Роман Терехов – Наши в Скайриме. Жизнь и самые обычные приключения имперского нобиля Теллурио Валерия и его верной компаньонки Ма`Руссы (страница 7)

Факелов, правда, для путешествия под землей маловато осталось. Воткнул догорающую палку в снег, выбрал лежащее деревце с толстыми сучьями. В ход пошел украденный уже не помню где колун и взятые в катакомбах льняные тряпки. Первый, второй, третий, надеюсь, достаточно. Предусмотрительно нарубил поленьев, чтобы при необходимости разжечь костер для обогрева.

Итак, я продрог и похоже, основательно заплутал, сойдя с ведущей к воротам Хелгена дороги. Идти в гору было тяжело, а тут еще снег, в который ноги проваливались то по щиколотку, то по колено. Холодный ветер выдувал сквозь прорехи в одежде последние остатки тепла. Все, надо передохнуть и принять решение. Если в ближайшие десять минут вход не найду, надо возвращаться на дорогу и двигать к воротам Хелгена, проситься у стражи внутрь. Иначе до утра я тут тупо околею, даже с костром. Тоскливый волчий вой заставил пошевеливаться. Как же вы мне надоели, шакалы драные!

Пещера встретила пустотой, плеском бегущей воды и запахом тления. Стало немного теплей. Порванная волками и ветками богатая одежда почти не грела, выручала кожаная кираса, меховой плащ и постоянное движение. Факел тоже слегка согревал, но за пределами светового пятна делал меня почти слепым. Все-таки надо с первых барышей брать «Свет свечи». Опять же школу Изменения качать полезно.

Кстати, об изменениях и прочих отклонениях от нормы. Там, где по игре должна была обитать медведица, обнаружилась внушительная гора человеческих костей. Медленно двигался вдоль ручья, прислушиваясь и выбирая куда поставить ногу. Повсюду в световой круг попадали отдельные кости и скелеты людей разной комплектации. Нескольких я, преодолев брезгливость, обыскал и обобрал. Звякнули, улетев в инвентарь четыре золотых септима, следом отправились три порции костяной муки, а следующая находка меня несколько озадачила — осколок черного камня душ. Еще золотишко, мука и крохотный камень душ. Стоп. Хватит. Впереди пещера с пауками, а ты в позе пьющего оленя грабишь скелеты! Щас как с потолка прыгнет такая тварь на спину и… От этой мысли я содрогнулся и выругался мгновенно пересохшим ртом. Это вам не маламут, в темноте и тишине положивший хозяину лапы на плечи. Да-да, «понимаю, что Полкан, но остановиться не могу». Всю дорогу мослая план в голове, старательно обходил самый слабый его пункт. Даже предстоящее убийство палача и его помощника меркло перед необходимостью пройти через затянутый мерзкой паутиной отрезок подземелья, населенный морозными пауками разного калибра. Я «членовстоногих» боюсь до мелкой обдриси. Особенно огромных, плотоядных и плюющихся ядом. Хуже них во всем Скайриме ничего нет. Разве что корусы. Но фалмеры сами ни с какого боку не красавцы, странно было бы увидеть радужных пони в качестве домашних питомцев. В общем, морозные пауки наводили на меня непреодолимую жуть.

Из темноты донесся леденящий душу шорох костей. Факел задрожал в моей руке, а сам я споткнулся о перевернутую тележку. Вскочил, рванул меч из ножен, но запутался в плаще, зацепился сапогом за грудную клетку и рухнул на мешки. Факел укатился в воду и с шипением погас.

Рванул из-за пояса запасную самоделку и поджег ее магическим пламенем. Вспышка высветила преградивший дорогу груз. Из прорех в мешковине торчали берцовые кости и ребра. Рядом на земле скалился череп. Да, стоя по колено в человечьих останках, боятся надо пауков. Ведь так, человек-огнемет?

Здесь же трясущимися руками затрофеил забытый неизвестным гробокопателем железный фонарь с солидным огарком свечи. Потом придумаю, как его использовать, пока факелом обходиться привычнее. Им и врезать можно, и удар блокировать, а цель еще и загореться может. А фонарем только сигналы подельникам подавать, да атмосферу подземным локациям создавать.

Живых пауков в пещере не было. Зря только возился, раскалывая поленья и обвязывая их распущенной на ленты мешковиной и веревками. Затем забрасывал горящие снаряды, стараясь попасть в углы, где паутина стелилась гуще. Пыльные космы нехотя разгорались, огоньки поднимались под потолок, заволакивая пещеру дымом, но восьмилапые твари не спешили выбегать под пламя и смертоносные удары меча. Никто не шуршал лапами, коварно отбегая прочь. Из пещеры не доносилось ни звука, кроме треска и шипения сгорающих нитей.

