Роман Васин – Вернувшийся (страница 25)

– Ещё бы, – хмыкнул тролль, – получить молодое тело с прежней памятью и возможностями…, кто ж от такого откажется?

– Тогда как они добиваются этого просветления?

– Ну что ты пристал? – заворчал Хардон. – Я не маг, и вообще это всё легенда!

– Что-то вы слишком серьёзно отнеслись к «всего лишь легенде», когда подумали, что я вернувшийся. Не бывает дыма без огня.

– Не бывает, – гном вздохнул и махнул рукой. – Что-то я с твоими разговорами совсем дыханье сбил. Старею что ли? Давайте привал сделаем. Вон тот отвес отлично от ветра защитит.

Макар радостно кивнул.

– Заодно перекусим, – внёс свою лепту в перечень важных дел тролль.

Когда уже горел небольшой костерок, а Вэн-Вэй жадно чавкал вяленным мясом, экономно запивая своим любимым саммуром, гном вернулся к повествованию.

– Мал я ещё был, смутно всё помню, так что могу ошибаться, но однажды по нашим пещерам пронёсся слух: к ветхой хижине, что несуразным бельмом торчала на склоне гор, идёт одинокий старик. Совсем малышню-то не пустили, а вот наша ватага, да пара десятков взрослых, пошли посмотреть.

– А что вы хотели увидеть? Ну старик, ну хибарка.

– Не знаю…, – задумчиво пожевал губами гном, – во-первых, хибарка та была не обычная. Никто не помнил, не только кто её построил, но и когда. Такое впечатление, что она всегда там стояла. Во-вторых, при всей свой ветхости, она не разрушалась под тяжестью снега зимой и сезонных ураганных ветров осенью, не сгнивала от влаги и не поддавалась селевым потокам и снежным лавинам. Что мы, дети, хотели при всём при этом увидеть? Наверное, живую легенду. Сказку мы хотели увидеть! Ведь даже старожилы нашего племени не припоминали такого, чтобы кто-то посещал приют вернувшегося.

– И что? Посмотрели?

– Посмотреть-то посмотрели, да мало что увидели.

– Почему?

– Как тебе сказать? – Хардон пожал плечами. – Мальцам что надо? Яркого красочного шоу! Чего-то подобного мы и ждали. Может, поэтому мне мало что и запомнилось, что разочарованным оттуда ушёл. Всё, что помню, это как какой-то долговязый старик людской расы, тяжело опираясь на посох, брёл к серому деревянному строению. Он ничего не говорил, ни на кого не обращал внимания…, у меня такое чувство, что он вообще нас не видел.

– А его спрашивали о чём-нибудь?

– Не помню. Если и спрашивали, то он не ответил. Зашёл молча в хижину и всё.

Гном замолчал.

– Так а с легендой-то это как связано? Ну зашёл усталый путник в первое попавшееся убежище…

– Что? – встрепенулся Хардон. – А, да. Мы всё ждали, когда начнёт что-нибудь яркое происходить.

– И что, даже никто подглянуть не попытался?

– Попытались, – усмехнулся невесело гном, – да только не вышло. Какая-то сила начала бережно, но неумолимо отодвигать от хижины. Метров на триста сдвинула. Так, что и видно-то почти ничего не стало. А потом, минут через пять, давление исчезло. Все естественно кинулись к хибарке, но там уже никого не было. Посох лишь, да одежда.

– Может, ушёл? – неуверенно предположил Макар?

– Может и ушёл, – вздохнул Хардон, – ага… так голышом и поскакал дальше по своим делам. Старик…, по горам.

Землянин понял, что над ним насмехаются, но обижаться не стал. Сам виноват: каков вопрос – таков и ответ.

– А с посохом что сделали?

– Оставили. Нельзя вещи вернувшихся трогать, – и опережая следующий вопрос, добавил. – Первое время мы каждый день бегали, проверяли, не вернулся ли он. Потом всё реже. А потом и вовсе перестали. Вспомнили через полгода, сходили. Вещей не было.

– Судя по всему вернулся, забрал свои вещи и ушёл, – ехидно прокомментировал случившееся Макар.

– Может и вернулся, – не повёлся на издёвку гном, – а может, такой же невежа как ты, всё забрал.

Макар покосился на неказистый посох, прислонённый к скале, и вздохнул.

