Роман Васин – Вернувшийся (страница 21)
От толпы общинников отделился ещё один человек с факелом и они с братом Саввой принялись что-то изучать на каменной стене входа.
– Что они делают? – Макар попытался проглотить прожёванный кусок мяса, но тот застрял в горле противным комком. Страх за свою жизнь никуда не делся. Пришлось запивать из вовремя поданного бурдюка кикам-то кислым пойлом. Стало только жуже. – Тьфу! Что это за дрянь?
– Не хочешь – не пей! – вырвал бурдюк тролль и бережно пристроил к поясу. – И вообще, это ваше пиво – дрянь, а
– Ну извини..., – только и смог что вымолвить Макар и, повернувшись к гному, вопросительно выгнул бровь.
– Не обращай внимания. Просто они свой напиток практически боготворят. Для них это так же свято, как скажем для нас, гномов, ведение рунического дела. Ты лучше вон куда смотри, – палец ткнул на группу людей, всё мнущуюся у входа. Брат Савва сотоварищем закончили изучать каменный свод и теперь излучали едва ли не физическое превосходство вперемешку с насмешкой. – Сейчас будет представление. Вэн, оцени шутку.
Тролль вслед за землянином уставился на вооружённую толпу с факелами. Брат Савва что-то прошептал, прижимая меч к губам, а затем сделал выпад, словно норовя поразить невидимого врага, преграждающего ему вход в пещеру.
Под скалистыми сводами полыхнуло. Макар зажмурился от нестерпимого света и не увидел, как тысячи молний сорвались с каменных стен и устремились к руническому мечу, так неосмотрительно нарушившему защиту. Потонули в клинке, чтобы через мгновенье пронзить общинника, сжимавшего злополучный меч, а затем и всех, стоящих за ним. Людей раскидало, словно тряпичные куклы. По горам прогрохотало утробное эхо. Лишь когда оно затихло, Макар рискнул открыть глаза. Перед пещерой лежало тринадцать бездыханных тел. Факелы, ещё недавно ярко освещающие вход в пещеру погасли и лишь лёгкий дымок, тянущийся подобно ростку к небу, напоминал о том, что всё это произошло несколько секунд назад.
– Они... мертвы? – Макар, впервые видящий смерть так близко, с трудом подавил рвотный инстинкт. В нём боролись смешанные чувства. Облегчение от того, что все те, кто хотел его убить – мертвы, странно переплеталось с жалостью к людям, всё же не сделавшим ему, в конечном счете, ничего плохого. – Все?
Гном встал и вышел из пещеры. Поочерёдно проверил пульс у всех сектантов.
– Этот жив, – донеслось с улицы, и гном пнул брата Савву.
– Ну, это мы сейчас поправим, – тролль взял свою дубину и потопал к выходу.
– Не стоит, – гном принялся осматривать трупы и Макар отвернулся, не в силах смотреть на это. – Так получилось, что именно рунный меч не дал душе покинуть бренное тело, но взамен он привязал к себе спасённого владельца. Теперь совершить ритуал со смертоубийством Макара может только этот тип, и никто больше. А вот если его убить, то воспользоваться проклятым клинком вновь сможет кто угодно из этой сумасшедшей братии.
Тролль, помахивая дубиной, задумчиво постоял над бесчувственным телом, а затем выпнул меч из безвольной руки сектанта. Ещё совсем недавно зловеще отсвечивающий рунами, тот безликой железкой зазвенел по камням. Замер в какой-то расселине.
Гном закончил обирать трупы и подошёл к Вэн–Вэю, всё ещё нависающему над единственным выжившим сектантом.
– Ничего ценного, – ни к кому особо не обращаясь сообщил он. – Какие у кого мысли?
Макар промолчал. Мысль у него была всего одна, и она явно не подходила случаю: «Когда же кончится этот долбанный сон?» Он даже украдкой ущипнул себя, но, естественно, без каких-либо изменений в обстановке.
– Всё же предлагаю убить гада..., – пробасил тролль и вновь махнул дубиной, словно примеряясь, как это будет лучше осуществить. Та зловеще прогудела над братом Саввой, но тому было пока всё равно – А меч забрать себе.
Гном покачал головой:
– Боюсь, что рано или поздно меч подчинит кого-нибудь из нас, и мы невольно закончим дело, начатое этими безумцами. Кто его знает, что за побочный эффект они получили, так неумело вплетя последнюю руну.
По спине Макара пробежал холодок, вновь вгоняя в состояние ужаса.
– Что тогда делать? – почти выкрикнул он.
– Вот как мы поступим..., – гном почесал бороду, словно ещё раз взвешивая принятое решение. – Меч оставлять нельзя, это ясно, но и общинника убивать не след. Пусть они с мечом тянутся друг к другу, это хоть как-то ослабит действие рун на текущего владельца. А владеть им будет... Макар.
