Рошаль Шантье – Спорим, моя? (страница 27)

Опускаюсь на диванчик и хмурюсь. Что-то не так. Глупости! Это же ресторан, а не проходной двор! Все-равно, что в универе что-то случилось бы… А случилось! Черт! Быстро, с какой-то панической скоростью лезу в сумку. Когда я выходила в туалет, то взяла только телефон. Там и деньги на карте, а кошелек я с собой все-равно не ношу. Да и нет в этой сумке ничего ценного. Что украсть могли? Тетради? Ничего нет. И тогда, не совлодав с собой, вытряхиваю содержимое на диван. Официант, принесший десерт смотрит на меня круглыми глазами, но быстро придя в себя, оставляет меня одну. Он ничего не говорит, конечно же. Не того уровня заведение.

Все-равно ничего. Ну и дурында ты, Арина! Насочиняла себе! Если чего и добивался этот умолишенный с валентинкой, то это паники. И я сама же на тарелочке ему это принесла! Злясь на себя и ругаясь шепотом, складываю тетради обратно в сумку. Но по одной и прежде пролистывая. Убеждаю себя, что попросту воспроизвожу однотипные действия в попытке успокоиться и больше ничего. Даже подобного рода рутина должна помочь оклематься. Я все сложила и ничего подозрительного не нашла. Вот это фантазия разыгралась. Выдыхаю, ощущая как расслабляется спина, которая все это время была ровной, словно палка, и скулы, до такой степени я сжала зубы. Утираю несуществующий пот с лица и на пару минут откидываюсь на спинку диванчика. Храбрись не храбрись, а испугалась знатно.

Ручку не забыть! Даже не помню, как швырнула её на стол. Стоп! Она не моя. Это ручка со шпаргалкой. У меня такая классе в девятом была. Сбоку в корпусе спрятана выдвижная лента с листом для записей. Даже не думала, что их еще выпускают. Открыть или нет? Кошечки-мошечки, да не бомба же там, чесслово! А на подкорке что-то не хорошее ерзает. Да ну его к… далеко и надолго! Раздражение из-за страха сделать элементарную вещь накатывает волнами. Была бы я магом огня — здесь бы все уже полыхало. Дергаю за край механизма и… нормально все. Я жива, вокруг ничего не взорвалось. Надпись только радости не прибавляет.

«Я тебя везде найду».

Офигеть, да?

Наклоняюсь и смотрю около диванчика. Может, пропустила чего? Я даже присаживаюсь на корточки и свечу телефоном, чтобы можно было что-то увидеть под ним.

— Простите, Вы что-то потеряли? — тактично интересуется внезапно оказавшийся рядом официант. Видимо, я уж слишком странно выгляжу.

— Возможно, — присаживаюсь обратно на место, в сопровождении обеспокоенного взгляда. Он смотрит, будто я сумасшедшая.

— Могу узнать что? Возможно, я смогу помочь.

С такими подарками я скоро сон потеряю! Но вслух, конечно, этого не говорю. Подождите-ка.

— А Вы никуда не отлучались? — щурю глаза, окидывая его с головы до ног.

— Нет. Сейчас не много столов. Мой — Ваш и еще один на веранде, — кивает за окно, но мне не видно стола.

— Скажите, а кто-нибудь заходил в ресторан, пока я отлучалась? — я знаю, что персонал обычно не сдает явки и пароли, но я же не фио спрашиваю.

— Молодой человек заходил, спрашивал есть ли свободные столы на вечер и девушка уточняла, где уборная, — немного сбивчиво рассказывает парень, — Та самая, которая отдыхает на веранде. Что-то случилось? — видимо, контроль мне все еще не подвластен и у меня на лице многое написано.

Я еще раз бросаю взгляд на веранду и от шока открываю рот. Не много ли потрясений за один день? Даяна скидывает с себя плед, а потом делает пару шагов назад, чтобы пропустить кого-то. И когда этот кто-то поворачивается, чтобы, вероятно, ответить Даяне я прижимаюсь к спинке дивана, чтобы он не увидел меня и благодарю официанта за помощь. Парень и так увидел больше, чем следовало. А я вот стараюсь успокоиться, дабы мои глаза остались в глазницах, а не вылетели из орбит, потому что рядом с Даяной стоит Макар Ветров.

Я выглядываю в окно через несколько минут. Макар усаживает девушку в такси, а сам идет к своей бмв клацая что-то в телефоне. Что он делает загадкой не остается, через пару секунд мой телефон вибрирует входящим. «Попутный» светится на экране, сопровождая входящий вызов нашим селфи на крыше. Мы улыбаемся, глаза выглядят счастливыми. А я не знаю принять звонок или сбросить. Слишком много за последний час произошло.

Арина! Когда тебя что-то выбивало из колеи?!

— Алло, — поднимаю трубку, прежде глубоко вдохнув.

— Привет, Риша, где ты?

— В Авалоне, — говорю честно и смотрю на него через окно.

Макар останавливается, молчит, а потом смотрит на ресторан. Я машу ему через окно с невозмутимым видом, он кивает, сбрасывает вызов и идет к зданию, откуда пять минут назад отправил даму.

