Роман Титов – Игла Дживана (страница 70)

– Отпусти меня! – зарычала Сай’я и попыталась дернуться, но, разумеется, без всякого успеха.

– Сию секунду, – с сарказмом пообещал я, мысленно вознося благодарность маме и ее сыворотке. – Чтоб ты мне череп потом раскроила? Что, я уже тебе не так интересен, как раньше?

Аборигенка отвела взгляд.

– Отпусти ее, – тут же приказал Занди и по движению его пальца плазменный росчерк на секунду осветил внутренне помещение канонерки, просвистев в миллиметре от моего виска, и исчез в поглотившей его ночи. – Ты не в том положении, чтобы диктовать тут условия.

Еще не остывшее дуло винтовки почти коснулось моего затылка, заставив почувствовать жар раскаленного металла и поморщиться.

– А что вы так за нее переживаете, Занди? – Моя вытянутая рука расслабилась и Сай’я мешком рухнула на пол, едва успев выставить перед собой ладони и не удариться о металлическое покрытие лицом.

– Я бы, может, и дал ответ, если б счел твою персону достойной такого знания. Так что, увы, придется тебе довольствоваться ролью обычного пленника.

– А вы не боитесь, что она с такой же легкостью в удобный для себя момент предаст и вас?

– Эпине, – устало вздохнул граф, – хоть раз представь себе, что мир не состоит из одних дураков. Если мои мотивы кажутся тебе непонятными, это еще не означает, что они лишены логики. Думаю, твой наставник, слишком поспешил с выбором ученика, да и я ошибся. Ты вовсе не единственный в своем роде, а всего лишь посредственность, которой позволили думать, будто она исключение. Твоего духу здесь не было, если б не работа Сол. Ты ноль и просто мусор, который постоянно путается у всех под ногами и думает, что он лучше всех. Пора тебе осознать свое место или придет время и тебя, за ненадобностью, выбросят. Я знаю, какой ты любитель играть с чужим сознанием и на всякий случай предупрежу: если вдруг моей гвардии покажется, будто мы стали добрыми друзьями, они выстрелят в тебя без промедления. Так что, советую вести себя смирно. Ради собственного блага.

Ответом моим была лишь вежливая улыбка, видимо, целиком устроившая Занди, который тут же отвернулся и отошел. Мог ли его светлость представить себе, насколько уязвимым он сейчас был? Граф думал, что знает о лейрах достаточно, чтобы не считать меня серьезной угрозой, когда рядом ручные псы, но он ошибался. Немного усилий потребовалось бы, чтобы сдавить его горло. Я даже на секунду представил эту картину. Мысль об умирающем Занди почти заставил меня сделать видение явью. Невидимые, неосязаемые нити обвили шею ни о чем не подозревающего графа. Осталось совсем чуть-чуть – сдавить как следует, и жизнь Боиджийского правителя оборвется...

И все же, одного убийства на моей совести хватило, чтобы осознать – этот путь не для меня. К тому же, без живого Занди отсюда мне было не выбраться.

– Что ж, – сказал я его спине. – Обещаю подумать над вашими словами.

Сняв куртку и постелив ее под себя, я уселся почти у самого края распахнутого люка, подставив лицо дующему навстречу ветру. Совсем рядом разрядилась молния, и гром эхом раскатился по устланной паатовым ковром долине. Запахло свежестью и, как всегда в преддверие бури, сердце мое было не на месте. Хотя, надо полагать, причиной тому служило кое-что иное.

Занди подошел к Сай’е и о чем-то спросил аборигенку. Слов я не расслышал, но по выражению лица Эйтн заметил, что вопрос этот очень заинтересовал ее. Я весь обратился в слух, и как оказалось, не зря.

– Кхамейр, – позвала Эйтн. – Вы должны знать, что пока вы были в темнице, мы пытались придумать, как вас оттуда вытащить, но Изма… – она на секунду запнулась. – Он пострадал.

– Я знаю, Эйтн, – обронил граф. – Можете не переживать. У всех у нас своя роль. Его закончилась так. Но он был хорошим слугой. Достойным членом своей семьи.

– Вы должны объяснить мне, откуда взялись ваши войска? – задала она вопрос, мучавший не ее одну. – Я полагала, что обнаружить махди под покровом леса вовсе не так легко. Я полагала, что мы проиграли.

Я видел, как кривая улыбка исказила украшенное синяками лицо Занди.

– Вы же не думали, что я ринусь в логово своих врагов и даже не позабочусь подумать об отступлении?

Эйтн не ответила.

– Суть в том, – продолжил граф, – что в нашей семье первенцам, которым предстоит стать правителями планеты, в день совершеннолетия вживляют под кожу маячок. Из соображений безопасности. Его невозможно заглушить или засечь посторонними средствами, только специальным датчиком. Вот, собственно, и все.

– Они запеленговали ваш сигнал и так быстро среагировали? – удивилась Эйтн.

– Не совсем. Перед дорогой я отдал приказ капитану быть наготове и ждать моего сигнала.

