Роза Адамс – Кольцо от босса (страница 6)

— Здравствуйте! Я Маша, то есть, Мария Викторовна, ээээ, для вас просто Мария. Ваш новый секретарь! — заплетающим от страха языком бормочу я, одновременно ногой пытаясь нащупать и обуть туфли, которые, как назло, запропастились где-то под столиком.

Застываю в напряжённой позе. Кажется, тело сковало параличом. Золотисто-карие глаза в упор смотрят на меня с загорелого лица. Я его узнаю сразу. Биг босс, мой начальник и работодатель, Иван Громов собственной персоной.

Мне не приходилось раньше встречаться с ним лично, вот так близко, глаза в глаза. Видела его издалека, да на фотографиях, которые не в полной мере передают ауру сдержанной силы и взрывной энергии, которую он излучает.

Мне хочется отвернуться, убежать, но, он так смотрит на меня, что я не в силах даже пошевелиться. Усилием воли опускаю взгляд, уставившись на узел невероятно модного галстука. Громов статный, широкоплечий, намного выше меня ростом, хотя я девушка высокая. Невольно отмечаю внимательные и проницательные глаза. Острые скулы, большой прямой нос и широкий рот делают его лицо скорее суровым, чем красивым, что не умаляет его откровенно мужской привлекательности. В его чертах лица нет намёка на мягкость, Хотя он стоит, сурово сжав губы, невольно отмечаю, что губы у него четко очерченные и полные. Глаза, опушенные густыми длинными ресницами, необыкновенного янтарного цвета, которые сейчас потемнели от гнева.

От него так и веет уверенностью и успехом, а дорогая одежда только подчеркивает, что это впечатление верно. Костюм цвета антрацит, явно сшитый на заказ, кремовая рубашка и шелковый галстук в серую полоску. Покрой одежды не скрывает его атлетическое телосложение. Черты лица излучают самоуверенность и холодную непоколебимость.

Он молча оценивает мой вид. Его взгляд медленно проходит по моей фигуре и останавливается внизу. Мне удалось обуть туфель на правую ногу, туфель левой ноги я так и не нащупала, он где-в глубине, под столиком. Так я и стою перед боссом, в одной туфле. Краска стыда заливает моё лицо. Хороша Маша, такой позор. Если я полезу под стол искать туфельку, то выглядеть буду ещё позорнее.

— Извините! — бормочу я, когда его взгляд возвращается к моему лицу.- Чай, кофе?

— Неужелиэээ просто Мария- то ли с насмешкой, то ли с издёвкой произносит он, особо выделяя моё имя, — решила приступить к своим трудовым обязанностям? Так-то, рабочий день начался- демонстративно смотрит на свои дорогие часы- полтора часа назад! А вы уже устали? Решили вздремнуть? Жду вашу объяснительную!

— Объяснительную? — раздаётся удивлённый мужской возглас. Голос принадлежит молодому человеку привлекательной наружности, который входит в приёмную. За ним вплывает личный ассистент Громова — Ольга, холёная, красивая девушка лет двадцати пяти. — Биг Босс лютует? Кто посмел его разозлить? Неужели босс сердится на это милое, нежно создание? Как так можно?

— Стёпа, помолчи! — раздражённо кидает Громов, переводя свой взгляд с меня на входящих людей.

— Господин Громов, прости, извини, не могу молчать! Моё рыцарское сердце требует встать на защиту столь прекрасной леди! — театрально восклицает Степан, приложив ладонь к груди.

— Ээээ, Иван Александрович, это Мария, временный секретарь приёмной. Она сегодня первый день, мы вам её не успел представить! — вступает в разговор Ольга. — Очень исполнительный, ответственный, дисциплинированный работник. Марина Юрьевна рекомендовала её кандидатуру! — Ольга заученно улыбается, но по её взгляду, который бросает на меня, я догадываюсь, что она обо мне думает, лексика, там явно, нецензурная. — Конкурс на вакантное место мы объявили, со дня на день начнём приглашать претендентов на собеседование.

С улыбкой, обращённой к боссу, Ольга открывает дверь его кабинета, приглашая Громова войти, лишь бы быстрее увести из приёмной. Бросает гневный взгляд на меня и тот беспорядок, который я устроила.

— Что ещё за конкурс? Я требую его отменить! — восклицает Степан. — Иван Александрович, неужели вы позволите, чтобы место Машеньки заняла как-то вертлявая девица?

— Стёпа, ты, не в том положении, чтобы требовать! — чеканит Громов. — И прекрати паясничать! А вы не забудьте написать объяснительную записку!- тыкает в меня пальцем. — И не стоит ходить по офису босиком! — кидает на меня гневный взгляд и стремительно скрывается в недрах своего кабинета.

— Убрать всё немедленно! Навести порядок! — шипит Ольга, устремившись вслед за шефом. — И себя в порядок приведи! — хлопает дверью.

— Маша, я так старался защитить тебя! Будем надеяться, пронесёт! — произносит Степан, с интересом разглядывая меня, как диковинную вещь. — Как насчёт того, чтобы пошалить? Встретимся сегодня вечером?

