятый ненормальный. Ты лучше вот что сделай сейчас. Там правее причалов пацаны мои тоскуют. Дуй к ним, скажи Одинцу, чтоб в деревню вперед нас бежал к дому мельника, но не показывался до моего сигнала. Что князь с нами не говори. Я дождусь Рогволда и мы с ним тоже к Лебедю потопаем, а ты нас догонишь.

- Какой Одинцу сигнал будет? - спросил Сашка уже уверенно стоя на ногах, будто и не выхлебал пять литров пенного пойла.

- Три зеленые ракеты, твою мать… Сам подумай, Сань!

Эх, дороги!

Пыль да туман,

Холода, тревоги

Да степной бурьян…

Из всего перечисленного в замечательной песне по дороге из Вирова до безымянной деревни присутствовали лишь пыль и бурьян. Вечернему туману еще рановато, как и холодам, лето хоть и кончится скоро, но пока даже ночи теплые, а тревоги под напором влитого в организм слабоалкогольного напитка попрятались до поры до времени. Конечно, если бы от Вирова до ближайшей деревни ходил рейсовый автобус или маршрутка, на три билета мы бы наскребли. Но пока наступят времена, украшенные плодами технической революции, деревеньки этой может уже и не существовать, впрочем, как и Вирова.

- Знаете, что я сделал здесь первым делом? - сделал попытку заинтриговать нас Рогволд.

- Домой позвонил? - предположил Сашка

- Ха-ха, смешно. Не угадал. Туалет построил. Деревянный. Тетки тут за пологом облегчаются, а мужикам и в снег и в дождь на открытом месте корячиться предлагается. Они же думали я рехнулся, поили травами от которых меня несло сутки напролет. Вот я и приказал плотникам воздвигнуть эдакий храм говна и мочи над отхожей ямой, а то как-то срамно князю перед чужими глазами голым задом сверкать.

В нелепой круглой войлочной шапке , прикрывающей уши, Рогов выглядел полным кретином. Он где-то раздобыл дерюжное рубище до пят и сумку с лямкой через плечо и теперь щеголял в этом прикиде, притягивая неприязненные взгляды редких прохожих.

- Ни хрена вы не понимаете, салаги! - хорохорился Рогволд под нашими издевательскими смешками. - Это не шапка, а подшлемник. Боевой, заметьте и, между прочим, очень смягчает удар булавой по башке.

Шли мы втроем. Никого из своих гридней Рогволд брать не стал, хотя некоторые, такие как Вендар и человек-птица очень настаивали на охране княжеской шкуры.

- Годный хоть парень? - первым завел дорожный разговор Рогволд.

- Кто? - не сразу понял я о ком речь.

- Одинец твой.

- За других не впрягаюсь. Исключительно за годных. Он мне жизнь спас, я тебе рассказывал. За это я ему все грехи прощаю на сто лет вперед. Пускай женится, раз молодой организм упорядоченного секса по любви требует. Если не совсем дурак, то останется при бабе хозяйство вести да детишек плодить, а лесной разбой будет ему сниться в ночных кошмарах.

Рогов озадаченно хмыкнул, покосился на меня с интересом.

- Боксеры, значит? А мне Вендар вещает, что рыжий урман убит чрезвычайно сильным и точным ударом в горло и самого его в нокаут с одного удара отправили, а я не верю. Чтоб Вендара кулаком с ног сбить особая удаль нужна. А удальцы вот они!

Сашка самодовольно ржанул, я лищь пожал плечами, чуя какой-то подвох.

- Вот парочку дней отдохнем и со мной пойдете, удальцы, - оправдал кислые надежды князь.

- Куда? - сразу засобирался Рок.

- Думаете я сюда просто так заявился? На вас поглядеть? - Рогволд почесал затылок под нашлемником. - Встреча у меня назначена со смоленским владыкой. Здесь, неподалеку.

