Ростислав Корсуньский – Первые шаги (страница 3)

С работы она ушла раньше на два часа, чтобы подготовиться к встрече. Она прекрасно понимала, что отношения будут чисто деловыми, но женщина всегда хотела выглядеть сногсшибательно. Подошла она ровно к десяти часам и, пройдя в дамскую комнату, увидела, что за нужным ей столиком сидит мужчина, а на столе стоит бутылка хорошего вина. Все верно. Вернувшись, она направилась к нему.

— У вас не занято? — улыбнувшись, спросила она.

— Только вас и жду, — ответил он ей.

Она села, и мужчина придвинулся к ней. Эти столики были разделены между собой стенками, и при желании вход можно было закрыть толстыми занавесями. С кем она встречалась ранее, предпочитали закрывать, но этот посетитель оставил как есть и только подсел поближе.

— Сегодня к вам поступила девушка с редким именем Светаэль, — с улыбкой на лице, словно он признавался ей в любви, начал он деловой разговор. — Необходимо, чтобы она совершила акт суицида, причем, это обязано быть настоящее самоубийство, а не как обычно. Как я понимаю, у вас для этого все есть?

— Я поняла, — с улыбкой ответила она, хотя внутри ее колотило.

Он кивнул и резко сменил тему, заведя разговор о кино и театрах, как будто, в самом деле, интересовался пристрастиями женщины. Сама же она никак не могла унять дрожь, которую вызывал этот невзрачный человек с приятным голосом. Она сама себе не могла объяснить причину этого, но, как всегда, верила своей интуиции. Женщина впервые в жизни встретила человека, настолько ее испугавшего. Все предыдущие ее партнеры были опасными с виду, вот только никто из них так и не сумел ее напугать. Анжела едва сдерживалась, чтобы не передергивать плечами от его улыбок или не втянуть голову в них. Когда, спустя два часа, он сказал, что можно закругляться, женщина не сумела сдержать облегченный вздох. Ее собеседник заметил это, но не подал виду и с доброй улыбкой проводил ее к выходу, где ожидало такси.

Придя домой, она очень долго не могла уснуть, не помогла даже выпитая бутылка вина без закуски. Уже лежа, она обдумывала дальнейшие события, но склонилась к тому, что в любом случае надо подождать возвращения ее помощников. Затем несколько часов она лежала, стараясь ни о чем не думать, и только под утро забылась сном.

Земля, Россия, пригород города N-ска, детский дом.

Как ни странно, но выспалась я неплохо, наверное, сказался насыщенный вчерашний день. После завтрака, который я просто заставила себя проглотить, отправилась на первый день учебы. Зайдя в класс, я увидела местных пацанов и девчонок. Кто-то заметил меня и сказал остальным, потому что они начали посматривать в мою сторону. Слишком отрицательных, как и положительных, взглядов я не заметила, в основном стандартный интерес к новенькой. Первым уроком у нас была химия, которую я просто обожала, поэтому села за первую парту. Юля попыталась меня оттащить в конец, говоря, что за первыми партами сидят местные, но я не захотела, тем более что одна была полностью свободна.

Преподавателем химии был мужчина тридцати с небольшим лет. Каким-то привычным движением он обвел взглядом класс, остановившись на мне, кивнул каким-то своим мыслям и начал урок.

— Кто помнит закон сохранения массы веществ? — он сноваобвел взглядом класс. — Может быть, новая ученица нам скажет? — и посмотрел на меня.

— Масса веществ, вступивших в реакцию, равна массе веществ, получившихся в результате ее, — поднявшись, ответила я.

В классе захихикали, но стоило учителю повернуть голову,как все тут же прекратилось. «Боятся и уважают», — подумала я.

— Может быть, скажешь кто открыл? — задал он новый вопрос.

— Михайло Ломоносов в тысяча семьсот сорок восьмом году.

Мне показалось, что он чуть слышно хмыкнул и вроде бы кивнул. Хотя на счет второго я не уверена. Между тем, он продолжил урок.

— Сегодня у нас заключительная тема — «Окислительно-восстановительные реакции». Изучать ее будем два урока, затем пишем самостоятельную работу, а еще через урок у нас будет годовая контрольная работа, — он сделал паузу, вероятно, для того, чтобы до всех дошли сказанные им слова, и продолжил: — Под окислительно-восстановительными реакциями понимаются…

Мне очень понравилось, как он объясняет, все понятно с первого раза. После объяснения он вызвал меня к доске, где я сходу решила пример по новой теме, за что получила пятерку. Уже после звонка учитель подошел ко мне и попросил подойти к нему в учительскую после уроков. Направляясь в кабинет русского языка и литературы, я спросила Юлю про хихиканье.

— Да у нас никто не встает, когда отвечают, — хихикнула она, — даже местные.

День прошел хорошо, чему я была только рада, а после последнего урока едва не забыла про обещание, данное химику. Пришлось идти к учительской. Подойдя, постучала и вошла вовнутрь.

