Руслан Муха – Изнанка прошлого (страница 29)

— Как Эрику удалось уничтожить весь род так, что никто его в этом не заподозрил?

— Об этом в летописях ни слова, и скорее всего заподозрили, но противостоять могущественным темным чарам они были не в силах, как и доказать причастность к этому Ночного Гарвана.

— Темным? — снова удивился я.

— А почему по-твоему он носил прозвище — Ночной? — усмехнулся отец. — Эрик был одним из самых великих темных колдунов своего времени, а его старшая жена Мируна была светлой ведьмой. Иначе бы они не смогли создать родовое древо и основать род. Но в ту пору не было такого разделения на темных и светлых, и в летописях до определенного времени вообще мало уделяется этому внимание.

— А в летописях часом нет ничего о том, как именно создавались родовые древа?

Отец усмехнулся:

— Нет, Яр, этого там нет.

— Получается, ты думаешь, что Вулпесы собираются сделать с нами то же самое, что сделал Эрик Гарван с Дробродичами?

— Лишь предполагаю, — уклончиво ответил отец.

В этот миг Олег вернулся к нам, снял Вороново око, немного покачнувшись и недовольно взглянув на нас.

— Эти Вулпесы зануды, которых еще стоит поискать, — скривился он. — Агнес обсуждает еду, а Влад ей поддакивает.

— М-да, боюсь, так мы не сумеем что-то узнать, — вздохнул отец.

— Давайте теперь я попробую, — с готовностью протянул я руку к родовому артефакту.

Олег вначале покосился на отца, словно бы молчаливо спрашивая у того позволения. И лишь дождавшись одобрительного кивка, отдал мне Вороново око.

Связь между артефактом и Гарычем еще не разорвалась, поэтому стоило мне только надеть серебряную диадему, как перед глазами тут же возникло родовое поместье. Гарыч уже летел обратно в воронятню, поэтому снова пришлось его разворачивать и лететь в сторону западной части поместья. Комнату, где гостевали Вулпесы я нашел быстро, как и окно с одним, а не двумя стеклами. Через тонкое стекло отлично было слышно, о чем говорили внутри помещения. Гарыч, повинуясь моему приказу, присел на подоконник и замер неподвижно.

— И все же чудесно все вышло! Матильда на славу постаралась, как всегда, — довольным голосом произнесла Агнес. — Думаю и свадебная церемония пройдет не худшим образом.

— Почти чудесно, — сухо буркнул Владислав.

— Да, ты прав, — скорбно вздохнула Агнес. — Ольга нас, конечно, подвела. Кто бы мог подумать, что она такая легкомысленная?! Ты мог допустить подобное, Влад?

— Конечно же нет, — буркнул Влад.

— Но благо, Святослав оказался не тщеславным ревнивцем. Нашей дочери повезло — ей достанется добрый и милосердный муж. И это большое счастье, что Гарваны наши в себе силы оставить в прошлом то происшествие с Виктором. Нам сейчас как никогда нужен этот мир.

Влад ей не ответил, но все эти речи, все эти восхищенные восклицания Агнес очень напомнили мне речи Максима — такие же чрезмерно сладкие и наигранные. Казалось, что сейчас я слушаю какой-то дешевый спектакль, а не повседневное общение двух супругов. Вулпесы знают, что мы их подслушиваем? Все указывало на то, что если и не знают, то разыгрывают эту беседу исключительно для наших ушей на всякий случай.

— Время позднее, Агнес, — внезапно довольно близко сказал Влад, — пора спать, утром мы должны вернуться домой, у меня немало накопилось дел.

— Да, конечно, — отозвалась Агнес с каким-то лёгким волнением в голосе. К сожалению, как бы я не старался, я не мог заглянуть через плотные шторы и увидеть, чем именно они там занимаются, но внутреннее чутье мне подсказывало, что там далеко не то, что они пытались преподнести.

Затем в комнате один за другим погасли ойра-светильники, скрипнула кровать, но еще я услышал тихие, почти крадущиеся шаги. Силы заканчивались и по-хорошему мне бы стоило возвращаться, но я продолжал прислушиваться и таращиться на темное окно.

Штора немного, едва заметно отодвинулась и, заметив движение, я резко взмыл и улетел прочь. Вулпесы знали, что мы их слушаем. Теперь в этом не было сомнений.

— Они знали! — заявил я, как только вернулся обратно в воронятню. — Все, что они там говорили — дешевое представление.

Ни Олег, ни отец и слова не молвили, а только многозначительно переглянулись. Очевидно, пока меня не было, они обсуждали то же самое, придя к тем же выводам.

— Неужели Владислав всерьез считает, что мы настолько глупы, чтобы поверить в эту комедию?! — внезапно бурно возмутился Олег.

— Не думаю, что он нас недооценивает, — мотнул головой отец. — Просто скорее его тактика — упорство. И чтобы мы не делали и не говорили, даже если начнем открыто говорить о их предполагаемых планах, Вулпесы будут продолжать изображать добрые намерения. И даже этот спектакль, который по сути отыгрывала лишь Агнес — желание показаться проще, чем они есть на самом деле.

— Все равно нет смысла гадать, — развел руками Олег. — Мы уже вступили в эту игру и поздно отступать.

