Рошаль Шантье – Я тебя отвоюю (страница 4)
Ножки свои, к слову, я только что вымыла, так что теперь они выглядят не настолько плачевно. Не люблю я все эти медикаменты, но спорить не буду. Молча жду, пока он проделывает с моими ногами несложные манипуляции. В этом нет ничего интимного или сексуального. Во-первых, мне так больно, и я так устала, что даже мечтать в этом направлении в эту минуту не способна, а во-вторых, сегодня я узнала, что у Разумного есть девушка.
Почему не бизнес-партнер? Потому что помидорку из его тарелки, пальцы на его ладонь не воруют и не кладут партнеры. Вот. А занятые мужчины для меня табу. Не то, чтобы мне сильно кто-то предлагал, но все же.
– Поехали, – командует он, подымаясь.
Я обуваюсь и иду за ним. Привычно сажусь в его машину. Не отказываюсь, потому что не настолько больна, чтобы издеваться над собой еще сильнее. Он просто подвезет меня домой, что в этом такого?
И он действительно везет домой. Заезжает во двор и впервые, как вышли из ресторана, нарушает тишину:
– Завтра в час дня будь готова. Поедешь со мной. На работе у тебя выходной, – и прежде, чем я успеваю рот открыть, снимает с двери блокировку и добавляет, – доброй ночи.
Намек ясен.
– Доброй ночи, – вторю и выхожу.
И только утром до меня доходит: я выходная, но в час дня надо быть готовой.
В смысле? Зачем?
Глава 5
– Еще и ножки тебе обрабатывал? – спрашивает меня утром Поля, когда мы сидим за кофе с бутербродами.
– Ага, именно это я тебе и рассказала, – подтверждаю, откусывая большой кусок. Спешить некуда, но так и привычнее, и вкуснее.
– То есть он весь такой вау-вау крутой, но как только твое месиво на картонке увидел, стал подтаявшим пломбиром? – уточняет она, забавно прищурившись.
– Ну не прям месиво, но выглядело так себе. И пломбир я не очень люблю. Пусть будет шоколадное.
– У шоколадного другое значение, Сонь, – приподняв боль, выразительно отмечает Полина и ждет, пока до меня дойдет.
– Ааа… – хохочу я, прикрыв набитый рот ладошкой.
– Ага, – фыркает она, но слишком жаждет подробностей и не собирается это скрывать, – И чем дело кончилось?
– Да ничем. Отвез он меня домой и все, – я еще не решила рассказывать Полине про час дня сегодня или нет, поэтому пока молчу.
– Надо решать что-то с обувью. Ты ведь все-равно опять понатираешь, – совет-то дельный, я киваю в сотый раз, но делать ничего не буду.
– Знаю, но лишних финансов сейчас нет, – пожимаю плечами и отрезаю еще пару кусочков колбасы и сыра. Закусив губу, прикидываю сколько денег у нас осталось до зарплаты и вздохнув повторяю, – точно нет.
От нее таить нечего, мы и не совсем в одинаковой ситуации, но хорошо дружим. Вообще-то, Поля моя единственная подруга, но и ей о моих проблемах неизвестно. Ради ее же благополучия.
– Но живая ты чаевых больше заработаешь, чем убитая, – аргумент – железный, да.
– Резонно, – соглашаюсь, вгрызаясь в бутерброд, – я куплю, когда деньги выдадут.
– Который месяц ты это говоришь? – я молчу, а что сказать? – Просто, это же здоровье, Сонь, – вздыхает Полька, но на эту тему больше не заговаривает.
Мы треплемся о мелочах, ее постоянном симпатичном клиенте в кофейне и о том, как нравится Полине работа, однако признается, что платят маловато.
– Мне куртка к зиме нужна, а с такой ставкой не насобираю, – я понимающе киваю, – Была бы квартира своя – да, а так… Это же больше подработка для студентов, так что буду искать что-нибудь.
– Можно к нам, – начинаю снова.
Я уже предлагала, но ответ всегда тот же.
– Ой нет, в ваш змеюшник не пойду, – отрезает подруга и даже плечами передергивает.
Что ж, это я тоже понять могу. Но между заработком и собственными нервами выбираю первое.
Поля смотрит на часы и попрощавшись до вечера, убегает на работу. А я остаюсь одна и думаю о Платоне Разумном. Стрелка часов уже на двенадцати, когда я все еще бездействую, так ничего и не решив. У меня нет его номера, чтобы быть предельно корректной и позвонить. Или на крайний случай смс-ку скинуть, написав, что я при смерти и ехать не могу, но завтра на работе уже непременно буду.