— А, Светаэль, — обрадовался он, а я чуть скривилась, но он заметил это и спросил: — Или как ты предпочитаешь, чтобы я к тебе обращался?

— Просто, Света, Александр Владимирович, — ответила я, радуясь про себя, что хоть этот учитель не будет называть меня этим дурацким именем.

— Так вот, Света, — продолжил он, — я смотрю, что ты хорошо знаешь химию, видел, что с интересом меня слушаешь. Как ты относишься к тому, чтобы выступить на олимпиаде по химии?

В предыдущей моей школе я отказалась от этого, хотя учительница предлагала. Но здесь, целый день находится подальше от этого заведения, было для меня только в радость, поэтому ответила согласием.

— С удовольствием.

— Хорошо, — снова обрадовался он, — со следующего учебного года я буду тебя готовить. Также я дам тебе на лето дополнительную литературу. Сможешь ее изучить и решать примеры?

Я просто кивнула. Он еще немного расспросил меня в основном по темам, которые я знаю не очень, и распрощался.

Дни до конца учебного года пролетели очень быстро, я не успела оглянуться, как прошли все контрольные. За это время я научилась кушать местную еду, тем более что в одну смену, в самом деле, готовили очень вкусно и давали порции больше, чем в остальные дни. А сегодня нас «обрадовали» новостью, что завтра возвращаются воспитанники, которые проходили лечение в санатории.

В этот день Родион Владимирович повел нас в однодневный поход в лес. Моей радости не было предела, даже сама не представляла, что могу так соскучиться по нему. Шли мы довольно быстро, сам же воспитатель рассказывал местную историю, говорил очень интересно и занимательно, но меня как будто кто-то сзади постоянно подталкивал в спину. Из-за этого я все время вырывалась вперед, и меня приходилось притормаживать.

— Света! — в который раз окрикнул меня наш любимый воспитатель. — Ты снова торопишься. Неужели тебе совсем неинтересен мой рассказ?

— Родион Владимирович, — я опустила голову, — да ноги сами несут меня вперед. А вы очень интересно рассказываете. Честно-честно.

— И о чем же я только что говорил? — чуть скептически спросил он.

— О том, что самые ранние поселения в нашей местности датируются тысячным годом, — ответила я, — было найдено поселение где-то там, — и я махнула рукой в сторону юга.

— Молодец, но все равно не убегай от класса.

Когда я вернулась, Юля склонилась ко мне и с усмешкой прошептала:

— Хочешь обратить на себя внимание?

— Пфр, — фыркнула я и легонько стукнула ее в бок.

Но подруга, зная мою такую реакцию, отскочила. Она меня постоянно подкалывает, стоило мне как-то сказать, что наш воспитатель надежный, как скала. Он действительно был красивый мужчина, но не своей смазливостью, а настоящей мужской красотой. Если сравнивать с артистами, рекламными моделями, то те выглядели какими-то ненастоящими. Здесь же даже его скромная одежда подчеркивала его мужество. А еще чувствовалась его надежность, находясь рядом с ним, уходили все сомнения и опасения, так и хотелось спрятаться за ним. Мама как-то сказала, что мой отец был таким же, вот меня и тянуло к Родиону Владимировичу, как к отцу, чтобы спрятаться за ним от всего этого мира. Подруга же почему-то вбила себе в голову, что он мне понравился, как мужчина, вот и поддевает меня периодически.

— Но буквально на днях появилась находка, которая перевернула всю историю, — продолжил он рассказ, — были обнаружены постройки, которым не одна тысяча лет.

— И где же это? — спросил Антон.

— Как ни странно, совсем недалеко, — ответил он. — Удивительно то, почему их до сих пор не нашли. Предвосхищая ваши вопросы, скажу, что именно туда мы и идем.

— Ура-а-а! — закричала половина класса, и я в том числе.

За этими разговорами мы дошли до моста через реку. В это время по нему проезжал автобус из нашего городка в областной центр, поэтому мы не только пропустили его, но и подождали, пока уляжется поднятая им пыль. Если в городке дороги были еще более-менее, то междугородные больше всего напоминали трассу для соревнований по вождению по колдобинам. Через пять минут, мы двинулись дальше.

Подходя к лесу, я едва сдерживалась, чтобы не побежать, но уже в десяти метрах это оказалось выше моих сил, и я, широко расставив руки, побежала вперед.

— Куда? — услышала я возглас воспитателя.

Вбежав в него, я просто почувствовала волну чего-то необъяснимого, и только спустя пару секунд сообразила, что это лес. Накатило то самое чувство, когда я просто растворялась в нем, и, повинуясь ему, я постаралась охватить его полностью, почувствовать каждое дерево или куст, каждую травинку. Мне даже почудилось, что из меня вырвался поток чего-то невидимого, уходя в стороны и растворяясь там. Впервые я чувствовала настолько сильное единение, словно вернулась куда-то домой после очень долгой разлуки. Вот травка «сказала», что пришло много двуногих, и я поняла, что это мой класс. И тут же единение пропало, а я сильно разочаровалась.