Ромен Даснуа – Red Dead Redemption. Хорошая, плохая, культовая. Рождение вестерна от Rockstar Games (страница 47)
Переезд членов банды на полуостров Клеменс в третьем акте резко меняет их судьбу. Объединившись с двумя влиятельными семьями из этих земель, они вступают в двойную игру за потенциальную двойную награду. Банда не только получает покровительство местных властей, но и продолжает заниматься преступными делами. Так, Датч, Билл и Артур становятся помощниками шерифа, который и сам участвует в войне семей, как член одной из них. Но конфликт между властями и преступниками, между добром и злом, обернулся против банды ван дер Линде: многолетняя вражда между Брейтуэйтами и Греями оказывается им не по зубам. Ситуация резко портится прямо у них на глазах: Шона Макгуайра убивают, а маленького Джека похищают. Кроме того, происходят два эпизода, которые еще больше противоречат идеологии банды и тем самым отмечают точку невозврата.
Первый из них – ограбление банка в Валентайне [182], кровавое убийство, обернувшееся безупречным успехом небольшого отряда из Билла, Ленни, Артура и Карен. Пока сообщники делят между собой тысячи долларов – внушительная сумма по тем временам, – Артур отправляется на ранчо Томаса Даунса, больного туберкулезом главы семейства, который задолжал Леопольду Штраусу. Там он узнает, что мужчина умер, но на его смерть косвенно повлияли полученные ранее побои. Несмотря на огромную добычу, помощник Датча окончательно разрушает идеологию банды: он требует от вдовы заплатить двести пятьдесят долларов, остаток долга мужа – это совершенно смехотворная сумма по сравнению с тем, что они заработали на недавнем ограблении. Эта сцена происходит сразу после дела с банком, и это важно. Еще несколько лет назад Артур, возможно, отдал бы добытую сумму нуждающейся семье, лишившейся отца и вынужденной покинуть ранчо. Позднее он узнает, что мать стала проституткой, а сын, совсем юный, вынужден выполнять тяжелую работу в шахте, где его труд эксплуатируют, а над ним издеваются. Этот фактор – судьба семьи Даунсов – станет запоздалым мотиватором для Моргана, разрывающегося между верностью банде и сомнениями в собственных действиях, пока болезнь медленно, но верно убивает его. Название упомянутой миссии отсылает к двум известным библейским городам, Содому и Гоморре, которые по воле Бога были уничтожены огненным дождем. Эти города Библия описывает как обитель греха, а их жителей упрекает в отказе от христианского гостеприимства. Понять, почему создатели выбрали именно такое название миссии, трудно, но идея «наказания» в ней, пожалуй, есть. На данном этапе истории перед Артуром, решившим и ограбить банк, и продолжить преследовать Даунсов, уже не стоит вопрос выживания. Действия во вред обществу и его членам – самая противоречивая сторона двуличия. Однако, когда абсурдность ситуации доведена до предела, именно такие действия могут побудить главного героя вернуться на путь разума.
Второй эпизод еще символичнее. Карательная экспедиция к Брейтуэйтам [183] во имя спасения малыша Джека – ключевой момент и одна из самых красивых сцен игры с финалом, который шокирует многих игроков. После того как Датч приказал совершить налет на особняк, никто не сомневается, что последующая бойня необходима. Матриарх Брейтуэйтов, мать и бабушка семейства, видит, как на ее глазах казнят ее родных. Рассказав о местонахождении мальчика, она бросается в пламя горящего дома. В глазах Датча нет милосердия, мстительность и ненависть – все, что в нем осталось. Последующая цепочка событий только усиливает новое настроение: внезапно дело касается не денег, идей или образа жизни. Джек – не просто единственный ребенок в банде, он символизирует будущее, то, за что борются все в эти темные времена. Тронуть маленького мальчика – значит поставить под угрозу надежды банды на счастливое будущее, которые, по всей видимости, все еще удерживают ее от полного варварства. В этот момент Рубикон пройден окончательно, ведь экспедиция в дом Брейтуэйтов – акт чудовищной жестокости.
