Руслан Михайлов – Пепел доверия 2 (страница 60)

После той драки я продолжал сидеть и курить у своего несчастного раскуроченного внедорожника, сплевывал кровь в траву и пытался понять как бы мне не то чтобы машину починить своими силами, а хотя бы дотащить ее неким чудом до автомеханике в Кашире. Попутно я задумывался над тем, а жив ли вообще автомеханик, не превратился ли в тварь, потом вдруг вспомнил про тракториста Николая и про парней, возводивших пристройку. Живы ли они все? А моя бывшая? Пару раз звонила и перестала. Надеюсь, она тоже жива.

Рядом в траву опустился экономящий заряд дрон, а затем на телефон пришло сообщение от Рената:

— Подъезжают. Не дергайся только!

— Если бы я еще мог дергаться — простонал я, ощупывая языком зубы и проверяя целы ли.

Пришла еще одна дурацкая, а может и вполне мудрая мысль — а где теперь искать стоматолога?

Похоже, зубы и вообще здоровья надо прямо беречь. Может уже пора завязать с алкоголем и сигаретами?

Сделав глубокую затяжку синим Винстоном без всяких сраных кнопок и ароматов, я выпустил дым и вяло покачал головой — не, без сигарет я пока не могу, но позже приложу силы чтобы избавиться от дерьмовой привычки. А вот алкоголь прикручу чуток…

Пока размышлял считай о поэтическом, ко мне подъехало две окрашенные в неповторимый зеленый грузовые автомашины. Одна — точный близнец перевернутого и сплющенного грузовика Урал. А вторая… я таких очень давно не видел. Шишига. ГАЗ-66 с кунгом. С грузовиков повалили вооруженные солдаты, моментально рассредоточились, дрон рядом со мной ожил и взлетел, а через несколько минут послышались редкие выстрелы. Я заворочался, на телефон пришло сообщение после которого я снова расслабился:

«Не дергайся — на опушке их подранков и доходяг добиваем».

Ну а потом все завертелось еще быстрее.

Сначала ко мне подбежала девушка в военной форме и с очень большим рюкзаком за спиной. Мне сделали два укола и только потом занялись головой. Я не возражал, продолжая сидеть у колеса и смотря на ее очень сосредоточенное красивое лицо. Закусив нижнюю губу, она обработала мне раны на голове, ладонями повернуло мое лицо к себе и попросила досчитать от десяти до нуля. Пока я пытался шевелить раздутыми губами, она резко дернула мне нос и от острейшей боли я едва не отключился. Хлынули слезы, из ноздрей поперли кровавые сгустки и она, убирая их тампонами, успокаивающе мне что-то бормотало. Потом боль ушла, а мне помогли подняться и повели к третьей машине — хорошо узнаваемому серому большому китайскому внедорожнику Танк. Услышав, что меня отвезут пока на блокпост, я встал как вкопанный и сказал, что никуда не поеду.

Почему?

Да потому что тут моя машина. А в багажнике продукты, которые я должен отвезти семье с детьми и где мужик убыл на поиски припасов да так и не вернулся. И я обещал им все привезти. А иначе — голод.

Молодой офицер из внедорожника внимательно выслушал меня, уточнил адрес, проверил у себя на планшете, где это и через пятнадцать минут мы уже мчали по дороге. Кроме меня и офицера в машине была заставившая меня плакать девушка с рюкзаком и молчаливый парень солдат с автоматом. В салоне остро пахло потом, сигаретами и лекарствами, а мы летели по асфальту, то и дело притормаживая, что объехать брошенные прямо посреди дороги и пока не убранные машины. Не отрывая глаз от дороги водитель пояснил, что дрон уже пролетал здесь, скоро все это сбросят в кюветы или отбуксируют куда надо — в зависимости от состояния техники и ее востребованности. Вон буханка, например стоит с распахнутыми дверями — ее заберут обязательно. А за ней приткнулся очень красивый серебристый двухместный мерседес кабриолет со следами крови на ветровом стекле — эта тачка нахер не нужна. А за свою машину я могу не волноваться — старый Форд отбуксируют на блокпост и там им займутся. Ренат лично распорядился…

Продукты семье мы передали, но этим дело не кончилось — тщательно осмотрев там все, проверив окна, обойдя участок, изучив какие-то следы, офицер повернулся к девушке медработнику или санитарке, уж,е не знаю, как их положено называть в армии. Та кивнула, отвела посеревшую от переживаний и усталости женщину в дальний угол небольшой скудно обставленной комнаты, они о чем-то там поговорили тихо и вскоре стало ясно, что семья уезжает вместе с нами. Сначала на блокпост, а там уже посмотрим, но здесь оставаться им нельзя. Что же касается пропавшего мужика — ему оставим записку на столе, опять же сотовая связь работает.

Оглушенный после ударов и уколов я лишь вяло кивал и только диву давался этой быстроте и непреклонности. Мне хватило ума не вякать вслух, но я почему-то был уверен, что даже захоти женщина остаться, ей бы не позволили — ибо дети, а домишко у них прямо хлипкий.

