Роман Титов – Игла Дживана (страница 72)

– Граф, но вы не сказали, как вам удалось спастись в тот раз, да еще прихватив с собой голову, – напомнил я.

Занди тяжко вздохнул. По лицу было видно, отвечать он не собирался. Но Эйтн не меньше моего интересовали подробности этого темного дела, так что ему пришлось говорить дальше:

– Как я уже сказал, меня сковала шаманская сила Иши Кхем’са, и мне пришлось беспомощно наблюдать за тем, как маленькая девочка кромсает тело собственной матери, заражая его живыми отростками минна, извлеченными из головы – старейшина специально вынес ее из Святилища, но прятал в широких рукавах своей накидки. Не знаю и сам, что произошло в точности. Возможно, он стал слишком сосредоточен на конечном результате ритуала, но ничто больше не удерживало меня. – Граф опустил голову на грудь, переводя дух. – Признаюсь сразу, в тот миг я думал только о спасении собственной шкуры и больше ни о чем. Но чтобы убежать и не быть сразу же схваченным, надо было убрать старейшину. Я осторожно подкрался к нему и ударил валявшейся в траве веткой. Признаюсь, как никогда в тот раз я хотел, чтобы мой удар был смертельным, но проверять и добивать его времени не было. Когда Иши рухнул, я решил, что будет справедливо прихватить голову с собой. Девчонку я оставил там, где она и была, по локоть в крови. Оседлав килпасса, я вернулся домой и забыл обо всем, как о страшном сне.

Рассказав все это, Занди вовсе не выглядел сожалеющим. Но и Сай’я, кажется, ни в чем его не винила. Ясно, что эти двое успели договориться обо всем, чтобы больше не предъявлять друг к другу претензий. Их союз выходил далеко за рамки обычного соглашения, но все тонкости этого дела для меня оставались загадкой.

– Зачем же вы взяли голову? – спросила Эйтн.

Адресуя слова мне, Занди сказал:

– Для меня она стала постоянным напоминанием, что чрезмерное любопытство неизменно ведет к беде.

Глава 30

Башня активации

Рассвет готовился сменить ночь, когда три шедшие клином машины снизились над погруженным в глубокий сон городом. Гроза обошла эти земли стороной, но влаги в воздухе все равно хватало с избытком. Утренняя дымка заволокла округу белесым покрывалом, придавая погруженному в полутьму Мероэ вид обители призраков и мрачных теней. Бесшумными привидениями флаеры проскочили под одним из подвесных мостов и резко упали на открытую ладонь секретной посадочной площадки, быстро, словно язык пещерной лягушки, втянувшейся в широкий зев ангара.

Занди первым соскочил с трапа на выложенный плиткой пол ангара, его спутницы следом, а меня бесцеремонно сдернул капитан.

– Топай, давай.

А я и не сопротивлялся, не без любопытства наблюдая за реакцией махдийки. Казалось, будто замок пришелся ей не по нутру. И хоть Сай’я старалась этого не показывать, затравленный взгляд и нарочито развязные движения выдавали ее с головой. Стражники опасливо поглядывали на аборигенку, крепче держась за оружие, словно ждали, что она вот-вот на них набросится. Слуги неслись навстречу Занди, предлагая ему накидку и башмаки.

– Кхамейр! – оклик выпорхнувшей из лифта госпожи Даггер заставил широкие плечи Занди содрогнуться под только что наброшенной накидкой. – Где ты был?! Мы обыскались!!!

Следом, что не удивительно, неслась вторая тетка графа. Было видно, обе только выбрались из постелей: с заспанными лицами в небрежно надетых платьях и в съехавших набекрень париках. Внешний вид графа поверг старух в шок.

– Что произошло? Что с твоим лицом?! Ужас!!!

– Почему ты так одет… вернее, не одет? Где Изма? Во имя Создателя… это же аборигенка! Кхамейр, зачем она здесь?

Вопросы сыпались бы и дальше, если бы Занди устало не поднял ладонь, призывая теток к тишине.

– Мои дорогие, ценю ваше беспокойство, и мне ужасно жаль, что стал его причиной, но для вопросов сейчас не самое подходящее время. Я слишком устал, а нам еще предстоит сделать массу всего, так что дайте мне два часа, и я обещаю удовлетворить ваше любопытство. Пожалуйста.

Старухи на такой ответ, очевидно, не рассчитывали, однако спорить не стали. Только окинули всех нас нечитаемым взглядом и, подобрав юбки, чинно удалились.

Стоило створкам лифта закрыться за ними, граф повернулся к Эйтн:

– Мне есть, что еще показать. Прошу за мной.

Один из гвардейцев достал из-за пояса наручники, издавшие противное металлическое бряцанье, и протянул капитану, при этом многозначительно косясь в мою сторону. Капитан благоразумно наручники не принял. А я окинул молодого солдата таким взглядом, что тот, покраснев с головы до ног, немедленно спрятал их обратно.