- Смоленский князь тебе стрелу забил? - я в удивлении поднял брови.

- Ты давай без своих бандитских словечек, у меня и без них голова кругом. Не князь он, в общем-то, а посадник. Посадники в Смоленске правят со времен Рюрика еще. Этого Ольга посадила за порядком следить и дань собирать. Сколько-то дани со своих земель собранной смоленский посадник отправляет в Киев. По-моему, большая разница между мной - независимым князем и им. Я дани никому не плачу!

- Чего он от тебя хочет? - спросил простодушный Сашка и поглядел на меня, ища поддержки.

- Спор у нас вышел за три деревни на самой границе. Договорились уж было. Теперь этот старый филин юлит, отдавать не хочет, хоть я и заплатить готов. Они, по сути, ему не нужны. Там и брать-то нечего, кругом леса да болота, пахотных земель мизер, пушнины годной мало. Меньше полусотни жителей на все три веси. Они все и так к нам бегают расторговаться,

Рок недоуменно выпятил губу. Я же подумал, что раз Смоленску не нужны, то зачем нужны Полоцку?

- Большая у него группировка? В смысле - дружина? Сколько бойцов может выставить Смоленск?

- Чувствуется в тебе хватка, Стяр. - одобрительно кивнул Рогов. - Дружинные две тысячи и ополченцев тысяч шесть. Навскидку. Учитывая войска из четырех городков территориального подчинения. Многовато для меня, конечно, но до войны дело не дойдет. Он слишком осторожен, чтобы тягаться со мной на ратном поле. Да и было бы за что.

- Так чего ему надо?

- Вот и узнаем, - пообещал Рогволд.

- А что скажет княгиня Ольга, когда узнает, что вы ее землями торгуете?

- Ничего. - Рогволд сделался суровым. - О, кажись, пришли...

Все оружие оставили в доме Дивея. У Рогволда и так при себе ничего не было, кроме ножа в сапоге, но и его Рогов предпочел вынуть. Я напомнил спутникам, что говорить буду сам, их дело - силовая поддержка.

Жил мельник и впрямь неплохо. Оградка вокруг усадьбы с воротцами, домик жилой в глубине, большой квадратный сарай, где, как объяснил Рогволд, помещаются те самые камни-жернова, что перетирают в муку любое зерно. Крутящий момент на верхний жернов передается с помощью привязанного к рычагу бычка. Бык двигается по кругу и вращает тяжеленный плоский камень. Вот и вся наука.

Встречать нас у ворот вышел брылятый дьдька в короткой рубахе без пояса. Волосы и брови цвета пшеницы, бородка аккуратно острижена, глаза голубые. Настоящий славянин как изображают на картинках. Вот только на картинках они все статные, с твердым вызовом в глазах, а этот жирный как племенной боров и взгляд такой нагло-пренебрежительный.

- Ты - Лебедь?

- А кто спрашивает?

Ого! Да фраерок по понятиям базарит!

- Спрашивалка у тебя не отросла мне вопросы кидать. Отвечай, когда с тобой люди уважаемые разговаривают.

- Дивей, ты кого это привел? Давно у тебя зубы не трещали? Напомнить надо?

Еще разок внимательно оглядев нас, мельник, по-видимому так и не нашел за что нас можно уважать.

- Если на помол чего привезли - сгружайте, ежели нет, то проваливайте отсель, пока я сынков не кликнул.

Вот, сразу бы так. Их нам и надо.

- Вы зачем сирот обижаете, ?

- Каких еще сирот? - сердечно изумился мельник. - Идите проспитесь, не мешайте работать!

- Дружинника моего избили, ограбили, свободы незаконно лишили, убить обещали.

- Дружинника? Так не назвался он дружинником!

Судя по словам, Лебедь сразу вкурил о ком речь, но раскаявшимся не выглядел. Все тот же наглый блеск в глазах и непонятная мне уверенность.

- Если не назвался, то и убивать можно?