Рукие Идели – Птица, влюбленная в клетку (страница 25)
– Ты меня напугала, Эфляль! – ойкнула она, прижимая руку к сердцу. – Почему ты так резко толкнула меня? Я задумалась.
– Я вижу, что тебя волнует, дорогая. Смотри, много не думай, – сказала я с усмешкой и ущипнула Сену за нос.
Она поморщилась.
– Разве у тебя не выходной сегодня? Погуляй с Арифом. Почему вы сидите тут?
Она прочистила горло и с грустью сказала:
– Каран сказал, чтобы Ариф не отходил от тебя. Он даже немного отругал его сегодня утром, когда ты вышла из дома одна. Вот почему мы пришли в ресторан.
– Ну что он за человек? – недовольно сказала я, но потом вспомнила об Озкане и Али. А еще о врагах самого Карана. Тем не менее меня беспокоило, что эти двое влюбленных не могут быть вместе из-за меня.
– Ладно, не переживай. Я скоро поеду домой. А вы проведете время вместе, – сказала я, подмигнув Сене.
Она радостно улыбнулась и обняла меня за шею. Целуя меня в щеки, она прошептала:
– Сестра моя дорогая, сестра!
В этот момент со сцены объявили мое имя, и я тут переключила свое внимание на происходящее.
– Наш дорогой руководитель Эфляль сейчас находится тут, среди нас. Я знаю, что все вы с нетерпением хотите ее послушать. Мы не могли слышать ее прекрасный голос в течение нескольких последних месяцев, – говорила со сцены Зехра. Я нахмурилась, услышав эту ее речь. Мне не нравились такие сюрпризы, и к тому же я была не в том настроении, чтобы выходить на сцену и петь.
Зехра протянула мне руку.
– Прошу у вас громких аплодисментов, чтобы пригласить Эфляль на сцену, – сказала она, и тут же я услышала шквал аплодисментов. Особенно сильно хлопали мои сотрудники. Я поняла, что другого выбора у меня нет.
Все взгляды обратились на меня, и мне пришлось встать. Я опустила голову, улыбнулась и вышла из-за стола.
– Королева нашей сцены, лишившая нас удовольствия слушать свой голос на много месяцев, наша прекрасная начальница Эфляль! Аплодисменты! – Эмре разогревал публику.
Я улыбнулась их восторженной реакции. Волнуясь, я вытерла потные руки о юбку. «
Я расправила плечи и подала руку Ибрагиму, он помог мне подняться на сцену, по которой я так сильно скучала. Я подошла к микрофону, но аплодисменты все не утихали.
Гекхан и Сена так громко кричали, что я не смогла удержаться от смеха.
Крепко сжав в руке микрофон, я быстро оглядела столы.
– Всем добрый вечер! Ваш энтузиазм вдохновляет меня. Давайте начнем ночь с энергичной песни. Что скажете? – взволнованно спросила я.
Когда послышались громкие возгласы «Да!», я довольно улыбнулась.
Зехра подошла ко мне и, шепча на ухо, спросила:
– Что поем, шеф?
Выключив микрофон, я ответила:
– Сертаб Эренер[17] «Это так».
Пока она возвращалась на свое место, я сделала глубокий вдох. Где-то глубоко внутри, кажется, на клеточном уровне, я осознала, как сильно мне не хватало этого ощущения.
Пение напоминало мне о свободе.
Я пыталась поймать взгляд каждого человека, сидящего в зале, когда заиграла музыка. Я снова засмеялась, посмотрев на Гекхана и Сену, которые продолжали разогревать публику. Они знали, как разжечь во мне азарт. Ребята так активно аплодировали, что их руки, наверное, вот-вот должны были отвалиться. Улыбнувшись им, я запела:
– «Те тяжелые дни, те увядшие розы – все это было давно, все это прошло».
Надеюсь, это было так. Но если нет, что мне тогда делать? Я решила подумать об этом позже и сосредоточилась на моменте. Почти все подпевали. Поскольку у нас обычно проводила время молодежь, тех, кто не знал эту песню, было мало. Я с улыбкой смотрела на телефоны, направленные на меня.
– «Любовь может найти тебя..»
Казалось, я видела его глаза везде, куда бы ни посмотрела. Я пыталась вернуть контроль над своими дрожащими руками. Из головы у меня никак не шел его взгляд, полный гордости, когда он наблюдал за мной на приеме.
Я старалась не обращать внимания на звучавший в моих ушах его голос. Но у меня не получалось. В голове все еще играла песня из прошлого.