Битком набившись в машину, забив багажник, нагрузив в том числе и крышу, мы проделали тот же путь обратно и на месте моей схватки меня буквально вытолкнули из переполненной машины. Тут я обнаружил что моего внедорожника уже нет, также исчезли все трупы и оторванные конечности, было собрано все оружие, уехал и грузовик Урал, а нас дожидалась Шишига с кунгом. Туда меня и пересадили. Я плюхнулся на узкую лавку у стены и удивленно уставился на свои руки — в них откуда-то появился автомат Калашникова. Я перевел вопросительный взгляд сначала на открытые нараспашку задние и боковые двери кунга, потом на седеющего уже небритого вроде как сержанта и тот, представившись Волковым Петром, отрывистыми фразами пояснил:

— Чтобы не впустую ехать. Твари догоняют — валим прицельно. Тварей меньше — людей больше. Понял?

Я кивнул и начал крутить автомат в руках, пытаясь понять как его снять с предохранителя и стоит ли он на нем. Помня о криках Бажена, ствол держал направленным прочь не только от себя, но и от остальных в кунге, а нас тут было семеро, не считая нескольких трупов на полу. Поняв мои затруднения, сержант, не выказав никакой насмешки ни словом, ни выражением лица, показал как менять магазины, как ставить и снимать с предохранителя, как лучше накинуть ремень и даже как держать пальцы у спускового крючка, чтобы случайно его не нажать, но при этом быть готовым открыть огонь. Потом он меня пересадил на другую лавку и глубже в кунг, предостерег от опасных действий и попросил о главном — пока не велят, стрелять не надо. Я тут на крайний случай.

Поблагодарив, я с десяток раз повторил все действия, старательно запоминая, а выданные два запасных рожка убрал в набедренные карманы — тут уж других вариантов нету, разгрузку мне не дали. Автомат у меня в руках назывался АК-74М. И когда я провел рукой по его стволу, на ладони остался красный след. Посмотрев на него, я вытер ладонь о футболку, глянул на смотрящего на меня сержанта, отвернулся и уставился на убегающую прочь дорогу — ехали мы не слишком быстро. И как выяснилось спустя примерно десяток километров и череду долгих надсадных гудков из кабины Шишиги, медлили мы не просто так…

Первая тройка тварей вымахнула на дорогу так резко, что я буквально только моргнул — а они уже здесь… Впереди мускулистый мужчина, за ним две мало чему ему уступающие женщины… да какого же хрена они настолько мускулистый? Мышцы так и играют при беге, а бегут с поразительной скоростью и сосредоточенностью… Выстрелы заставили меня подпрыгнуть на лавке и вжаться в стену. Одна из женщин плеснула кровью из ногу и упала. Голый мужик со звериной ловкостью метнулся в сторону, но налетел на другую женщину, и они покатились по асфальту, а двое стрелков били по ним короткими очередями. Шишига начала притормаживать и тут я стал свидетелем чего-то очень и очень для меня неожиданного — окровавленные твари вскочили и… рванули на не нас, а прочь! Исчезнув с дороги, они скрылись где-то слева, сержант проорал «За машинами суки!», но из Шишиги никто не вылез, и мы поехали дальше.

Не выдержав, наплевав даже на вялость, я окликнул Волкова и поинтересовался, а куда, собственно, подевалась безрассудная самоубийственная ярость тварей, так хорошо мне известная как по собственному опыту, так и по видео. И получил неожиданный ответ:

— Так это новорожденные только на пули кидаются — прокричал мне сержант, меняя магазин на автомате — А по этим видно, что в самом начале обратились. Выжили. Поумнее. Теперь матерыми хищниками стали, с-суки такие!

— Это как? — проорал я в ответ, не обращая внимания на пульсирующую в голове боль.

— Да как млять… буквально!

И, крича, а некоторые фразы передавая через сидящих, между нами, парней — вместе со словами передавалась фляга с явно сдобренным чем-то бодрящим кофе и невероятно вкусные бутерброды из подсохшего хлеба и уже заветренной колбасы — он пояснил мне наши мрачные перспективы.

Чем дольше жила тварь — тем сильнее, быстрее и умнее она становилась. И это не научные сраные гипотезы, а самая что ни на есть боевая информация полученная из первых рук. Человек обратившийся в тварь вел себя как агрессивный буйный наркоман только первые дни. Реально мог прыгнуть хоть с небоскреба на голову проходящего мимо человека. Лишь бы убить. Но чем дольше тварь жила, тем больше себя берегла. И спустя пару недель жизни тварь уже предпочитала если и прыгать, то не с самоубийственной высоты, а лучше воспользоваться лестницами или наружными элементами фасада, чтобы спуститься. Он лично видел, как тварь прыгнула с шестого этажа на вершину старого вяза, по которому спустилась снизу и убила семью из трех человек — и все за это за считанные минуты. При этом на гребаном зомбаке, а их так называют и посрать что это не так, были лишь царапины — они его пристрелили и специально осмотрели. Все кости целы. А самые глубокие царапины на них заживают за считанные часы, была бы жратва. При этом одновременно с «умной» тварью на крыше была еще девка, причем в полном костюме, явно обратилась буквально только что — так она тоже прыгнула и прямиком на асфальт. Переломала себе кучу костей и еще была жива, булькая кровью, когда они прострелили ей башку.