Роза Адамс – Кольцо от босса (страница 7)

— Во сколько он появится? У меня рабочий день закончился! — выразительно смотрю на неё и на часы.

— Дорогуша, у тебя ненормированный рабочий день!- парирует она. — Не стоит испытывать терпение Ивана Александровича! Тебе повезло, что ты ещё здесь. Удивительно, что он не потребовал немедленного увольнения после того безобразия, что ты устроила утром!- смотрит на себя в зеркало, подкрашивая губки. — Должен подойти минут через тридцать! — смягчившись, добавляет она. — Будь паинькой!

— А что по поводу объяснительной? — решаюсь задать вопрос, который целый день, как заноза, сидит у меня в подсознании.

— Будем надеяться, он забыл о ней! — отмахнувшись, пожимает плечами. — Вернее не забыл, он не тот человек, который забывает о своих приказах. От него ничего не укроется. Скорее, решил не акцентировать внимание. Ну, раз дал шанс тебе поработать. Думаю, хороший знак, раз он не вызвал тебя немедленно на ковёр. Ох, Власова, Власова, не ожидала от тебя такого поведения. Ты должна продержаться, пока мы не нашли новую кандидатуру. Не подведи нас с Мариной Юрьевной. Мне недовольство шефа выслушивать не хочется. Утром пришлось постараться, чтобы смягчить его гнев. И помни, он холост, но рассчитывать с ним на что-то более, чем короткая интрижка, не стоит. Если хочешь сохранить место, даже не пытайся его соблазнить! У него табу на интрижки на рабочем месте. Работа отдельно, удовольствие отдельно! Всё, я убежала! Пока-пока.

Удивлённо провожаю взглядом Ольгу и устало утыкаюсь в невидимую точку на стене. Каждый в этой жизни преследует собственные интересы. Ольга боится потерять лояльность шефа, я боюсь остаться без работы и заработной платы. Появились бы на моём счету миллион долларов, я бы ни минуты не терпела самодурство шефа.

Встаю из-за стола, разминаю затёкшие мышцы. Подхожу к зеркалу, перед которым недавно красовалась Ольга и критически рассматриваю себя, заключив, что вид у меня замученный и болезненный. Сейчас бы на море, а не вот это всё

Попытаюсь приструнить непослушную прядь волос, выбившуюся из гладко зачесанных волос, но та предательски падает обратно на лоб. Интрижка, с шефом? Да никогда! Пусть другие девушки становятся жертвами его притягательности. Самоуверенные и властные мужчины никогда меня не привлекали. А если ещё хамы, самодуры и тираны, то шансов у них нет. Топнув ногой, показываю язык своему отражению, корчу смешные рожицы, пальцами делаю себе ушки как у зайчика, рожки как у козочки. Дурачусь, пытаясь себя развеселить и расслабить. С такой работой ку-ку поедет, не заметишь.

Именно в этот момент дверь приёмной бесшумно открывается и на меня уставился мужчина, пугающий меня до смерти — генеральный директор. Наши взгляды на секунду скрестились. Трудно представить более нелепую ситуацию. На несколько секунд я замираю в позе вертлявого зайчика.

— Ой, — вырывается у меня. — Вы уже вернулись? — чуть не подпрыгнув от неожиданности, напоминаю себе, что мне следует быть приветливой и вежливой. Наверное, это выглядит вымученно и натужно, так как замечаю, как Громов недовольно морщится.

— Чем бы ни заниматься, лишь бы не работать? — медленно растягивает слова. — Жду с объяснительной запиской в кабинете. Надеюсь, не забыли и написали? Нашли минутку в своём столь загруженном графике?– голос полон сарказма. — А то, я как посмотрю, у вас столько дел. И вздремнуть успеть нужно, и кофе попить, и перед зеркалом повертеться.

Поднимаю взгляд и вижу издёвку в его глазах. Будь он проклят! Какой гнусный тип!

— Не забыла! — От напряжения прикусываю нижнюю губы, сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладонь. Так несправедливо. Почему со мной постоянно происходит что-то нелепое именно в его присутствии? — Объяснительная готова, Иван Александрович.

— Неужели? Соизволили написать? Удивили так удивили, просто Мария! — хмыкнул Громов. — Ровно через пять минут жду в своём кабинете!

И вот я стою перед ним, как провинившаяся школьница перед строгим директором школы.

— Итак, Власова, слушаю ваше объяснение! — сложив руки на груди, делает вид, что весь во внимании.

— Да, Иван Александрович, вы невероятно проницательный человек! — Выдохнув, начинаю объяснять. — Я не успела позавтракать дома, так как провела бессонную ночь с любовником. По этой самой причине проспала. Он меня так утомил, что я заснула под утро как убитая. Не услышала звонок будильника. Но это не проблема, легкомысленно решила я, ведь можно выспаться на мягком диване в приёмной. Я не ожидала, что вы появитесь так рано!- слышу и я свой голос и волосы на голове становятся дыбом. Боже, что я несу. — Вот, так всё и было, как вы говорите! От вас ничего не утаить, уважаемый Иван Александрович.

Зловещая тишина воцаряется в кабинете. Получаю моральное удовлетворение, когда смотрю на ошарашенное лицо Громова, никто из подчинённых не позволяет себе разговаривать с ним в подобном тоне.

