Роуэн Коулман – Моя дорогая Роза (страница 85)

– Тогда мы должны взять у вас показания. Нам нужны обстоятельные и серьезные улики. Лично я настоятельно рекомендую вам подать исковое заявление о возбуждении уголовного дела против вашего мужа.

Полицейский снова взглянул на Розу.

– Хорошо! Я вас оставляю здесь! – бросила врач участливым тоном. – Расскажите полиции все, что сумеете вспомнить. Ваши показания должны быть запротоколированы, даже если потом вы не захотите давать ход делу. К сожалению, к большому сожалению, чаще всего так и бывает. Женщины обычно все спускают на тормозах, а их обидчикам все сходит с рук. Так проявите же характер, в конце концов! Подайте этому человеку четкий сигнал, что вы не намерены терпеть подобные издевательства впредь. Иначе он от вас не отстанет и будет преследовать снова и снова.

Роза нашла взглядом Мэдди. Та сидела на ручке кресла, обвив деда рукой за шею. Она едва приблизилась к матери и побоялась даже прикоснуться к ней. Она просто безмолвно смотрела на всех, пытаясь что-то понять в происходящем. Розе было неловко вести подробные разговоры в присутствии дочери. Они совсем не предназначены для детских ушей.

– Хорошо! Я сделаю все, как вы говорите! – Роза взглянула на полицейского. – Но только не сейчас, пожалуйста! – добавила она умоляющим тоном. – Моя дочь… и я… я в порядке! Честное слово! – Она повернулась к отцу. – Прости, папа! Все эти треволнения тебе совершенно ни к чему!

– Если бы только у меня были силы встать с постели! – пробормотал Джон, и его лицо исказила ярость. – Но я такой беспомощный, такой слабый… Вот Мэдди у нас – настоящий герой! Она одна знала, что надо делать! Это она обратилась за помощью! Позвонила…

Мэдди молчала, не сводя с матери глаз, не в силах уразуметь, что с нею было. Роза протянула ей руку, но девочка осталась сидеть возле деда.

– Спасибо тебе! – Роза повернулась к Дженни. – Спасибо тебе за все, что ты для нас сделала. С того самого дня, как мы приехали в Милтуэйт. И конечно, огромная благодарность за то, что ты помогла мне сегодня. Что ты приехала… несмотря на все… Потому что если бы ты не приехала, то… – Голос ее предательски дрогнул. – Благодарю тебя от всего сердца!

– Ничего такого геройского я не сделала! – фыркнула Дженни, слегка выпятив губу. – Терпеть не могу насильников!

– Здравствуйте всем!

Роза подняла голову и увидела Теда. Войдя, он застыл в дверях. На его лице отразилась целая гамма чувств. Смятение, ужас при виде Розы и одновременно смущение от факта встречи с нею. Парень явно растерялся при виде такого множества официальных лиц. По всему было видно, что Тед не знает, как отреагирует на его появление Роза. Но что самое удивительное, и она не знала, как ей реагировать.

– Мама, я только что прочитал твою эсэмэску! Прости! – Тед бросил пристыженный взгляд на Розу. – Можно войти?

Роза молча кивнула и отвела глаза в сторону, наблюдая за тем, как врач «Скорой помощи» пакует свой чемоданчик.

– А вот и тяжелая кавалерия подоспела! – язвительно бросила Дженни. – Правда, с опозданием почти на час. Но не беда!

– У меня был отключен мобильник, – снова повинился Тед, стараясь не встречаться глазами с Розой. – А папе ты звонила?

– Конечно! Поди, и у него отключен! Есть такой сорт беспечных людей, что отключают мобильник: «мне он не нужен». Глупцы и эгоисты: а если вы кому-то нужны? Но ничего. Мы и без вашей помощи тут управились! Правда, милая?

Роза молча кивнула. Она сейчас с трудом верила в то, что сделала: свалила Ричарда на пол. Откуда у нее только силы взялись орудовать каким-то поленом и так сильно ударить… Она снова посмотрела на дочь. Знает ли Мэдди, что именно она сделала? Быть может, поэтому-то она и не хочет подходить к ней? Неужели после всего Мэдди станет бояться ее точно так же, как она боится отца?

– Этот негодяй уже приготовился ударить меня, – рассказывала Дженни, как развивались события, – меня! Дерьмо! Тогда наша девочка, – Дженни кивнула в сторону Розы, – ухватила тяжеленное полено, да еще с такой легкостью, словно это спичка, и…

– Дженни! – перебила ее Роза, показав глазами на Мэдди.

– Послушай, Мэдди! – Тед достал из кармана джинсов ключи от машины. – Ступай пошарь у меня в кабине. Там в бардачке должен лежать шоколадный батончик «Марс». Возьми его. Это тебе!

– Спасибо! – вежливо поблагодарила его Мэдди, не проявив особенного энтузиазма. Она нехотя взяла ключи и почти тут же вернула их Теду. – Я не люблю шоколадные батончики. Но если вам, взрослым, надо поговорить о чем-то без меня, то я могу подняться наверх и почитать пока книгу.