Варианта встать, собраться и поехать в моей голове нет. Отсутствует. Потому что есть Анна. И она не бизнес-партнер. А еще боссы не предлагают проехаться на крутой машине просто так. И этот весомый факт не позволяет обмануться, что в выходной, полученный чудом, я еду со своим шефом исключительно по работе…
Я уже взрослая девочка и знаю, что встречаться с занятым мужчиной нельзя. Этот урок я на всю жизнь запомнила. И никаких исключений.
Вспомнишь солнце, вот и лучик.
– Здравствуйте, Платон Львович, – официально приветствую я, принимая входящий вызов.
Номер не идентифицирован, но сомнений нет. И пусть сознание услужливо подбрасывает мне личностей со скрытым номером телефона, я и думать не хочу о причинах, которые подтолкнут их связаться со мной лично.
– Добрый день, Софи. Я жду тебя внизу, – ровный спокойный рабочий тон звучит в динамике.
– Извините, но я не поеду, – стараюсь звучать уверенно, только как взгляд представлю… бррр… – еще раз извините, что не сказала вчера, просто слишком устала, чтобы…
– Софи, спускайся, я жду. – Перебивает мой лепет и отключается. Хам!
Перезванивать мне некуда. Ну нет, так нет. Я о своем решении сообщила? Да. Вот и все. Если он с первого раза не понимает, то это вовсе не мои проблемы и я права! Права!
Именно так проходят пятнадцать минут, которые я провожу за кухонным столом, сама себя убеждая самовнушением.
Мамочки… звонит…
– Софи, либо я не туда смотрю, либо ты еще не спустилась. Не заставляй меня подниматься к тебе.
– Я ведь уже сказала, что не выйду, – говорю с нажимом. Ужасно не хочу, чтобы он поднимался, потому что по телефону я гораздо смелее, чем вживую. А откуда он может знать этаж, квартиру…
«Заявление же подписывала, дурында» – мысленно даю себе по лбу.
Говорить с ним вот так ужасно страшно и я уже предчувствую завтрашнюю бурю. Но знаете, сколько женщин уволили за отказ мужчине? Вот за такое потерять работу не так уж… Да ладно, страшно, куда уж там врать! Просто я надеюсь, что Разумный не самодур и не станет увольнять за от ворот поворот. Мы ведь все имеем выбор. И я тоже. И это не по работе я ошибку совершила…
Здесь вспомнился опрокинутый суп, внеочередной выходной и смена, закрытая раньше срока из-за моих кровящих ног… Мда, тут и придираться не нужно.
– У тебя сегодня выходной как раз за тем, чтобы ты поехала со мной. – Под мои мысли из трубки врывается мужской голос. Ледяной, с вызовом, однако предельно спокойный.
– Простите, Платон Львович. Но если у меня сегодня выходной, то я Вам сегодня и не подчиняюсь, поэтому до завтра.
– Ах вот как, – он как-то зловеще хмыкает, – Что же, до завтра. – И отключается. Повесить трубку первой я не решилась. Слабачка.
Поля приходит в десятом часу и пока мы ужинаем слушает пересказанный из первых, то есть моих уст, разговор с боссом.
– Правильно ты сделала, – поддерживает она, – Хочу, чтобы ты вышла, бла-бла-бла. Тоже мне, царевич, – она смешно фыркает, причитая.
А мне уже как-то не смешно. Огонь подугас, пыл подостыл и теперь работает спавший доселе мозг. Ну почему, когда раздавали разум, я стояла в очереди за любовью ко сну! В итоге ни одного, ни другого! А был бы разум, был бы и сон! Вон, как у Разумного! Даже фамилию себе выбил какую!
– Меня интересуют исключительно свободные мужчины, – повторяю свою мантру.
– Мне такие вообще доверия не внушают, – отрезает Поля, которая, к слову, только утром пела моему шефу оды, – Вот сколько твоему боссу?
– Не знаю… плюс-минус тридцать, – прикидываю.
– Вот! Молодой, а уже все имеет, – она щелкает пальцами, словно познала мир и с важным видом откидывается на стену. Не стулья же у нас, а табуреты.
– Хочешь сказать наворовал? – усмехаюсь я.
– Нет, почему? Может, и сам заработал. Я другое хочу сказать: он уже от жизни устал, – размахивает вилкой, – Вот сама посуди: лучшие машины, любые женщины, куча денег…
– Тогда зачем за мной катается, если любую получить может? – не понимаю, куда она ведет.
– Понравилась, – пожимает плечами, внезапно подытожив.
– Стой-стой-стой! Ты только что рассказывала, что он зажрался! – уж совсем теряюсь я. Знатоки должны как-то четче мысли формулировать, нет?
– Ну да. Сначала зажрался, а тут любовь! – мечтательно говорит она и мы обе хохочем.
– Нет, – говорю успокоившись, – я думаю, это просто мужская вежливость. Ну правда! – поясняю на лукавый взгляд, – увидел девушку, которой нужно помочь и помог.