– И что, больше совсем-совсем ничегошеньки не помнишь?

– Знак один запомнился. Он был вышит на спине его балахона.

– Что за знак? – не то, чтобы Макару было очень интересно, просто старался за разговором оттянуть время следующего перехода.

– Вот такой, – гном пальцем изобразил в воздухе круг, пририсовал ему две ножки и соединил их чем-то наподобие извилистой дуги.

Знак налился бордовым цветом, заклубился и поплыл к землянину. Гном с троллем смотрели на это чудо, но никаких действий не предпринимали, поэтому Макар посчитал всё происходящее местной обыденностью.

Клубящийся символ подплыл, коснулся головы парня и растаял. В ноздри ударил терпкий пряный аромат. Макар не выдержал, чихнул.

– Что это было? – удивлённо ухнул Вэн-Вэй. – Хар, ты когда освоил ступень стихий? И как перескочил через ювелирную?

– Я…, это…

Больше гном ничего произнести не смог, но землянин уловил главное – всё произошедшее явно выбивалось из рамок обыденности.

– Что со мной теперь будет? – принялся он испуганно тереть место соприкосновения магического знака с кожей.

– Я рунарь третей, стеклянной ступени, – Гном поднялся с какой-то яростной решимостью на лице. – Свои возможности я знаю и выше головы не прыгну. Что здесь сейчас произошло и чем это грозит? Я понятия не имею и вообще сделаю вид, что ничего не было. И вам, кстати, желаю сделать то же самое. Пока ничего страшного не произошло, вот и будем надеяться, что так будет продолжаться и впредь.

– Но…

– А ты, – палец коротышки обвинительно упёрся в землянина, прервав его на полуслове, – явно маг. Эта фиртова магия к тебе так и липнет. Мой тебе совет: не хочешь беды – ищи поскорее себе учителя. А теперь хватит штаны просиживать! Поднимайте свои задницы и вперёд!

Землянин нехотя поднялся, натруженное тело требовало продолжения отдыха. Мозг лихорадочно подыскивал тему для разговора, чтобы посидеть у костра хоть ещё немного. И нашёл.

– Но я ведь ничего не умею и не знаю об этом. Как мне научиться? Где искать учителя?

– Вообще у людей магия отличается от гномьей и я тут тебе ничем не помогу. В Маноск тебе надо, это столица Гамраша. Там, вроде, есть не то академия какая, не то гильдия. В идеале бы стать личным учеником, но такое происходит редко. Берут либо каких-то сильно одарённых, либо тех, кто уже окончил эту самую академию.

– А почему?

– Обузу никто не любит, – вместо гнома пояснил тролль.

Макар задумался. Он сейчас и есть не что иное, как обуза. Не в его ли это огород камень?

Из самокопания его вырвало дальнейшее размышление гнома:

– Есть, конечно, вероятность, что доставшиеся тебе в наследство от ушедшего плашки с рунами и произошедшее только что явление не случайны и как-то связаны с твоими способностями…, – Хардон помолчал, – но это не людская магия.

– Гномья?

– Не совсем…, пересекается, конечно, с нашей..., основы вроде те же, а вот дальше…, какая-то смесь, в общем. Так что если эти плашки предназначались именно тебе, то сочувствую.

– Почему?

– Вряд ли ты найдёшь себе учителя даже в академии.

– А ты? Ведь, говоришь, основы такие же, как у вас? Поможешь?

– Не знаю, – Хардон смерил оценивающим взглядом землянина и взвалил мешок на спину. – Не сейчас точно! Хлопотно это и не быстро. Всё, двинули!

Землянин сник и побрёл вслед за гномом. Вэн-Вэй привычно пристроился замыкающим.

– А про людей расскажешь?

– Что? Люди здесь везде живут. Некоторые даже в Америи по соседству с эльфами умудряются прижиться.

– А что, эльфы людей не любят?

– Эльфы никого не любят, – зло пророкотал тролль, – даже сами себя.

Макар ждал продолжения, ведь неспроста тролля прорвало, но не дождался.

– Я вообще-то имел в виду людей с Земли, ну, которые как я, попаданцы.

– А, эти…, – гном остановился и, обернувшись, посмотрел на Макара. – Твои соплеменники странные, не похожие повадками на местных. Я бы сказал, что они больше гномы, чем люди.