— Чего? — удивлённо спрашиваю я. — Вы о чём?

— Я за тебя словечку замолвлю! — Степан мне подмигивает, сложив на груди руки, присаживается на край стола и с интересом наблюдает за мной. Я, присев на корточки, пытаюсь нащупать злополучный туфель. — Будешь, как сыр в масле кататься.

— Вы сейчас о чём? –поднимаюсь, упёршись в бока, гневно спрашиваю я. — На что намекаете?

— Как будто ты не понимаешь! Или считаешь, что получится что-то с боссом?- ехидно улыбается. –Гарантирую, со мной ты своё рабочее место не потеряешь. Ну как, по рукам?

— Вы по какому вопросу, гражданин? Вам назначено? — кипя от злости, произношу я деловым тоном. — Сейчас я уточню у Ивана Александровича, примет ли он вас.

— Не утруждайся, детка! — усмехается Степан. — Будут проблемы, обращайся. Договоримся! — уставился на разрез блузки, подмигнул и уверенно открыл дверь кабинета Громова. — Иван, всё-таки, твоя новая секретарша забавная девочка! — услышала я его слова, прежде чем дверь закрылась.

Устало опустилась в своё кресло. Что это было? Так накосячить в свой первый рабочий день? Ещё и объяснительную писать. Что писать? Массирую свои виски. Я в полном тупике. Беру лист бумаги и вывожу красивым почерком: «Объяснительная. Я, Мария Власова, пила кофе в рабочее время, так как проспала, не успела позавтракать дома, торопилась, чтобы не опоздать на работу»!

Понимаю, бред. А разве всё, что происходит в моей жизни, не бред?

Это очень плохо.

Это просто ужасно.

Просто отвратительно. Глотаю слёзы и ставлю размашистую подпись. Одна слезинка скатывается на лист бумаги. Но у меня нет абсолютно никакого желания переписывать объяснительную.

Глава 6

— Вы издеваетесь надо мной, «просто Мария?» — Глаза Громова, оценивающе скользнув по моей фигуре, блестят холодом. Его губы крепко сжаты. Бросил на стол мою объяснительную, уставился на меня, как удав на кролика.

— Нет! — облизав пересохшие губы кончиком язык, с трудом проглотила вставший в горле комок.

— Вы попросили написать объяснительную, я написала! — крепко сжимаю блокнот, который прихватила с собой и гордо поднимаю голову. — В дальнейшем приложу все силы, чтобы не допускать подобноеэээ недоразумение!

— Позвольте поинтересоваться, почему вы не успели позавтракать дома? Проспали? — интересуется он лилейным голосом. — Провели бессонную ночь с любовником?

— Моя личная жизнь вас не касается! — громко отвечаю я. Меня буквально распирает от злости. Он с таким откровенным мужским бесстыдством разглядывает меня, позволяет себе задавать бестактные вопросы, да он настоящий хам и наглец.

— Меня касается всё, что происходит в стенах моей компании. Я вам плачу деньги за выполнение трудовых обязанностей. Вы же переносите проблемы своей личной жизни на работу! — холодно замечает он.- Не выспались дома, нет проблем, можно сладко вздремнуть на диване в приёмной! Так получается? — саркастически изогнул бровь.

Он отсчитывает меня, не повышает голос и не угрожает. Но ледяная вежливость пугает сильнее, чем самые громкие крики. На какое-то мгновение что-то будто мелькает в темноте этих глаз — и тут же исчезает.

Сегодняшний день был ужасным с самого начала, я держалась, как могла. Убеждала себя, что от моей расторопности зависит, получится ли у меня сохранить своё место. Деньги для меня сейчас — вопрос жизни и смерти. Я постоянно вспоминала маму, перед глазами встаёт её измученное, усталое лицо. Она рассчитывает на меня, я не имею право её подвести. Я держалась весь этот долгий день, выполняя приказы Ольги. После инцидента в приёмной, через минут сорок она вышла из кабинета Громова, надиктовала мне длинный список поручений. Позвонить, уточнить, пригласить, написать письмо, распечатать документ, проверить, перепроверить, внести поправки, ещё раз распечатать. Она стояла над моей душой, постоянно торопила, контролировала, сделай то, сделай это, бурчала, какая я нерасторопная, всё делаю «ужасно медленно»! Мымра несколько раз в приёмную заглядывала со словами: «Справляешься?», укоризненно смотрела на меня и неодобрительно качала головой. Ольга ей оперативно доложила, что произошло утром.

Рабочий день промелькнул как одно мгновение, в сумасшедшем ритме, оглянуться не успела. Казалось, я не поднимала голову из-за компьютера. Громов со Степаном ушли ещё в обеденное время, я очень надеялась, что генеральный больше не появится. С надеждой смотрела на часы, когда закончится этот ужасный рабочий день, мечтала как можно быстрее оказаться дома. Зря радовалась.

— Обязательно дождись Ивана Александровича, вполне возможно, ты ему понадобишься! — приказывает Ольга, которая сама, ровно в 18-00, быстро собралась домой.