Рональд Малфи – Кость бледная (страница 18)
– Так что же все это значит? – спросил Пол. – К чему все сводится? Дредс Хэнд… что? Заколдован? Проклят?
– Ну, полагаю, это и есть главный вопрос, не так ли? – произнес репортер. – У меня есть отличный сборник жутких, необъяснимых баек –
– Космическая пыль, – предложил Пол.
– Космическая пыль, – согласился Кит Мур. – Может, и так, а может, нечто богомерзкое гуляет по лесу, окружающему Дредс Хэнд.
– Джозеф Мэллори, – сказал Пол.
– Мэллори – всего лишь еще одна байка. – Кит допил пиво, слизнул пену с верхней губы, а затем спросил: – Уже был там?
– В Дредс Хэнде? Нет еще.
– Это иной мир, приятель, – произнес репортер. – Я был там дважды: первый раз изучал материалы для своей книги, а второй – совсем недавно, когда освещал для газеты историю Мэллори. Словно попадаешь в параллельную вселенную. И я всего чуть-чуть привираю, – Кит подмигнул, и Пол отсалютовал ему пивным бокалом. – Но это на самом деле словно пересечь какую-то невидимую границу, которая окружает весь город, отрезая его от остальной цивилизации. Огромные кресты вдоль дороги перед самым въездом. Некоторые выглядят настолько старыми, что наверняка их поставили первые поселенцы.
– Я и раньше видел кресты на обочине шоссе, – сказал Пол.
– Нет, приятель. Не такие. Они как будто образуют что-то… не знаю… возможно, некий узор, который можно понять только с неба. Кто разберет? Но, понимаешь, дело не только в крестах. Не в какой-то конкретной вещи. Я даже не могу это описать. Такое подавляющее чувство страха. Ты когда-нибудь прикладывал ухо к земле, когда вокруг куча проводов высокого напряжения? Ощущал всю эту пульсирующую энергию? Она точно звук, который чувствуешь коренными зубами, чувак. Все именно так. Нелогично, конечно, но я был там и не могу от этого отмахнуться. И каждый раз это чувство весь день меня преследовало, пока я не садился в машину и не уезжал оттуда.
Пол усмехнулся.
– Ты говоришь не как репортер. Я думал, вы, парни, имеете дело только с фактами.
– Таковы
Пол ответил не сразу. Разговор переключился на слишком близкую ему тему. После минутного молчания он произнес:
– Я задаю себе тот же вопрос с тех пор, как он исчез.
Принесли новую порцию пива, и Пол отпил из бокала.
– Так что ты думаешь? – спросил он репортера. – Твое личное мнение о Дредс Хэнде?
Мур отхлебнул пива, а затем облизал пенные усы над верхней губой.
– Я начал этот проект из чистого любопытства. Как ты и сказал, мужик, я – тот, кто занимается фактами.
– А теперь?
– А теперь, – начал Кит… и умолк, как будто он больше не был уверен, во что верит. Или, возможно, просто боялся произносить это вслух. – Думаю, можно сказать, я стал немного более открытым к новому.
Именно в этот момент Пол сообразил, почему ему так комфортно рядом с этим незнакомцем: Мур напоминал ему Дэнни.
– Послушай, приятель, – сказал Кит с извиняющейся интонацией в голосе, – может, нам не стоит говорить об этом, учитывая твою ситуацию с братом. То есть, надеюсь, я не был бестактен. Не стоило мне поднимать эту тему. Это не то, что ты хочешь слушать. Прошу прощения, Пол. Вот ведь дерьмо.
Пол отмахнулся. Он не обижался… Но теперь представил, как Дэнни бредет по далекой ледяной пустыне, бог знает где, чуть ниже дуги полярного круга, его лицо осунулось, подбородок зарос «бородатым мочалом», как говаривал их отец. Какого черта брат там делал?
Когда принесли чизбургер, Пол понял, что совсем не хочет есть.
10
К утру все восемь жертв Джозефа Мэллори были опознаны.
Пол узнал об этом, сидя с чашкой черного кофе за маленьким столиком в обеденном зале отеля «Бест Вестерн» и глядя утренние новости по телевизору, подвешенному на кронштейне над плитой для омлета. По словам журналиста, в полиции подтвердили личности жертв, хотя и не стали раскрывать ничьих имен, пока не связались с семьями.
Пол достал свой мобильный, набрал рабочий номер Райерсон и прислушался к телефонным гудкам на другом конце линии. Звук искажался, шипел помехами. Очень плохая связь. Не важно – голос детектива на автоответчике все равно заставил Галло положить трубку.