Мне хочется бросить на его огромный стол заявление об увольнении, повернуться и гордо уйти, громко хлопнув дверью. Закрываю на миг глаза, вспоминаю измученное лицо мамы, поникшего отца, которому требуется лечение. «Я не должна подвести свою семью!» — эта фраза стучит в моей голове. Я отчаянно нуждаюсь в работе, особенно в данный период, когда мама уволилась, а через неделю очередная дата платежа по кредитам.

— Извините меня! — тихо произношу я, хотя моё нутро возмущённо кричит, протестуя против подобных слов. Никогда не чувствовала себя столь униженной! Ненавижу его.

Громов смотрит на меня жестким, безжалостным взглядом, словно выжидая. Поняла, именно в эти секунды решается моя судьба. Приходит непоколебимая уверенность, что он уволит меня прямо сейчас. И зачем я тогда извинялась?

Молчание между нами затягивается. Он продолжает гипнотизировать меня своим взглядом. Странная дрожь пробегает по моему телу, меня начинает бросать то в жар, то в холод.

Понимаю тех девушек, которые мечтают оказаться в его кровати, от него исходит животный магнетизм, тёмные глаза обладают гипнотизирующей силой. Если он сейчас встанет и поцелует меня? Что со мной? О чём я думаю? Он самый заносчивый и высокомерный человек, которого я встречала. Фокусирую свой взгляд на его дорогих часах. Проносится мысль, что их стоимость в несколько раз превышает наш долг. Кто-то носит часы по стоимости квартиры, а кто-то должен стоять и унижаться перед боссом, страшась оказаться на улице без выходного пособия.

ГРОМОВ.

Наблюдаю за сменой эмоций на выразительном лице новой секретарши. Красиво очерченное овальное лицо с высокими скулами, точеная фигура, изящные ноги в простых черных лодочках — олицетворение красоты и сдержанности! Высокая и стройная, она могла показаться худой, но в ней присутствует природная грация. Было в ней что-то, что зацепило меня и не отпускало с самого утра, когда я впервые увидел её, расслабленно расположившуюся на диване в приёмной. Она была соблазнительной маленькой штучкой. Слегка тронутые помадой губы, полные и вызывающие желание поцеловать их. Молодая, привлекательная, её огромные карие глаза с испугом смотрят на меня. Мне хочется немедленно подойти, выпустить из тугого узла её волосы и поцеловать! Просто Мария выглядит неотразимой. И чертовски сексуальной.

Я дико раздражён, ситуация хуже некуда. Как я могу работать, если эта манящая конфетка будет мелькать у меня перед глазами целый день? Ненавижу осложнения, особенно если они связаны с чувствами. Следует дать поручение Ольге, чтобы нашли кого-нибудь более, хм, менее соблазнительную. Чувствую раздражение. Другая за подобную оплошность была бы уволена немедленно, без выслушивания оправданий и объяснительных записок. С самого начала было понятно, что она не подходит для выполнения обязанностей секретарши. Я дал её шанс, и что получилось? Она стоит и в открытую мне хамит.

Я давно привык, что женщины смотрят на меня с интересом, вожделением, а порой и с преданностью. Глаза секретарши не выражают ничего, кроме холодного презрения и ненависти.

— Хм, вы плохая актриса, просто Мария, если даже банальное «извините» не может произнести с должным почтением! — усмехаюсь я, потираю подбородок, мучительно раздумывая, что мне делать с этой несносной девицей. Одно знаю точно, хочу видеть милую пташку в своей постели.

— Я не на театральной сцене, чтобы играть! — парирует она. — И не называйте меня, пожалуйста, «просто Мария»!

— Порой актёрский талан помогаетв бизнесе, в карьере! — встаю из-за стола и медленно подхожу к Марии, которая испуганно отступает назад, — в личной жизни

Изучаю раскрасневшееся лицо Марии, которая упёрлась в стену. Прикасаюсь к мягкой щеке и вдыхаю ее тонкий женский аромат. На миг напряжение в моей груди ослабевает, а в паху, наоборот, возрастает. Ее острые скулы залил румянец. Она заморгала и отвернулась.

Понимаю чётко, на роль секретаря она абсолютно не подходит. Не отпускать её, сделать своей постоянной любовницей, приходит мне в голову безумная идея. Меня поглощает страстное желание прижаться к её губам и впитать их медовую сладость.

Резкий звонок стационарного телефона нарушает мои планы. Мысленно чертыхнувшись, подхожу к столу и снимаю трубку.

— Иван Александрович, тут мальчонка на проходной. Говорит, сестра его здесь работает! В отделе кадров уже никого, не знаю, что с пацаном делать! — слышу в трубке голос охранника, которого все называют Филлипыч. Крепкий мужичок лет шестидесяти не первый год несёт свою службу, ответственный, важный, мимо него и мышь не пробежит. Так завелось, что я всегда останавливаюсь, здороваюсь с ним за руку, мы обмениваемся шутками. Он разувается от важности, когда я ему напоминаю, если, мол, Филлипыч, какие проблемы, звони мне напрямую. — Говорит, что сестра его — Мария Власова. Что мне с ним делать? И у Власовой в кабинете никто не отвечает!