Я слушал его слова и не мог поверить тому, как лихо Занди удалось обвести всех нас вокруг пальца. Просто уму непостижимо.

Эйтн ничем не подала вида, что уловка её хоть сколько-нибудь удивила и непринуждённо продолжила:

– Я так понимаю, вас с Сай’ей немало связывает. Я не любительница плутать в потёмках, и раз уж мы работаем вместе, должна знать, что на самом деле происходит.

Лицо графа на миг застыло. Он с минуту пристально смотрел на девушку, будто ждал, что она еще что-нибудь добавит, но Эйтн молчала. Понемногу броня самоуверенного хладнокровия его светлости дала трещину.

– У Измы длинный язык, – наконец выговорил Занди.

– Он был верен вам до конца, поэтому о многом умолчал, однако я сама сделала некоторые выводы и поняла, что на самом деле меня беспокоит, – обтянутый перчаткой пальчик Эйтн слегка поскреб Рех’има по макушке. – Я хочу знать, что на самом деле произошло, когда к вам в руки впервые попала эта голова.

Бледность Занди сменилась ярким румянцем. Он долго смотрел на застывшую в тени Сай’ю, как будто решался на что-то, потом взял себя в руки и заговорил:

– Не самое подходящее время вести подобные беседы, но раз уж, даже вас, Эйтн, заразило чужое любопытство… Считайте это одной из ошибок юности. Я был тогда наивен и рвался доказать, что стою гораздо больше, чем думают окружающие. Со мной нянчились, будто с младенцем, и меня это бесило, бесило до такой степени, что однажды я едва не сжег дотла весь замок. Они считали меня полоумным. Безумцем. Если бы я и дальше позволил им держать себя в четырех стенах, я и вправду бы спятил. Единственным возможным способом избежать этого оказался побег. Не без помощи Измы, разумеется. Бедный Изма! Видели бы вы его лицо, когда я рассказал ему, что собираюсь предпринять. Поначалу он артачился, но когда я пригрозил, что выгоню его взашей, то пошел на попятную. Однако ни в какую не захотел отпускать меня одного, а я знал, что если возьму его с собой, назад он, вполне возможно, не вернется.

– Что-то вы не больно волновались об этом, когда отправляли его в джунгли шпионить за моей матерью, – не выдержав таких излияний, вставил я.

– Твоего мнения никто не спрашивал, – резко отозвался Занди и вновь повернулся к Эйтн. – Я обязан был знать, каких успехов удалось добиться госпоже Сол и мастеру Аверре. Несмотря на то, что они вдвоем получали немалую помощь, свои открытия они от меня старательно скрывали. Сам я к тому моменту появляться у махди уже не мог, а вот Изма… Он никогда не был тем, за кого его принимали окружающие. Пожалуй, никто, кроме меня не видел настоящего Изму, поэтому тут я уже не сильно беспокоился. Даже туземцам было бы трудно его поймать. Но это отвлечение. Мне удалось избавиться от слуги, причем я сначала проследил, чтобы он благополучно возвратился домой, и, только потом решился углубиться в лес. Мне пришлось изрядно поплутать, прежде чем я отыскал след, ведущий на их территорию, но в итоге все равно махди нашли меня сами.

– Почему они вас не убили? – спросила Эйтн.

– Не знаю, – покачал головой граф и снова бросил взгляд на Сай’ю. – Вернее, тогда не знал, но теперь, кажется, начинаю понимать. Все из-за Иши Кхем’са. Он каким-то образом знал, чей я наследник, а у махди принято, один Создатель ведает почему, почитать Занди Первого, будто мессию.

– То есть, автоматически они почитают вас как наследника?

– Не думаю, – качнул головой граф с мрачной усмешкой. – Едва ли я значил для них больше, чем любой осквернитель лесов, пришедший со звезд, однако мое родство с Генералом оставило мне шанс уйти оттуда живым. Но уходить я не торопился. Впервые вырвавшись из-под гнета ответственности, который на меня возложили все, кто только мог дома, я желал как можно больше узнать об этом удивительном народе, научившемся существовать в ладу с природой и вне благ цивилизации. Мне разрешили остаться. Ненадолго. Только, чтобы набраться сил, так как путешествие сквозь чащу паатов вымотало меня донельзя. Это теперь я понимаю, что был слишком назойлив и только путался у них под ногами, но я был вездесущ. Любое местное занятие завораживало меня почище всякой магии, и я стремился познать их быт настолько, насколько это вообще возможно за отпущенное старейшиной время. Видя мой неподдельный интерес ко всему, что касается махди, Ищи Кхем’са разрешил им меня учить.

– Чему вас учили?

– Не тому, о чем вы думаете, Эйтн. Свои ритуалы они оберегали от посторонних глаз, как зеницу ока и до них ни разу меня не допустили. Обучение заключалось в понимании природы и себя. Это от них я научился, как оседлать килпасса; они показали мне, как выделывать из минна токсин для создания особых метательных бомб; от них я узнал о создании древесных клинков; даже научился готовить минн так, чтобы нейтрализовать его яд. Много чего еще было, о чем вам вряд ли будет интересно услышать.