Закидываю злосчастную ручку в отделение сумки. Даяна? Я была о ней лучшего мнения. Ксюхе такие действия вполне подходят. Мелкие пакости, которые заставляют с ума сходить, переживать, а она тем временем наслаждается действом из-за кулис. Тогда как Даяна не производит впечатление девушки, вступающей в бой за мужчину. Мда… Вот это докатилась. Но оставлю это на потом. Сейчас есть дела поважнее.

— Привет, Риша, — повторяет он и садится напротив. Туда, где сидела мама.

Подходит официант, приветствует Ветрова так, будто не обслуживал его совсем недавно: вручает меню, предлагает сезонные блюда и напитки.

— Он сыт, — говорю, глядя в упор на Ветрова. Или все-таки на Попутного? — по горло, — по слогам. Надеюсь, это звучит как выстрел. Потому что я его прибить готова!

Парень в униформе ретируется поскорее, а я не отвожу взгляда.

— Это не то, что ты подумала.

— Макар, — выдыхаю, хмурясь, — я не собираюсь бегать за тобой или выяснять отношения. Мне это не интересно. Если ты не забыл, то это ты ходил за мной, а не наоборот. Я не воспринимаю вранье в любой форме, но не собираюсь следить за тобой и пытаться вывести на чистую воду. Ты сам подумай, ладно? Ты просил не верить слухам, но говорят, вас с Даяной многое связывает…

— Арина, нас связывало, раньше. Сейчас уже нет. Есть одно небольшое дело, — перебивает он и замолкает. Отводит глаза и смотрит на свои руки. Он сложил их домиком, оперевшись на стол.

— Вот когда решишь, тогда и звони. А вариться в этом котле из троих я не готова. Джакузи — да, но это когда двое, а когда трое — это уже котел.

Зову официанта и прошу счет. Тот приносит терминал, но Макар пикает раньше.

— Не стоило, — начинаю я, но вовремя одергиваю себя, качая головой. Достаточно. Беру сумку и иду на выход.

— Арина, послушай, — догоняет Ветров.

Я оборачиваюсь и кладу пальчики на его губы.

«Молчи» — кричат мои глаза.

— Молчи, — шепчу губами, — подумай обо всем и позвони мне. Я сделаю то же самое. А сейчас мне нужно идти.

Делаю пару шагов назад и лишь тогда опускаю руку. Он стоит и смотрит на меня взглядом, в котором слишком много всего спрятано, чтобы я могла определить хотя бы несколько эмоций. Отворачиваюсь и перехожу дорогу по пешеходному переходу.

Все правильно.

Глава 33

Возвращаюсь домой и плетусь в свою комнату. На моем столе цветы от Макара и папы. Подхожу и касаюсь их пальцами. Пучки еще помнят его губы… Резко одергиваю руку и иду в душ. Так и доканать себя не долго! Он мужчина! Просто мужчина. А есть еще я! И вот я должна быть на первом для себя месте.

Думала, что почувствую облегчение, став под теплые струи воды, но нет. Мыслей слишком много. Они скачут в моей голове как кони, а я то и дело иду у них на поводу и без конца анализирую, что же может до сих пор связывать Макара и Даяну. А потом переключаюсь на эти угрозы в инстаграме и сумке. Неужели она настолько не уверена в себе, если считает, что меня нужно запугивать? Больная что ли? Аланьев чуть охрану ко мне не приставил, а оказалось, что все это дело рук одной стервы!

Закрываю кран и ступаю ногами на пушистый коврик. Как-то остервенело тру свое тело полотенцем и слишком мягко промакиваю пучки пальцев. Совсем поплавило! Натягиваю ночную рубашку и оказавшись у себя падаю на кровать. Услышав на лестнице шаги закрываю глаза, отложив телефон. По мягкой поступи узнаю маму, но глаз не открываю. Не хочу объяснять почему отказываюсь ужинать и убеждать, что у меня правда-правда все хорошо. А так уснула и делов-то? Мама клацает светом, выключая и прикрывает за собой дверь.

Завтра будет новый день и завтра станет легче. Утро вечера мудренее, ведь так? Не знаю, как обычно эта пословица помогает остальным, но лично я, проворочавшись всю ночь едва могу разлепить утром тяжелые веки. Такая уставшая была, а заснуть не смогла. Сначала считала овец, после миллион первой поняла, что бесполезно и становится только сложнее держать в голове длинные цифры. Вспомнила старый добрый метод и спустилась вниз. Прошла на кухню, открыла холодильник, нарезала сыра, колбасы, хлеба, налила молока и потопала наверх. Включила кто знает какую серию любимых «Друзей» и приступила к трапезе, прости Господи. Не помогло. Выключилась ближе к утру.

Поэтому утром старательно маскировала круги хитростями макияжа, а по дороге в универ купила большой «Ред бул». Да здравствует бодрость!

Ручку из сумки так и не выложила. Ну и ладно, зато будет что Тае показать. День в общем-то тоже не задался. Уже подъезжая к альма-матер захожу в телеграм и вижу сообщение в общем чате. Катя пишет, что первую пару отменили! Зашибись. Из автобуса вышла злее собаки, а когда подошла к зданию, то хотелось развернуться и пойти обратно. Из кареты Попутного вылазила Даяна, а он ее ждал.