Ростислав Паров – Одна душа на двоих (страница 36)

Первым делом было велено по сто раз присесть – под мерный счет Байона, дабы никто не вздумал отлынивать. Шенне и Талик, хотя и знали цену сильным ногами при полете, недоуменно переглянулись: в их представлении исход боя решала не сила, а все-таки умение управляться со своими клинками.

Дальше последовали отжимания, где Шенне смогла сделать лишь три повторения, а Талик – десять. За ними – подъем булыжников, метание камней и даже подтягивания на сооруженном меж сосен турнике. И каждый раз результаты калахасских новичков были худшими.

– Новенькие-то – совсем хлюпики! – во время небольшого перерыва гремел грубый, лишь временами звенящий голос Кассеи, уже давно потешавшейся над их мучениями.

Во время упражнений учитель, в целом далеко не строгий, болтать запрещал, но в перерывах и сам был не против лишний раз пошутить.

– На то они и новенькие, – усмехнулся он в ответ. – А сама-то, смотрю, и пяти раз уже вытянуть себя не можешь. Опять бока наела?!

– Все в порядке с боками! – огрызнулась девушка. – Не отдохнули еще руки просто.

Талик тем временем незаметно подошел к подмастерью и задал давно волнующий его вопрос о смысле физических упражнений.

– Скорость удара, уклонения, передвижений, – вежливо стал объяснять Байон, – выносливость в бою – все зависит от силы тела. Чем дольше идет сражение, тем она важнее. Понимаешь?

– Ага, спасибо, – тяжело вздохнул Талик, начиная догадываться, что подобные занятия теперь станут регулярными.

– Не расстраивайся так, со временем наверстаешь.

Далее была очередь челночного бега – между двумя бревнами, туда и обратно, дважды. Бегали парами. Кто приходил вторым – выбывал и в последующих забегах не участвовал.

Хотя ноги их к тому часу уже ныли от приседаний, длинноногая Шенне сумела пройти во второй раунд, опередив невысокую девушку из лагеря «красных». Талик же ожидаемо выбыл уже в первом раунде. Забеги Кассеи вызывали у юношей наибольший интерес, но, несмотря на все неудобства, в восьмерку лучших она таки попала. Равно как и Нохай.

– Сейчас побегут по одному, а четверо будут стоять сбоку и метать в них Парахами, –объяснил новичкам следующее упражнение Байон. – А вам надо будет вести счет – один за каждый брошенный Парах и за каждое попадание в вас. Как дойдете до пятидесяти, отходите в сторонку. Это нельзя забывать, иначе и погибнуть можете! Вы поняли?

Четверо из «красных» уже заняли свои места в трех метрах от вытоптанной дорожки, призвали серые клинки. Противостоять им готовился Нохай. По хлопку он рванул с места, а когда один из «красных» замахнулся и метнул клинок, Нохай резко затормозил, будто уже добежал до бревна, пропустив тем самым снаряд перед собой. Тут же в него полетел еще один серый кинжал, на который наследник дома Батаров отреагировал рывком вперед, снова спасшим его от попадания. В итоге за все шестнадцать бросков, что полагались для каждого бегуна, в него попали лишь однажды.

Для Талика испытание представляло особую трудность, ведь серые клинки на фоне розово-серых вихрей-змеек были почти не видны. Ориентируясь больше на движения рук, юноша получил десять попаданий и с учетом шестнадцати своих призывов Параха закончил со счетом двадцать шесть. Шенне, как и ожидалось, справилась лучше, получив двадцать один.

Затем испытание повторили, но уворачиваться требовалось на месте, уклоняясь или отпрыгивая в сторону. Талик насчитал до пятидесяти трех, однако отходить в сторонку не стал: их с Шенне небесная сила, заметно превышавшая сейчас силу прочих учеников, была еще далека от исчерпания. Его возлюбленная вновь оказалась лучше, досчитав до сорока.

– Обед! – громко провозгласил Байон, указывая на уже ожидавшую учеников повозку со съестным. – Перекусите, восстановите силы, – подмигнул он новеньким. – После обеда обучение продолжится!

Талик и Шенне, получив свои тарелки и воду, нашли местечко подальше от остальных, которые предпочитали сидеть на больших бревнах, и уселись прямо на траве.

– Шенне, не слушаются ноги.

– И я уже измотана, Талик…

Им многое хотелось обсудить, и девушка даже думала потихоньку задать свой вопрос, как вдруг к ним пожаловали новые посланники. Кассея, уперши свои сильные руки в точеные бедра, встала прямо перед ними. Чуть позади нее задумчиво улыбался крепкий, немногим выше ее самой юноша, тоже из «красных».

– Эй, букашки, слушайте Могучую Кассею! – весело объявила она.

Шенне скосила взгляд на ее грудь, с земли казавшуюся еще больше, чем она была на самом деле, оценила реакцию на это явление своего супруга и после подняла на девушку удивленные серо-голубые глаза. Талик ограничился обзором ног подошедших.

– Сегодня вы унизили моего подданного, Амона! – грубый голос Кассеи звучал надменно и нагло. – Посему мне надлежит отплатить вам, неразумным, за этот глупый поступок!

