Руслан Махмудов – Метро Хроноса. Город без прошлого (страница 1)
Руслан Махмудов
Метро Хроноса. Город без прошлого
Руслан Махмудов
МЕТРО ХРОНОСА
Город без прошлого
Вторая книга
Глава 1. Чужая подпись
Курьер попросил Яну прочитать имя на его руке.
Он стоял у служебного входа в архив, придерживая локтем пачку конвертов. На ладони, между большим пальцем и запястьем, синели четыре короткие строки. Последнюю он размазал, когда снимал перчатку.
— Здесь Орлова? — спросил он.
— Северина.
Курьер посмотрел на ладонь.
— Не понимаю, зачем записал.
Яна положила пропуск на считыватель. Дверь открылась за её спиной, и изнутри потянуло сухим теплом. Мужчина оставался под дождём. На плечах его куртки лежали прозрачные капли, слишком крупные для ткани с исправным покрытием.
— Вы кому доставляете?
— Вам. То есть архиву. Здесь всё правильно.
Он вытащил из пачки жёсткий белый конверт. Нижний край был запечатан широкой полосой с волокнами, похожими на тонкие корни. Посередине стоял знак независимого хранения.
Яна не взяла конверт сразу.
— Что случилось с вашим адресатом?
— Не с адресатом. С заказчиком. Я забрал отправление у женщины. Она попросила записать фамилию.
— Зачем?
— Чтобы не забыть.
Он произнёс это с досадой человека, которому пришлось повторить глупость вслух. Попытался стереть надпись пальцем, но Яна остановила его.
— Можно посмотреть накладную?
Мужчина поднял запястье. На экране доставки было девять строк. Все, кроме одной, содержали адрес отправителя. Восьмая начиналась словами «технический приём», дальше шли номер счётчика и время — 08:47. Вместо имени стоял прочерк.
— Вы там были сорок минут назад, — сказала Яна.
Он кивнул.
— Помните женщину?
Курьер поднёс ладонь к лицу. На коже буквы расплывались; он щурился, хотя Яна только что прочла их без труда.
— Женщину… Нет. Но двор помню. И собаку. Она лежала поперёк ступеньки, я через неё переступил. Белая, ухо коричневое. Не залаяла.
— А дом?
— Красный. Или не весь красный. Около двери плитки, половины нет. Вам точно этот конверт?
Яна попросила его войти.
Утром на приёме сидел Тимофей, недавно переведённый из городского хранилища. Он успел поставить чайник и открыть жалюзи, но ещё не убрал со стола собственную сумку. Увидев курьера, подтянул к себе рамку регистрации.
— Фамилия получателя?
— Орлова, — сказала Яна. — Приём без снятия защиты. Сначала внеси пломбу.
Тимофей поднял глаза. Обычно входящую почту вскрывали, содержимое сверяли со списком, после чего определяли режим хранения. Защищённые источники принимали иначе: сперва отмечали сам предмет, чтобы он не зависел от последующей оценки текста.
— У нас есть открытое дело?
— Есть входящее отправление. Этого достаточно.
Она положила конверт на рамку. По запечатанному краю прошла тёплая полоска света. Тимофей записал время: 09:17.
— Теперь расписка, — сказал он курьеру.
Мужчина предъявил свою карточку. Арсений Левин, тридцать один год. На маленьком снимке у него были короткие волосы; сейчас мокрые пряди прилипли ко лбу. Подписав выдачу, он снова посмотрел на ладонь.
— Со мной что-то не так?
Яна не ответила сразу. За последние восемь недель она научилась опасаться ответов, которые успокаивали раньше, чем проясняли.
— Я не врач. Вы помните, как ехали сюда?
Арсений перечислил мост, два перекрёстка, закрытый въезд со стороны ремонтной площадки. Поправил себя: мост был вторым, первый он перешёл пешком, пока машина стояла на зарядке. Назвал водителя, который разрешил ему подключиться на пять минут. Рассказал, что на складе порвал перчатку.
— А заказчицу не помню, — закончил он. — Может, видел не её. Может, конверт в ячейке лежал.
— Вы только что сказали, что она просила записать фамилию.
— Да.
Арсений сел на край стула. Его мокрый рукав оставил на столе тёмное пятно.
Тимофей повернул экран к Яне. В сведениях об отправлении появилось пояснение: «Неполный адрес. Повторное использование технической записи».
— Это не пояснение курьера, — сказала она.
— Пришло из доставки.
Яна велела сохранить обе версии накладной, с отметкой, когда каждая поступила. Потом предложила Арсению воды. Он отказался, попросил только листок с её рабочим номером.
— Если вспомню, позвоню.
— Если не вспомните, тоже позвоните. Через час. И не стирайте руку пока.
Он кивнул и ушёл, прижав перчатку к исписанной ладони, чтобы надпись не смыло.
Яна проводила его до двери. У городского входа мужчина остановился, проверил остальные конверты. Выбрал нужный без колебаний. Остальная работа оставалась при нём.
Тимофей вскрыл белый конверт разрешённым ножом, не затрагивая пломбу. Внутри лежали два листа. Первый — сопроводительное письмо из службы технических поставок. Второй — счёт за поддержание аварийного питания жилого участка.
Счёт был выписан на Колодезный проезд, дом 14.
Строки выглядели обыкновенно: четыре накопителя, проверка заземления, доставка, расход соединительного материала. Сумму кто-то пересчитал карандашом и обвёл меньшую цифру. Подпись приёмщика была резкой, с длинной нижней петлёй: «М. Северина».
— Доставка жителям, — сказал Тимофей. — При чём тут мы?
Яна прочла письмо ещё раз.
Восемь недель назад в архив передали материалы закрытой временной ветки. Среди них оказалось несколько коммерческих договоров, связанных с Яковом Крестовым. После открытия независимой сверки поставщики должны были предъявить сохранившиеся физические основания платежей. Служба прислала один из таких документов. До отправки счёт зарегистрировали и запечатали: теперь в официальной сверке его сведения нельзя было заменить сетевой справкой.
Номер договора значился внизу мелким шрифтом.
Яна узнала первые четыре цифры.