Роуэн Коулман – Отныне и навсегда (страница 13)
– Но нас уже нужное количество, – говорит первый. – Так что…
– Нужное количество? – спрашивает Дэв.
– Нас тринадцать, тринадцать апостолов на…
– Наш тринадцатый участник давно не появлялся, и вообще, у нас нет такого правила, – парирует Дэв, – иначе зачем было вешать плакаты? И мы никак не ограничены религией.
– Верно, такого правила нет, – вмешивается старший в группе, мужчина лет сорока с седеющей бородой и коротко остриженными волосами. – Мы люди пытливых умов, и нашему любопытству нет предела. Думаю, ты согласишься со мной, Иэн. – Иэн пожимает плечами и садится. – Добро пожаловать в клуб «Тайная Вечеря»!
– Я Бен, а это Китти, – говорю я, присаживаясь рядом с сестрой. – Я инженер-оптик, специализируюсь на разработке линз. Не так давно начал увлекаться работами да Винчи.
– А кто не увлекается, – бормочет Иэн, будто я сказал что-то про S Club[3] на собрании клуба любителей трэш-метала.
– А я просто его несчастная спутница, – говорит Китти.
– Мы все очень рады с вами познакомиться, – говорит старший. – Меня зовут Негаси, я увлекаюсь астрофизикой и древней астрономией. Дэва вы уже знаете, он инженер-механик, Иэн – промышленный химик, – он перечисляет имена остальных, но я тут же их забываю. – На наших встречах мы всегда вкушаем красное вино, пресный хлеб и ассорти сыров. Могу я вам что-нибудь из этого предложить?
– Бокал вина, спасибо, – отвечаю я.
– И побольше, – Китти улыбается Дэву и выглядит куда радостнее, чем вначале.
– Как вы о нас узнали? – спрашивает Негаси, наливая нам вино.
– На самом деле случайно, – говорю я. – Сели не на тот автобус, дошли до паба, увидели плакат внизу. Что-то вроде «оказались в нужное время в нужном месте».
– О клубе «Тайная Вечеря» так обычно никто не отзывается, – шутит Негаси.
Прежде чем я успеваю ответить, дверь открывается и заходит женщина в длинном бархатном платье цвета пыльной розы, почти подметающим пол подолом, расшитым лимонно-зеленым бисером. В руках у нее большая деревянная шкатулка. Слышатся негромкие возгласы, приветствия и добродушные «Смотрите, кто к нам пожаловал!»
– Знаю. Знаю, я давно не приходила, но, думаю, вы меня простите, увидев, что я… – Глаза Виты расширяются, когда она замечает меня. Губы сначала формируют удивленное «о», а потом растягиваются в красивейшей улыбке.
– Бен, – произносит она.
Глава двадцатая
Мои щеки примерно того же оттенка, что и мое платье Biba из шестидесятых. Я сажусь рядом с Негаси. Друзья в шутку жалуются, что я не удосужилась прийти на несколько последних встреч, и проявляют явный интерес к моей таинственной шкатулке.
– Я-то не против, но это ведь ты основала клуб, – с улыбкой поддразнивает меня Дэв.
– Знаю, знаю, – говорю я. – Немного замоталась с да Винчи.
– Но оно того стоит, – говорит Бен. – Выставка у Виты просто потрясающая.
– Вы знаете друг друга? – спрашивает Иэн.
– Не совсем, вчера познакомились, – отвечает Бен. – Китти, это Вита, куратор Коллекции Бьянки.
– Круто, – улыбается девушка. – Я сестра Бена.
– У вас похожие улыбки, – говорю я.
– Так что ты принесла, Вита? – спрашивает Иэн, когда я бросаю взгляд на Бена. Я и не замечала, какие у него широкие плечи и грациозные руки. Его глаза встречаются с моими, грудь и шею охватывает жар.
– Это мой новый проект – изучаю точки пересечения науки и алхимии. Первые ученые предсказали многие из открытий, совершенных в нынешнее время. Вдруг из прошлого можно извлечь что-то еще?
– То, что нужно, – говорит Дэв, нетерпеливо потирая руки. – Покажешь?
Я ставлю шкатулку, которую успела забрать из лаборатории Исаака до ее закрытия, в центр стола. Все подаются вперед.
– Я нашла этот
– Кроме путешествий во времени, – бормочет Иэн.
– Что значит «нашла»? – спрашивает Дэв. – Она что, выпала из кузова грузовика?
– Поверишь, если скажу, что нашла ее на блошином рынке? – отвечаю я.
– Если это поможет делу, то да, поверю, – Дэв одаривает Китти обворожительной улыбкой.
