Руслан Махмудов – Венецианский синдикат (страница 11)

— Никому. Подпись уже дана.

Молодой человек показал ему спину. Маттео вернулся за следующим тюком и больше вопросов не задавал.

После приёмки Джулия забрала свою копию накладной. Ливия что-то записала на маленьком листке, прикрывая его рукавом. Нико проверил верёвку.

— Ты верно подсчитал про простой, — сказала Джулия Маттео, когда они отошли. — Но имя Морозини я в своей книге не оставлю.

— Я ничего не подписывал от её имени.

— Зато произнёс. Ещё раз так сделаешь, сначала предупреди.

Она вернула ему три дуката. Он пересчитал их и положил в кошель. Шестнадцать оставалось на дело, которое ещё не имело ни входа, ни выхода.

— Что-нибудь увидели? — спросила Джулия.

Ливия развернула листок.

— Ворота теперь работают попарно. Первую дугу проверяет смотритель, вторую — человек внутри. А между ними можно держать груз до команды.

— Мы уже знаем, кто внутри, — сказал Маттео.

— Мы видели человека с ключом, — поправила она. — Это ещё не значит, что знаем.

Маттео убрал листок. Имя человека с ключом ещё предстояло узнать.

Глава 6. Две двери

Джулия попросила высадить её у канцелярии. За возвращённую на прошлой неделе бумагу так и не заплатили; теперь у неё была новая накладная и возможность ещё раз поставить вопрос.

Маттео вышел вместе с ней. Нико повёз Ливию обратно к красильне. Договорились встретиться к вечеру у мастерской Ады.

В приёмной пахло шерстяными плащами. Люди сидели на двух скамьях вдоль стены. У дальней двери служитель принимал листы и складывал в разные корзины. Джулия прошла к нему без очереди, но он указал на свободный край скамьи.

— Я вчера была, — сказала она.

— Сегодня тоже можно быть.

Она села рядом с Маттео.

— Здесь не любят старые долги, — произнесла она. — У новых есть дата, а у старых каждый раз нужно искать виноватого.

Маттео посмотрел на корзины. В одной лежали жалобы о поставках, в другой — прошения о доступе. Над второй был прикреплён образец заявления. До него можно было дотянуться, не проходя за стол.

Маттео встал и прочёл.

Запрос на осмотр имущества для экспертизы требовал имени заявителя, основания его права и фамилии специалиста. Отдельно указывалось, будет ли имущество вынесено из хранилища. Под образцом стояла приписка: перенос до регистрации возможен только при распоряжении канцелярии и подтверждении заинтересованных ведомств.

Он спросил у служителя, где получить бланк.

— За столом слева. Одно сольдо.

Маттео заплатил. Бланк был обычным листом с заголовком, никакой особой бумаги. Подделывать здесь пока было нечего.

— Если специалист хочет осмотреть предмет в хранилище? — спросил он.

— Пишет, что не требует переноса.

— А если для проверки нужны приборы?

— Пишет, какие. Они тоже проходят опись.

— Если прибор нельзя пронести внутрь?

Служитель оторвался от корзины.

— Тогда просит перенос. Что у вас за предмет?

Маттео мог назвать другой номер, сослаться на ткань, на медный образец. Но настоящую процедуру для нужного пакета это не прояснило бы.

— Чертежи Пьетро Ферро.

Джулия перестала перелистывать книгу.

Служитель некоторое время смотрел на Маттео. Затем достал из нижнего ящика вторую книгу, открыл её и прочёл запись.

— Пакет уже включён в проверку перед регистрацией. Просьбы об отдельном переносе принимаются от наследников, заявителя привилегии или назначенного эксперта. Вы кто из них?

— Помогаю подготовить просьбу наследницы.

— Приносите её подпись и подтверждение родства. Имя эксперта проверят отдельно. Сведения о точном времени выдадут после принятия.

— Кто заявитель привилегии?

— Союз. Вам нужно писать просьбу, а не читать чужое дело.

Служитель закрыл книгу.

— Следующий.

Маттео вернулся на скамью. Джулия дождалась, пока рядом с ними сядет другой посетитель, и сказала совсем тихо:

— Теперь твоё лицо здесь запомнили.

— Зато у меня есть ответ.

— У них тоже. Человек, который помогает наследнице.

Маттео посмотрел на незаполненный бланк. Она была права. Его вопрос не был преступлением, но след оставался. Если Ада подаст просьбу, её свяжут с ним. Если не подаст, вопрос всё равно могут припомнить.

Служитель наконец принял книгу Джулии. Они отошли к другому столу, где писец проверял долги поставщикам. Маттео оставил её ждать и пошёл к дому Морозини.

Синьоры дома не было. Серан встретил его в нижней комнате и выслушал условия Ады. На просьбу подтвердить их письменно он сначала предложил зайти вечером.

— Я ей уже пообещал ответ сегодня, — сказал Маттео.

— Вы торопитесь.

— Срок не я выбрал.

Серан поджал губы, затем достал лист. Оказалось, Морозини заранее разрешила согласовать участие наследницы в испытаниях при условии, что комплект перейдёт заказчице целиком. Серан мог подтвердить сохранение имени автора, право Ады работать над опытным устройством и оплату её труда. Давать разрешение на отдельные копии он не мог.

— Мне пока не нужны отдельные копии, — сказал Маттео. — Нужна работающая машина.

— Тогда это достаточное условие.

Маттео прочёл составленное дополнение. Там было указано, что после сверки Ада получит доступ к чертежам на время согласованных опытов. Ни срока доступа, ни того, кто сможет прекратить опыты, Серан не обозначил.

— Запиши минимум тридцать дней, — сказал Маттео.

— У вас восемь дней на передачу.

— А у неё будет тридцать на работу после неё. Это разные сроки.

Серан подумал и дописал строку. Он заверил лист подписью управляющего. Маттео попросил вторую копию. Серан посмотрел на него с явным неодобрением, но переписал.

Уходя, Маттео обернулся.

— Вы были на опыте Ферро?