Этот переломный момент закономерно приводит банду в большой город. Сен-Дени по-своему величественен, его создатели вдохновлялись Новым Орлеаном в Луизиане, первая версия города даже называлась Новым Бордо. Схожесть с прототипом не только внешняя: та же близость к байю, повышенная концентрация потомков французов и микс самых разных людей и стилей жизни. Это настоящий экономический центр, ведь здесь есть порт, да и расположен город в центральной части страны. Но под красивой обложкой современности и комфорта скрывается страшная бедность, болезни и отравление окружающей среды промышленными предприятиями, питающими бизнес нефтяных магнатов. За маской очарования город скрывает куда менее привлекательную оборотную сторону: он обогащает сильных и порабощает слабых, олицетворяя все, что отвергает Датч. Однако последний должен отправиться туда, чтобы спасти юного Джека из лап известного в городе мафиози, итальянского иммигранта Анджело Бронте. В итоге мальчик спасен, он цел и невредим. Датч хорошо провел время в гостях у бизнесмена, в атмосфере комфорта и роскоши.
Словно смертельный яд, атмосфера Сен-Дени отравляет Датча и побуждает покопаться в городских делах. Он все еще нацелен на «последнее дело», которое должно увести банду из этого безумия. Также в четвертой главе снова обыгрывается идея моральной противоречивости действий клана, ведь его члены постоянно находят недостойные занятия. Напряжение нарастает, с одной стороны, из-за Левита Корнуолла, который преследует индейцев вапити, чтобы заполучить их богатые нефтью земли, а с другой – из-за детективов агентства Пинкертона. Зло ведет бой на шахматной доске, но мнения по поводу помощи индейцам разделяются. Конечно, бесконечная речь главаря банды посвящена защите угнетенных, в первую очередь коренных народов, к которым он испытывает определенное уважение, но, кажется, ум самого Датча больше занимает дело, которое предложил ему Анджело Бронте. Пока Артур спасает индейцев вапити, свою потерянную любовь и священника из Сен-Дени, дела идут все хуже, и банда ван дер Линде понимает, что итальянский бизнесмен их просто одурачил. Начинается вторая карательная экспедиция, во многом похожая на ту, что была в третьей главе [184]: она тоже превращается в шокирующую бойню. Когда Бронте уже связан, и его везут за город, Датч срывается и в приступе гнева безжалостно топит пленника, а затем скармливает его аллигаторам на глазах своих изумленных последователей. Пораженный сценой, свидетелем которой он только что стал, Джон обращается к лидеру: «Боже. В какой из твоих философских книг написано, что человека можно скормить чертову аллигатору, Датч?» На что тот отвечает: «В той, которая про слабость».
Слабость. Черта, присущая их жертвам, как невинным, так и не очень? Да, Бронте далеко не святой, но живым он был полезнее, чем мертвым. Поступив так, Датч сам проявил слабость, ведь он позволил гневу взять верх над разумом. За бандой ван дер Линде тянется шлейф из убийств, она уже не та, что прежде, и ведет себя так же, как ее враги, парни О’Дрисколла. Их поступки даже хуже действий правительства по отношению к меньшинствам, притеснение которых члены банды формально осуждают. Единственный вариант разрешить противоречие – принять серьезное решение: ограбить Национальный банк Лемойна в Сен-Дени; добыча позволит банде покинуть, наконец, страну. Во время ограбления Хозия и Ленни погибают, Джон попадает в плен, а остальные члены группы против воли пускаются в бега и отправляются на остров Гуарма, к востоку от Кубы.
Четвертый акт, лирическое отступление в рамках сюжета, проходит в жаркой и влажной среде, из-за которой кашель Артура только усиливается. С точки зрения сюжета события до и после Гуармы ничем не отличаются. В этом чистилище, наоборот, Датч и его люди опускаются все ниже: потеряв добычу при кораблекрушении и связь с группой на материке, они вынуждены платить за свою свободу, помогая местным повстанцам. В очередной раз главарь банды выходит из себя и убивает старуху Глорию, которая требовала деньги за то, что показала ему и Артуру тайный ход на острове [185]. Последний шокирован и прямо высказывает свои сомнения: «Датч, ты все время убиваешь кого-то. <…> А потом ты задушишь меня?» Датч объясняет поступок желанием спасти всех из сложившейся трудной ситуации… Далеко не безобидное название миссии намекает на «великодушного деспота», правящего островом, полковника Фуссара. Но разве Датч сильно отличается от него? Не подходит ли это прозвище и ему?
Последняя глава