Отец кивнул, забрал у меня Вороново око, принявшись задумчиво крутить его в руках. Меня же злило, что в их разговоре сплошные загадки.

— А меня не хотите посвятить, что там за игра у вас? — вскинул я брови.

Отец неодобрительно взглянул на меня:

— Прости, Яр, но нет. Достаточно и того, что ты уже знаешь. Тебе не о чем волноваться, мы не допустим, чтобы с кем-то из нас что-то случилось. От тебя же сейчас нужно только одно — закончить школу и поступить в академию.

Ну вот, и снова — здорова. А ведь так хорошо все начиналось и опять меня отодвинули от дел как несмышлёного юнца.

— Это дела семьи и рода, — начал я, — я тоже часть семьи, и мне не понятно, почему я не могу знать, что происходит и что вы собираетесь делать?

Отец с Олегом переглянулись. Отец тяжело и устало выдохнул, а дядя натянул на лицо извиняющуюся улыбку:

— Ярослав, чем меньше членов семьи будет участвовать в нашем плане, тем безопаснее для нас всех. Даже Андрей не знает, что происходит, — в качестве оправдания сказал Олег.

— Я не Андрей. Я наследный княжич, мне править после отца Варганой. И я хочу знать, что происходит, — на эмоциях я едва не добавил: «и не наделаете ли вы глупостей», но вовремя сдержался. Но, отец, кажется, прочитал все по моему лицу:

— Когда придет время, Ярослав, ты будешь посвящён во все без исключения дела княжества и рода, — он по-отцовски приобнял меня за плечи и размеренно, где-то даже ласково продолжил: — Можешь в этом даже не сомневаться. И меня очень радуют твои порывы и желания вникать в это сейчас, но ты еще слишком молод. Ты пока многого не знаешь и не понимаешь, и по незнанию можешь совершить ошибку, которая нам будет стоить всего.

— А вы ее не можете совершить? — разозлился я.

— Ты считаешь себя умнее старших членов семьи? — совершенно беззлобно и насмешливо спросил папа.

— Я считаю, что любой может ошибиться.

— Почему ты пытаешься все контролировать, Яр? Порой это всерьез меня озадачивает и пугает. Ты что-то знаешь такого, чего не знаем все мы?

— Да, я знаю. Нам всем грозит опасность!

— И почему же ты так решил?

Я решил солгать, попробовать подать информацию о будущем под соусом лжи. Если будущее стирало правду, как оно поступит с ложью, которую не подавать напрямую?

— Потому что я говорил с дедом Богданом, потому что тот колдун чернокнижник увидел смерть всего нашего рода. И бабка Фрайда — она перед смертью тоже что-то увидела и предупредила меня об опасности. Поэтому я не могу не лезть в это, не могу думать ни о чем другом, и не могу не переживать!

Отец с Олегом снова обменялись взглядами, на этот раз до крайности изумленными.

— И почему ж ты об этом все время молчал, Яр?! — с непониманием воскликнул Олег, возмущенно выпучив глаза. А отец нахмурился и мрачно произнес:

— Он говорил, просто мы не захотели слушать, — а затем отец перевел озадаченный взгляд на меня и, поняв что-то еще для себя, в сердцах выругался.

Я был так удивлен реакцией отца, что даже злость куда-то улетучилась.

— Может и с нами поделишься? — поинтересовался Олег у отца.

— Да, — решительно отозвался он. — Но не сейчас. Сейчас я кое-что понял и нам нужно собрать семейный совет. Соберемся завтра, когда разъедутся гости. А сейчас все по комнатам и спать. Ни у одних нас есть способы слежки, не добрым делом и они могут нас подслушивать.

Олег на всякий случай принялся проверять свою одежду, ища "мух" или другие артефакты слежки, но вряд ли бы Вулпесы стали так рисковать. Сейчас они будут делать все, чтобы заслужить наше доверие и усыпить бдительность.

Отец ушел первым, а мы с Олегом какое-то время стояли в молчании. Затем я не выдержал и спросил:

— Ответь мне только на один вопрос. Если вы не доверяете Вулпесам так же, как и я, как вы вообще допустили эту помолвку? Зачем нам эти риски, если можно было просто им отказать?

Олег усмехнулся, похлопал меня по плечу:

— Потому что в эту игру можно играть двумя семьями, Яр. А если знать правила заранее, то можно с уверенностью сказать, что победа будет за нами.

Дядя снова усмехнулся, поправил мой амулет, подаренный сегодня отцом, и тоже покинул воронятню, оставив меня одного.

Кажется, я слышал, как воет домовой где-то в застенках поместья, жалобно так воет, словно пытается о чем-то предупредить. Почему-то подумал об Инесс, о том, что скорее всего до следующего полнолуния она не явится.

Но несмотря на всю эту мрачную окружающую атмосферу, настроение у меня изрядно улучшилось. Я был рад тому, что ошибался в отце и рад, что пусть даже и солгав, сумел наконец-то достучаться до него и заставить слушать. А семейный совет — это очень даже хорошо. Наконец-то мы соберемся и все обсудим. И в этот раз у них не будет выбора — теперь я знаю, как заставить их меня слушать.