– Не надо, Мэдди! – воскликнула Роза и попыталась сесть, и в ту же минуту комната снова поплыла у нее перед глазами. И зачем только Тед лезет не в свое дело, подумала она с раздражением. Разве он способен понять ее дочь? – Оставайся, если хочешь, с нами!

– Не хочу! – Мэдди встала с кухонного стула. – Я устала! Пойду к себе!

– Мэдди! – заволновалась Роза. – С тобой все хорошо? Столько всего случилось за один день! Не каждый взрослый справится…

Какое-то время Мэдди внимательно изучала лицо матери, а потом ответила в своей обычной немногословной манере:

– Я в порядке!

Роза с тревогой смотрела, как ее дочь стала медленно подниматься по лестнице, тяжело уронив голову на грудь.

– Пойду за ней! – подхватилась со своего места Дженни. – Побуду немного с малышкой. Вдруг ей захочется со мной поговорить?

– Нам, кстати, тоже нужно перекинуться парой слов! – сказал полицейский, взглянув на Розу. – Разумеется, не прямо сейчас! А когда вам станет получше. Надо расставить все точки над i.

– Совершенно верно! – одобрила его намерение врач. – Ну, мне пора! Но говорю вам вполне серьезно: если вам станет хуже, немедленно в госпиталь! Ясно? И вот еще что! В любом случае не оставляйте все случившееся без последствий. Кем бы ни был тот человек, который сделал с вами то, что сделал, он должен понести наказание за содеянное.

– Большое спасибо! – поблагодарила ее Роза, превозмогая боль. – Вы очень помогли мне!

– Я сам разберусь с этим подонком! – воскликнул Тед, возбужденно вышагивая вокруг дивана. – Скажу ему пару ласковых слов. С помощью этих вот кулаков!

– Так! – оборвал его полицейский. – Я делаю вид, что ничего не слышал! Однако послушайте меня! Если после первичного осмотра в больнице этого типа отпустят восвояси, то у нас немного шансов задержать его на ночь. Конечно, едва ли он захочет вернуться сюда снова. Не идиот же он, в конце концов! Видите, как ловко он стал изображать из себя жертву? Но все же нужен глаз! Проследите за порядком, ладно? – обратился он к Теду.

Тед вышел проводить их на улицу, оставив отца и дочь наедине. Они безмолвно взирали друг на друга, и на обоих лицах читалась явная растерянность: оба понимали, в какой западне они оказались. Слабые, беспомощные, ни на что не годные.

– Папа! – начала Роза, старательно демонстрируя показной оптимизм и избегая встречаться взглядом с отцом. – Ты не волнуйся! Я же не инвалид какой-нибудь! Все это такая глупость! Столько шума из ничего!

– Это я во всем виноват! – медленно роняя слова, проговорил Джон. – Моя вина! Бросил тебя совсем ребенком, вольно или невольно толкнув тебя в объятия к этому негодяю, который мог бы… – он замолчал, не в силах произнести вслух все то, о чем он подумал. – Мне невыносимо тяжело! Не могу простить себе, что заставил тебя пройти через такие испытания!

Какое-то время Роза молчала. Ей очень хотелось возразить отцу, сказать, что его вины нет ни в чем, но нужные слова не находились. Да, прежняя любовь к отцу медленно, но верно возвращалась к ней, и все же прошло еще слишком мало времени, чтобы забыть все, что было.

– Наверное, я вряд ли выскочила бы замуж в восемнадцать лет, если бы рядом со мной были родители, – начала она медленно. – И тем не менее твоей вины в случившемся нет. Ведь это уже моя жизнь, папа! И никто силком меня не тащил в этот брак, не принуждал выходить замуж за Ричарда. Сейчас-то, задним умом, я понимаю, что в нашей совместной жизни с ним все с самого начала пошло не так. Но ведь мне не с чем было сравнивать, а потому я старательно гнала от себя любые сомнения. Мне хотелось быть замужней женщиной, иметь семью, чувствовать себя в полной безопасности. И бросить я его могла сто раз! Но не сделала этого, потому что… потому что у меня не хватало мужества. – Голос ее задрожал при мысли, какая страшная опасность подстерегала ее сегодня. Как же ей удалось избежать худшего! – Даже сегодня! Даже сегодня я уже почти готова была уступить и сдаться. А ведь я считала себя сильной. Думала, что обрела свободу… Но когда он набросился на меня, то я поняла, что мне с ним не совладать. Если бы не подоспела Дженни, то он меня бы… И знаешь, я уже почти готова была сдаться. Думала только об одном! Чтобы он не убил меня… Ну, и где же моя хваленая смелость?

– Ты замечательная женщина, Роза! – воскликнул отец, угрюмо сдвинув челюсти. – Наверное, ты самая мужественная изо всех нас, кто присутствовал в этой комнате.

– Что-то лично мне так не кажется! – громко всхлипнула Роза, закрыв лицо руками. И горячие слезы градом полились по ее ладоням. – У меня такое чувство, что он снова одержал надо мною верх. Почему?

– Роза! – тихо окликнул ее Тед, опускаясь перед ней на колени. Он слегка погладил ее по руке, но она тут же отдернула ее, не открывая лица. Уловив ледяной взгляд Джона, который смотрел на него с явным неодобрением, Тед молча отошел, оставшись в комнате.