– Амон твой первым начал, – хладнокровно возразил ей Талик, так и не подняв глаз.

Он хорошо помнил предупреждение учителя, а потому не желал им с Шенне конфликта с этой особой.

– Плевать! Унизив Амона, ты оскорбил весь наш дом!

– М-м, ясно, – не стал спорить Талик, продолжив жевать свою булку.

– Но вы, отбросы, еще можете спастись. – Хотя говорил с ней юноша, смотреть девушке приходилось на повернувшуюся к ней Шенне. – Клянитесь дому Ганов в верности, и я это маленькое недоразумение, так уж и быть, улажу!

– Ты можешь уходить, Кассея.

– Да, кыш пошла!

– Что?! – исказился от удивления и злости ее голос. – Хотите, значит, войны?

– Войны? – Наконец Талик поднял на нее свой усталый взгляд. – Что можешь сделать ты? Твой дом здесь не имеет власти.

– Ха! – Кассея присела на корточки прямо перед ним. – Подумайте, букашки, каково будет вам тут, если вы начнете находить в своей еде жуков, в постелях – какашки, если каша будет проливаться на вас ежедневно! А в город выйдете, я вам ручонки обоим отрежу.

– Все, сгинь! – не выдержала Шенне. – Пустая болтовня!

– Тогда война! – поднявшись, заключила наследница дома Ганов.

– Кассея, дай ты им подумать маленько! Чего сразу набросилась? – вмешался молодой человек за ее спиной.

– Тебя, Кронос, не спросила! – огрызнулась она. – Они хамят мне!

– Да, вы идите, – решил разрядить атмосферу Талик. – Мы решим все завтра.

– То-то же! – фыркнула уходя Кассея.

Оставшись одни, молодые супруги переглянулись. Этот новый мир и правда был удивительным, но совсем не уютным.

– Мы же не будем соглашаться на такое? – на всякий случай спросила Шенне.

– Да, думаю, с нас хватит обещаний. С дерьмом мы справимся, а Ганбатар… не очень-то нам был бы нужен.

После обеда учитель объявил тренировочные бои. Каждый в качестве имитации использовал серые клинки, но использовал их как свое основное оружие: Шенне с когтем надлежало колоть, Талику – останавливаться и метать, владельцам мечей – рубить.

– Сражаться будут двое против одного, – вводил их в курс дела Байон. – Если в одного из бойцов попадут Парахом, он считается убитым.

– Но ведь, попав, тот, что один, клинок свой потеряет очевидно, – подметил Талик, ведь при столкновении с дар-буганом серый клинок должен был превратиться в пепел.

– Все правильно. Тогда ему надо будет выбежать за круг и призвать новый Парах. А потом вернуться и продолжить сражение.

Талик попал уже во второй бой. В паре с «синим» юношей с воображаемым мечом его выставили на бой с миниатюрной девушкой из «красных», которую ранее опередила в забеге Шенне.

– Ты, главное, не мешайся, новенький, – велел Талику «синий». – Я эту мелюзгу сам разорву!

Сказав это, юноша бросился в атаку, а Талик, не послушав его, последовал за ним. В стычке девушка ловко увернулась от удара и, рубанув противника по ногам, вывела самоуверенного «синего» из игры. Талик же метнул свой клинок не дожидаясь развязки, как только те двое сблизились для обмена ударами.

– Астай! – раздался ехидный голос учителя, означавший воображаемую смерть ученика.

– Сарана! – тут же добавил Байон, наблюдавший за боем с другой стороны.

К удаче Талика, его серый клинок попал в цель, скрытую от него спиной Астая и тремя слоями вихрей.

– Хрюшно у всех троих. – Все с той же расслабленно-насмешливой улыбкой учитель Очир вышел в круг. – Астай, бездарь, зачем набросился-то на нее, а? Вас же двое! Или у тебя какая-то на нее обида? В общем, ты был худшим. Ну а ты, Саранка?!

Девушка виновато опустила голову.

– Про стрелка забыла? Или такой незаметный он?! Была б дуэль, назвал бы молодцом, а так – тоже бездарь. А ты, когда стрелял – в своего попасть не боялся?! – повернулся он к Талику. – На шаг бы он сдвинулся, и все! И вообще, у тебя же Вайлин! Ты че, умеешь так быстро его призывать?

– Возможно, медленнее чуть, – возразил Талик, – зато попасть им легче.

С оценкой учителя юноша был не согласен, полагая, что действовал правильно. Будь на месте «синего» юноши Шенне, клинок Вайлина не смог бы причинить той вреда, зато убил или как минимум отпугнул бы ее противника.

– Ха! Чуть! Посмотрю завтра на твою чуть! Все, давайте следующие!

До выхода Шенне было еще два интересных боя. Кассея в своем, имитируя парные клинки, в несколько ловких движений поразила обоих противников. Юноша же из «синих» – тот, что был с утра за обеденным столом, – свое сражение вел искусно тактически, заставив одного из нападавших ранить своего товарища.