— Чему быть, того не миновать, — подбодрив себя этим изречением, шагнул в логово. Сделал несколько быстрых шагов на напружиненных адреналином ногах, вращая головой, как летчик под громоподобный стук сердца. Не сразу заметил сквозь стелящийся едкий дым околевшие истыканные стрелами трупы с обрубленными лапами и проломами хитина явно от двуручного молотка. Два крупных точно готовы, а мелких, похоже, просто разнесли на куски. Я уже прошел логово, как внезапно позади раздался шум падения чего-то крупного. Несколько секунд поток пламени бил в обтянутый паутиной высохший труп, наполняя и без того задымленный воздух омерзительной вонью. Только чудом с противоположной стороны не образовалась горка отборных кирпичей.

— Я буду не я, если тебя не ограблю, урод! — яростно пнул дымящуюся мумию, повинную лишь в собственной ужасной смерти… Бывший паучий обед расщедрился на «Обруч алхимии» с пятнадцатипроцентной добавкой к навыку, пару септимов и стальной кинжал. Неплохая компенсация за нервный срыв и треть запаса магической силы.

Дальше двигался по изогнутому коридору без препятствий и происшествий. Так же миновал очередную каверну, поднялся по каменной лестнице, замер у массивной жаровни перед входом в огромную пещеру-коллектор. Прислушался, ничего, кроме шума потоков воды, гула ветра под потолком и треска догорающих углей над ухом. И кто только заряжает дровами эти штуковины в глубине подземелья? А, главное, зачем? Для обогрева часовых, если только. Подвешенные к потолку большие глиняные светильники давали мягкий рассеянный свет. Далеко впереди у входа в пещеру рдела углями еще одна жаровня. Погасив факел, спустился по лестнице на мощеную камнем площадку и пошел крадучись вдоль стены. Миновал мостик, затем еще один и тут взгляд уперся в медвежий капкан. Ржавчина не мешала ему караулить беспечного путника прямо по средине прохода. Легко обойдя один, тут же обнаружил еще два, поставленных в тени бортика и вплотную к стене. Впереди на мостике просматривался еще один. Пригляделся, чуть дальше блеснула вязь ледяной руны на полу и на стене. Нет, без шума не выйдет. Я описал цепким взглядом круг в поисках подходящего камня, чтобы вывести из игры капкан. Руны решил снять потоком пламени. Опасно, конечно, поэтому капканы и буду убирать первым, чтобы ударом магии не отбросило в какой. У меня все конечности нужные и права на ошибку нет. Тем более, без понятия, как тут обстоят дела сохранениями. Не найдя подходящий булыжник, достал из вещмешка полено.

— Замри! — пронесся под сводами рык профессионального ловца диверсантов-любителей. — Брось оружие!!!

Резко обернувшись, засек обладателя командного голоса. Судя по силуэту, имперец в тяжелой броне без шлема с обнаженным мечом. И с ним вышли на свет обряженные в грязную, разрисованную под камень мешковину, два легионера-лучника. Стальные наконечники стрел целились в мои самые уязвимые места, делая больно одним лишь своим видом. С другой стороны заминированного моста появился маг, защищенный заклинанием оберега, и с клубком молний в правой ладони. А чуть позади прорисовались силуэты еще двоих легионеров.

— Я не вооружен, — голос предательски дрогнул. — Эт-то просто полено.

— Не делай глупостей!

— Не буду, — честно пообещал я. Танец электрического дикобраза на минном поле, зрелище, конечно, увлекательное. Начни я корчить героя, и бойцам будет, о чем рассказать завтра в таверне своим сладко спящим сейчас товарищам. Но пусть у них будут другие темы для разговоров: про баб, пиво и нетрадиционную ориентацию альдмерских политиков. Резво задрал руки, вот только сжимающая полено ладонь онемела. Да и сам весь тоже.

— Бросай оружие! — увидев, что я не тороплюсь расстаться с чертовой деревяшкой, продолжил, — Больше уговоров не будет. Мастер, поджарь его.

Ох, еп, этот старик в капюшоне — тот самый палач из тюрьмы!

— Не-ет! — жалобно всхлипнул я, отбросив полено. Следом загремел о камни клинок. Говорят, мужчины не плачут. На самом деле жизнь каждому из нас отмеряет свое количество загадочной соленой жидкости, строго-настрого запрещая расходовать ее по пустякам. Но я просто вымотался. Не было сил ни бороться, ни умолять о пощаде. Будь, что будет. Прости, Маруся, я все про*бал…

Из ступора я вышел в комнате, заставленной ржавыми клетками со скелетами. Точнее, выпал, ведь связанные руки никому не добавляли ловкости при ходьбе по заваленному камнями и мусором полу.

— Хорошо сработано! Восхищен вашим подходом к делу. Пауков тоже вы повывели?

Моя реплика осталась безответной. Не считать же за таковой тычки, которыми меня подгонял конвой? Миновали четыре пустых камеры и вот я оказался в том самом месте. Пускай, совсем не в том качестве, зато ровно тем маршрутом как планировал. Гений, чо. Но где же Маруська? Крайняя железная клетка пустовала. Среднюю занимал живой и бодрый маг. В дальней полулежала какая-то фигура, но темнота мешала разглядеть подробности.