Землянин вздрогнул. Он нутром почувствовал, что именно такое решение примет гном, готовился к нему, но до последнего надеялся на чудо.
– Почему я? Зачем он мне? Давайте скинем его в какое-нибудь ущелье!
– Нельзя спрятать вещь, которая тянет к себе словно магнит. А тебе его будет даже легче нести, ведь у тебя против него есть ещё одно ослабляющее свойство.
– Какое? – Макар приободрился.
– Жажда жить, – гном хитро подмигнул. – Убить себя всегда тяжело. Так что давай, ищи, куда он тут завалился, и будем спать укладываться.
Макар с трудом, словно приходится продираться через враз загустевший воздух, поднялся и подошёл к сотоварищам. Нехотя принялся ощупывать расселины и впадины, куда мог отлететь пнутый троллем меч. После пяти минут бесплодных попыток отыскать проклятую железку, Макар подобрал всё ещё дымящийся факел одного из общинников и, стараясь не смотреть на раскиданные по скале трупы, пошёл к костру.
– Я думал, никогда не догадается, – донёсся до него одобрительный голос гнома.
Со светом от факела, метавшегося по расселинам, словно в желании помочь землянину в поисках пропажи, дело сразу сдвинулось с мёртвой точки. Рунический меч отыскался, причём совсем не там, где его ожидал найти Макар.
Обернув руку запасной рубахой, прихваченной с рюкзака, парень поднял меч и, не глядя на него, вернулся в пещеру. Сел. Бросил враждебное оружие под ноги. Рядом примостились гном с троллем, бесшумно сопроводивших находящегося в прострации Макара.
– Это ты с рубахой хорошо придумал, а то мало ли..., – гном вроде и похвалил, но Макар как обычно вычленил пессимистичное «мало ли...».
Помолчали, глядя в огонь.
– Ты ляг, поспи, – вновь подал голос Хардон и принялся расстилать свой спальник у небольшого костерка.
Макар послушно улёгся, хотя спать совершенно не хотелось. Вокруг трупы, странный меч, с помощью которого его хотят убить. Зачем? За что? Почему? Ответов не было. Да ещё и гном что-то упоминал об уже существовавших в этом мире землянах. Немыслимо, но и врать Хардону резона никакого. Жаль так и не выдалось времени расспросить подробнее об этой странности. Хотя, почему «не выдалось», вот сейчас встану и спрошу. Вот сейчас только полежу пять минут и встану... И спрошу...
Подобной оплошности Кар Гроген ан–Атлум, ректор королевской гильдии магов Гамраша, не совершал уже лет двадцать. Так глупо попасться на какие-то дешёвые
Маг хотел было вновь воспользоваться
Работа с артефактами не была сильной стороной ректора, но в его положении не быть профессионалом во всех сферах значило рано или поздно потерять своё место. Поэтому работа со
Спустя десять минут он уходил по следам ведомой в горы группы, а за его спиной пряталась в камнях цепочка тех же звоночков, но перенастроенных на его ауру. К тому же отсчёт своего срока действия они начали с нуля.
Однако он так и не узнал, что спустя пару часов кто-то осторожно прокрался мимо его звоночков, не потревожив их своим присутствием.
Ещё через десять минут его привлекли странные округлые валуны.
– Неужели..., – маг привык в странствиях размышлять вслух и даже находил в этом некоторое удовольствие. – И правда. Это же серый Пазальт, он же камень–жевун. Интересно, это стая или семейный клан?
Маг подошёл практически вплотную к покрытым лёгким пушком мха живым валунам, достал лист бумаги и принялся делать пометки.
«Бывало и хуже», – это избитое выражение стало первой мыслью землянина. Он не лежал несколько минут пытаясь вспомнить, где он и кто, ноги вопреки ожиданиям не сводило судорогой и за ночь они более-менее сносно отдохнули. Единственной видимой проблемой стала ноющая от непривычно жёсткого лежбища спина. Но это уже мелочи по сравнению к примеру с тем, что с ним могли сделать сектанты.
Макар сел, поджав ноги, и огляделся. Костёр давно потух. Странное прессованное топливо прогорело без остатка, и теперь от кострища не вился даже лёгкий дымок. Спутников в пещере не было, зато откуда-то снаружи доносился металлический звон. Ёжась от утреннего морозца, парень пошёл к выходу. Зажмурился от ярких бликов белоснежных вершин и тут его накрыло. Как ни старался он не смотреть на трупы общинников вчера вечером, зрение запечатлело все подробности, и сейчас память выдала порцию тел, изломанными куклами разбросанных на скалах.