Тридцать минут спустя такси высадило его у полицейского участка, та же самая суровая дежурная безо всякого интереса приветствовала Пола, подошедшего к пуленепробиваемой перегородке. На этот раз, когда он спросил, можно ли поговорить с Райерсон, дежурная произнесла:
– Я должна с ней созвониться. Детектив собиралась выпить кофе. Присаживайтесь, пожалуйста.
Шел снег, и Пол смотрел, как за узким окном, укрепленным проволочной сеткой, мягко падали хлопья. Серое небо казалось больным, на мгновение на горизонте вспыхнула молния. Он не мог вспомнить, видел ли хоть раз в жизни молнию по время метели.
Пол прождал почти двадцать пять минут. Он уже собирался встать и снова подойти к дежурной, когда наружная дверь распахнулась и, сбивая с ботинок бурую слякоть, вошла женщина в ярко-оранжевой вязаной шапке и пуховике. Она заметила Пола и улыбнулась. У нее были лучистые серые глаза и круглое ясное лицо студентки колледжа. Лыжная шапка почти полностью скрывала ее волосы, только коса цвета воронова крыла, словно эполет, лежала на левом плече. Под курткой у женщины была толстовка Университета Аляски Анкоридж[13], а в руке – картонный стаканчик из «Старбакса».
– Мистер Галло, – произнесла она, подходя и протягивая свободную ладонь, – меня зовут Джилл Райерсон. Приятно наконец-то познакомиться.
Пол поднялся и пожал ей руку, которая была холодной и крепкой.
– Спасибо, что встретились со мной.
– Простите за внешний вид. У меня должен был быть выходной.
– Надеюсь, вас вызвали не из-за меня, – сказал он.
Она засмеялась. Безо всякой иронии, а словно намекая на то, что Пол – всего лишь один из многочисленных огоньков на ее ежедневном радарном экране.
– Это место превратилось в дурдом, как вы могли заметить, – произнесла она, жестом приглашая следовать за собой. – Половина сотрудников больна гриппом, поэтому оставшиеся работают в две-три смены. Похоже, еще и первая снежная буря спускается с гор, так что худшего времени для всего этого и быть не могло.
Райерсон открыла дверь и повела его по коридору, покрытому ярким ковром цвета индиго.
– Давайте поговорим здесь, – сказала она, распахивая еще одну дверь и отходя в сторону, чтобы пропустить Пола внутрь.
Это был небольшой кабинет со столом, несколькими картинами на стенах и восьмиугольным окном, за которым виднелось оловянное небо. Над столом висела огромная подробная карта Аляски.
Детектив убрала стопку бумаг со складного стула и переложила их на свой стол.
– Извините, здесь такой беспорядок. Никак не найду время что-нибудь выбросить. Честно говоря, я тут почти не бываю.
Она махнула рукой в сторону складного стула, и Пол упал на него, словно послушный пес.
– Могу я вам что-нибудь предложить? – спросила Райерсон, обходя стол и сбрасывая куртку. – Кофе или что-нибудь еще?
– Все в порядке, спасибо.
– Итак, – произнесла она, громко выдохнув.
Детектив стянула с себя шапку, и Пол услышал треск статического электричества. Волосы, которые женщина не успела заплести в косу, поднялись над ее головой и парили вокруг лица, точно аура. Когда Райерсон села, деревянный стул под ней по-кошачьи замурчал.
– Полагаю, вы здесь по поводу результатов теста ДНК.
– Я по новостям увидел, что все жертвы опознаны, – ответил Галло. – Решил прийти сюда, вместо того чтобы сидеть и ждать звонка. Все равно связь паршивая.
Детектив снова улыбнулась, только на этот раз в ее улыбке не было и тени веселья.
– Вашего брата среди жертв нет, – произнесла она.
Потребовалась секунда, чтобы слова дошли до Пола. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но наружу вырвался только выдох.
– Несколько дней назад мы произвели обыск в доме Джозефа Мэллори, где обнаружили несколько предметов, которые, по-видимому, принадлежали его жертвам. Эти предметы были отправлены в лабораторию для исследований, но нам повезло. Водительские права и личные вещи всех восьми жертв оказались не повреждены. Мы сверили их документы с нашей базой данных и смогли сузить область поиска до стоматологических карт. Восемь положительных совпадений. Мы свяжемся с семьями для дополнительной проверки, но, без всяких сомнений, личности всех жертв установлены. Вашего брата Дэнни среди них нет.
– Это невозможно, – сказал Пол.