Осторожно открыв шкатулку, я вынимаю ее содержимое, представляющее собой цельную конструкцию. Необычный прибор изготовлен из латуни и оснащен мастерски выполненными стеклянными линзами ручной работы разных размеров и толщины.
– У меня была версия, что это неудавшийся прототип микроскопа, – достаю последнюю деталь, вынимаю ее из бархатного мешочка и аккуратно устанавливаю призму на подставку в верхней части механизма, – или какой-то оптический эксперимент. Но для чего он нужен, я так и не разобралась. Есть идеи?
– Позвольте, – Майк рассматривает устройство поверх очков, в то время как вокруг стола начинает подниматься возбужденный гул.
– Ну и головоломка, – говорит Том. Он начинает тянуться к устройству, но в последний момент замирает в нерешительности. – Можно?
– Период времени не подходит, – говорит Иэн. – Я имею в виду интересы клуба. Мы ведь изучаем Раннее Возрождение.
– Иэн, заткнись, пожалуйста, – говорит Дэв. – Это же потрясающе.
– Ты прав, Иэн, но оно напоминает изобретения из записей да Винчи, – говорю я. – Конкретных доказательств нет, однако мне кажется, что создатель устройства был знаком с работами да Винчи и, возможно, тоже разбирался в алхимии.
Обычно в такие моменты люди улыбаются или даже ухмыляются, но в этой комнате подобного не происходит; примерно по этой же причине и был создан клуб. Мне хотелось собрать единомышленников, которые, сами того не подозревая, смогли бы вместе найти ответ к неразрешимой загадке.
– Согласен с твоим наблюдением, – говорит Негаси, пока остальные бормочут себе под нос.
Все сидящие за столом придвигаются ближе, чтобы получше рассмотреть устройство. Бен держится чуть поодаль, но я вижу, что он тоже с восхищением разглядывает каждую деталь.
Сегодня вечером я шла сюда с мыслями о нем, и вот он собственной персоной. Не понимаю, как это работает, и не могу избавиться от напряжения. Счастливые случайности и осколки надежды – вечные предшественники большой потери. Подобное начинаешь осознавать, только пожив с мое.
– Вы смотрите, а я принесу еще вина, – говорю я.
– Не заморачивайся, хозяин должен сам скоро принести, – отвечает кто-то, но я делаю вид, что не услышала. Надеюсь, Бен найдет причину последовать за мной, чтобы мы вместе «поудивлялись» тому, каким чудом наши пути снова пересеклись.
Я выбрала проспект Уитби для встреч клуба «Тайная Вечеря», потому что это место знакомо мне еще с тех времен, когда я впервые приехала в Лондон много веков назад. Иногда он служил мне настоящим убежищем; какое-то время я даже жила и работала в укрытии этого каменного сооружения, непоколебимо стоящего на фоне бесконечно меняющегося города.
Главный бар претерпел сильные изменения за прошедшие годы, но некоторые детали остались прежними: например, я не раз касалась крепких балок, что поддерживают потолок, и ходила по этому плитняку. Еще одна вещь, которая уже долгое время остается неизменной, – мой бывший начальник за барной стойкой. Он общается с завсегдатаями, положив руку на пивной кран.
– Привет, Хью, – говорю я с легкой улыбкой. – Извини, что так долго была в самоволке, на работе завал.
– Рад тебя видеть, милая, – Хью улыбается в ответ, берет стакан, наливает мне строго определенное количество джина и, чуть подумав, бросает туда пару кубиков льда. Все как я люблю.
– Помощь не нужна? – спрашивает Бен, возникший рядом. Я поворачиваюсь к нему и забываю, о чем говорила.
– Это твой новый парень?
– Ой, нет, – я краснею. – Это Бен, мы вчера познакомились.
– Вот как, – говорит он, вскидывая брови. Он ставит на поднос чистые бокалы и четыре бутылки вина. – Я подумал, может быть… Ну, ты знаешь, прошло много времени с тех пор, как Доминика не стало.
Наступает неловкое молчание.
– Знаете что, – через какое-то время говорит Хью, – вы идите, я сам все принесу. И еще, пообещай попрощаться перед уходом.
– Обещаю, – отвечаю я, через плечо бросая взгляд на Бена и уводя его в более тихий коридор в задней части заведения.
Оставшись наедине, мы оба выжидательно молчим.
– Неожиданная встреча, – наконец произносит Бен.
– Да, – соглашаюсь я. – И правда.
– Но я рад, – добавляет он.
– Это взаимно, – говорю я, аккуратно по очереди касаясь кончиков пальцев. – Я нашла твой сайт и думала связаться с тобой, но сомневалась, стоит ли.
– Думала связаться со мной? – Бен смеется. – Мало кто захотел бы увидеться со мной после того, что случилось. Да я их и не виню.