– Я хочу, чтобы все были готовы к нападению, – громко объявил Занди солдатам. – Известите службу безопасности города – пусть будут начеку. Неизвестно, когда аборигены нападут. Возможно, раньше, чем мы думаем. Да, и сообщите моим тетушкам и кабинету министров, что на их месте было бы разумно некоторое время провести в бункерах.

– Слушаюсь, ваша светлость, – отчеканил капитан, приготовившись исполнить приказ повелителя, но граф его остановил:

– Капитан, пошлите с этим кого-нибудь другого. Вы нужны мне. Я хочу, чтобы вы присмотрели за лейром. На всякий случай. И возьмите с собой кого-нибудь еще: мастер Эпине у нас шустрый малый.

Я негромко фыркнул, но капитан жестом велел парочке солдат следовать вместе с нами. Смешно. Они все считали мое присутствие серьезной проблемой, но не хотели уразуметь, что сами особой угрозы не представляли – с тремя, пусть даже вооруженными, нормалами мог справиться любой алит.

Далее шел недолгий и молчаливый подъем на вершину башни.

Путь явно лежал не в те покои, в которых граф первоначально принимал нас с Аверре. Поднимались мы довольно долго, а когда покинули лифт, оказались в просторном темном помещении. Окна здесь отсутствовали, а гладкие бронзовые стены плавно перетекали в высокий сводчатый потолок. Невозможно было понять, жилое это помещение или очередной ангар. По всему периметру выстроились в правильный круг тусклые золотистые светильники на тонких металлических шестах. Никакой мебели. Танцевальный зал, да и только.

– И зачем мы здесь? – мой голос неожиданно громким эхом разнесся по помещению.

– Сейчас узнаете, – откликнулся граф.

Он нажал несколько клавиш на встроенной у входа панели. Свет почти пропал, а пол в центре комнаты пришел в движение, раздвинулся, отчего перед нами предстало нечто вроде постамента, немного напоминавшего тот, на котором покоилась голова Рех’има во время несостоявшейся казни. По золоченой поверхности постамента вереницей бежали голографические письмена, поначалу непонятные, но затем образовавшиеся во вполне узнаваемую модель звездного неба с пустующей черной точкой посередине.

– Ну как вам, Эйтн? – поинтересовался он.

– Зал активации, – с придыханием проговорила леди Аверре и, не дожидаясь приглашения, подошла к пьедесталу, торжественно возложив на него голову Рех’има.

– В точности как на фресках Святилища, – потрясенно добавила Сай’я.

Занди кивнул:

– Уверен, что именно по тем рисункам мой легендарный предок и соорудил это.

Эйтн тем временем склонилась над постаментом, тщательно рассматривая его и даже касаясь к поверхности.

– Здесь до сих пор видны следы первого ритуала, – произнесла она с поразившим меня трепетом.

– Вы – первые из посторонних, кому за полторы тысячи лет довелось увидеть это место, – сказал Занди. – Только графы имели сюда доступ. Об этом распространяться непринято, но к старости Занди Первый значительно повредился в уме. Не знаю, по причине старости или же длительная близость с Иглой так на него повлияла. Перед самой своей смертью он пожелал, чтобы никто и никогда не смог воспользоваться артефактом и сделал все, чтобы он не попал в чужие руки.

Эйтн на мгновение оглянулась:

– Почему он сразу не попытался уничтожить Иглу?

Занди пожал плечами:

– Не знаю. Никто не знает. Может быть, даже вместе с аборигенами у них не хватило на это сил. А возможно, ему просто не хотелось уничтожать столь ценный предмет, чьи тайны так и не были им до конца изучены. Напомню, под конец жизни он буквально помешался на Игле. Однако ему не хватило скрупулезности уничтожить все свои записи. Те, что уцелели стали передаваться в нашем роду из поколения в поколение, от отца к сыну, наравне с другими семейными тайнами.

– Неужели никто из ваших предков, зная о существовании такого мощного артефакта так близко, не попытался его найти? – не удержался я от сомнений. Трудно было поверить, что воспитанные в традициях власти местные графы так легко отказались от могущества, обещанного Иглой.

Занди сначала приблизился к постаменту и несколько раз коснулся голограммы, отчего светящиеся письмена заструились еще быстрее, и только потом обратил свое внимание на меня:

– У тебя просто мания спрашивать очевидное. Поверь, Сет, многие пытались. В работах, оставленных моим предком, говорилось об Игле немало, в том числе и о происхождении, но точной карты с пометкой не прилагалось. По правде говоря, я даже не думал, что все это время она оставалась на планете. Мне представлялось логичным увезти Иглу куда-нибудь подальше, туда, где о ее существовании никому неизвестно.

Эйтн не согласилась с выводами:

– Возможно, ваш предок считал, что лучшего места, чем Боиджия для Иглы не найти. Недаром же именно здесь он ее обнаружил. Кстати, вы внимательно изучили его записи?