Я взяла микрофон в руку и стала двигаться по сцене. Лица, на которые я смотрела, казались мне принадлежащими ему. Он смотрел на меня с радостью, подмигивал. Это дарило мне такое ощущение, будто я парила в воздухе. Я искренне ему улыбнулась, будто это не он оставил меня в мире лжи. Или тем людям, которых я за него принимала.
– «Осталось только несколько лживых фотографий…»
Я знала, что некоторые воспоминания невозможно забыть, несмотря ни на что. Я могла бы отказаться от многого в этой жизни, только чтобы из памяти не стиралось то, как он смотрел на меня тогда. Я даже сейчас каждой клеточкой своего тела ощущала восхищение и блеск в его глазах в ту ночь.
–
–
Когда песня подходила к концу, я встретилась взглядом с Арифом. Он разговаривал по телефону. Точнее, Ариф стоял, прижав мобильный к уху. Но вот что интересно – камера его телефона с включенной вспышкой была направлена прямо на меня.
Ариф явно хотел, чтобы я его побила. Когда песня закончилась, начали поступать записки с просьбами спеть другие песни, но я сказала: «Я скоро снова вернусь» – и поблагодарила всех за внимание. Быстро спустилась со сцены, но Ариф, который был моей целью, уже вышел на улицу. Увидев, что он стоит в нескольких метрах от меня и говорит по телефону, я направилась к нему быстрым шагом.
– Главное, чтобы ты был в порядке. Йенге в порядке, не переживай. Если хочешь, могу отправить к ней Йигита, – услышала я его слова.
Он стоял спиной ко мне, и поэтому не заметил меня. Вспышка на его телефоне все еще была включена. Кажется, я зря обвинила Арифа. Но тем не менее, вместо того чтобы вернуться в ресторан, я продолжила его слушать. Он говорил с Караном. Мне было интересно, и я не смогла пересилить свое любопытство.
– Передавай привет и от меня своей супруге. Мои соболезнования. Спасибо, – сказал он и выключил телефон.
Он говорил не с Караном, а с Омером.
Я не стала никого расспрашивать об Омере, когда не увидела его в Анкаре. Я и не ждала, что все поедут следом за мной. Поэтому ничего странного я не заподозрила. Причина, по которой Омер не приехал, должно быть, была связана с Хале. Неужели в эти дни была годовщина ее смерти?
Я почувствовала, как сердце сжалось. Представив, как Омер плачет над могилой Хале, я ощутила боль, подобную той, которую испытываешь от тысяч игл, пронзающих насквозь тело. Что бы они мне ни сделали, мне хотелось быть сейчас с ним рядом и взять его за руку. Кто знает, в каком он был состоянии.
Тут Ариф обернулся, и наши глаза встретились.
– Йенге, что случилось?
Я проигнорировала его обращение ко мне –
– Сегодня годовщина смерти Хале? – спросила я, и он кивнул.
Омер Акдоган, стоящий у могилы совершенно один. Мое сердце не должно было так болеть.
– Почему ты на улице? – Ариф отвлек меня от этих мыслей.
Он собирался сказать что-то еще, но тут его взгляд упал на то, что было за моей спиной. Выражение его лица мгновенно изменилось, рука потянулась к оружию в кобуре. Я поняла, что позади стоит кто-то, видеть кого я не желала.
Я медленно повернулась и поняла, что не ошиблась с предположением. Передо мной застыл человек, с которым я не встречалась уже несколько месяцев.
– Здравствуй, анкарская красавица. – Озкан смотрел мне прямо в глаза. Нагло, бесстыдно.
Помимо ярости в голове у меня билась еще одна мысль, будоража разум. Как ему удалось пройти незамеченным через такое количество охраны?
Глава 6
Метания и безысходность
Отказать. Это простое с виду слово некоторые люди понимают с большим трудом. Оставаться там, где тебя не хотят видеть, упорствовать, когда говорят
Некоторые люди могут по-разному интерпретировать полученный отказ. Особенно мужчины, которые иногда считают его проявлением кокетства.
Когда я сказала
– Понимаю, тебе нравится меня мучить, но излишнее заигрывание убивает любовь.
Но все оказалось совсем не так. Озкан не был в меня влюблен, а я не кокетничала с ним. Был ли интерес этого человека, который играл роль одержимого много месяцев, ложью или же вначале я ему и правда понравилась, но потом он стал работать с Али? Ответа я не знала. Как бы то ни было, я никогда не заигрывала с ним. Я не испытывала к нему интереса и отказала. Все было просто.