Роман Терехов – Наши в Скайриме. Жизнь и самые обычные приключения имперского нобиля Теллурио Валерия и его верной компаньонки Ма`Руссы (страница 9)

— Нет, Тема, — устало возразила кошка, умываясь после выпитого зелья, — Мы же не массовка из фильма ужасов про тупых подростков. Разделяться не будем.

— Разумно. Тогда держи ножик, а сама держись за меня.

На склад мы ковыляли целую вечность с трудом преодолевая вытертые ступеньки. Пребывание в тесной клетке и болезнь довели каджитку до предела. В след нам орала запертая в камере буйная натура, колотила в решетку ведром, требуя немедленно ее освободить и угрожая разными карами. От угроз она перешла к оскорблениям, затем умоляла не бросать ее тут одну, потом вовсе разрыдалась…

— На обратном пути ковырну замок, — предложила Маруська-добрая душа, демонстрируя мне отмычку. — Последняя.

— В допросной на стойке видел еще пару. Выпустишь, конечно, если за нами погони не будет.

Можно подумать, есть выбор! Сестра Бури костерила нас на великом и могучем, а русские своих в беде не бросают. Зелье запаса сил подействовало быстро и каджитка заковыляла бодрей. По центру склада валялся труп легионера с характерными отметинами молний на доспехах и перерезанным горлом. Оставив напарницу шурудить в бочонках, ураганом пронесся по помещению, сгребая в инвентарь все мало-мальски ценное. В основном типично скайримские продукты питания, соль, вино, деньги, книжки, предметы одежды.

— Нашел! Живем! — бегом отнес напарнице флакон зеленого стекла с исцелением болезней.

— Давай, девочка, залпом. Прозит!

Кошка фыркнула и всосала лечебную микстуру как стакан валерьянки. Вернулся «залутать» покойника: железный меч, два десятка монет, зелье здоровья, факел, лук, стрелы. За все огромное спасибо! Кирасу снимать не стал, ибо побитая и вся в крови. Да и слишком шумно за дверью — в казарме и коридорах происходит массовая резня. Так, теперь головной убор для напарницы и сапоги. Сдергивая легкий шлем, обратил внимание, что в глубине раны блестит осколок камня душ. Черного камня. Аж мурашки по спине. Нет, руками туда не полезу. Бросил добытый шлем кошке, а сам взялся разувать мертвеца.

— Я это не надену! — заявила категорический протест Маруся, наблюдая за финальным аккордом мародерки. — Даже отсюда чую, как они воняют. Словно фалмер наблевал!

— На улице, между прочим, снег. А на твои обмотки без слез не взглянешь! — попытался урезонить питомицу, но носом чуял ее правоту!

— Ладно, в той тумбочке видел меховые ботинки…

А вот и прочный дорожный ранец с предусмотрительно притороченным колуном и факелом! Иди к папочке! О, да ты не пустой! В этот важный момент нас прервали самым грубым образом. Крики и железный лязг из коридора доносились все громче. Внезапно дверь склада распахнулась и внутрь ввалились два от души порубленных легионера. Один сделав пару шагов, рухнул с вычурным топором в спине, попытался привстать, но заперхал кровью и лег. Теперь уже навсегда. Второй занял оборонительную стойку, прикрывшись щитом, но было понятно, что долго ему не продержаться.

— Свои! — я тут же встал рядом с раненым орком, а чтобы не получить от него с гарантией выкрикнул: За Императора!

В коридоре показался самый натуральный драугр, которого встретил мой поток пламени прямо в жуткий оскал и горящие потусторонним светом глазницы. Мумия древненордского воина вспыхнула, и я захлопнул дверь, бесчестно лишая противника возможности оформить мне ответку. Он пару раз врезал по старым, но крепким доскам своим топором, вынудив меня приоткрыть дверь и повторить прицельное огнеметание. Выронив оружие, драугр осел дымящейся грудой костей, в результате был немедленно избавлен от всех ценностей, кроме тяжелой брони. Подбежавший одиночный скелет получил полную прожарку и упреждающий пинок в щит, но устоял на своих смешных костяных ножках и даже дерзко замахнулся булавой. Увернулся и слил в него остатки маны, развалив доходягу на обгорелые запчасти. Это в игре можно было «поливать» из встроенного в ладонь огнемета, пока мана не кончится. Здесь же коридор затянуло смрадным дымом, от которого слезились глаза и хотелось неудержимо блевать.

Шум боя и людские крики в дальних казематах стихли, уступив замкнутое пространство под древними сводами другим звукам, от которых кровь стыла в жилах. По наши души спешила толпа нежити, только что одолевшая имперский гарнизон. Не забыв изъять у поверженного скелета железный щит, захлопнул дверь. Солдат понял меня правильно. В ход пошли бочонки, ящики и тяжелая мебель. Мы успели накидать хорошую баррикаду, прежде чем в дверь снова ударил топор.

— Хлебни и уходим! — кинул переводящему дух бойцу слабое зелье исцеления, взятое недавно с трупа его сослуживца.

— Кто… такой? — прохрипел орк, ловко хватая флакон. Он приводил Локира и девку, так что узнал меня.

— Гонец из Солитьюда. От легата Рикке. Все объяснения потом! Сам вижу, что опоздал!

Я действительно чуть не опоздал. Восставший за моей спиной зомби успел вырвать топор из тела остывающего товарища и размахнулся. В этот момент Маруська крикнула мне: Берегись! Я обернулся и принял мощный удар на трофейный щит. Орк издал звериное рычание и метко запустил в ожившего мертвеца бочонком, следом прыгнул на него с булавой. Беззащитная голова восставшего лопнула, черный осколок вылетел из раны и поскакал по полу, кроваво бликуя в свете пламени камина. Предварительно попросив разрешения, забрал у погибшего на моих глазах легионера лук со стрелами, шлем и плащ. Эти вещи кроме шлема передал Маруське.

Каджитка успела капитально обнести допросную, куда зашла за отмычками. Я же по традиции обобрал сидящий в клетке без движения скелет. А другую клетку со скрежетом отволок к лестнице, пусть мертвецы ноги переломают! Упомянутые супостаты активно долбились в забаррикадированную дверь, не собираясь нас отпускать просто так.

— Это преступница! — возмутился орк, когда мы затормозили у камеры «буревестницы». Он убежал дальше по коридору, прежде, чем заметил нашу остановку.

— Это не повод оставлять ее нежити. — возразил я.

— Нежити? Нежити?!! — визгливо переспросила блондинка и потребовала у меня меч.

— Для тебя есть только красивый антикварный топор, — но вооружать неуравновешенную девицу не спешил.

— Какого хрена ты копаешься? — набросилась та на каджитку. Отмычка звонко переломилась, и Маруся оскалила внушительные клыки. Скандалистка резво отпрянула от решетки и досадуя, пнула деревянное ведро. На последней отмычке замок капитулировал перед настойчивостью Маруси и нордка с гордым видом сильной независимой женщины вышла из камеры. В этот момент орк уже рубил однорукого зомби, которого сзади подпирала парочка безоружных скелетов. Да откуда же вы лезете, твари?

Выбросив из инвентаря обещанный топор, поспешил на помощь. Как раз маны подкопилось на смачный плевок напалмом из-за мощной орочьей спины. Врагов оказалось не так уж и много, но они пришли по «черному ходу». И это плохой знак. Для Хадвара и его лучников.

Вот выберемся, выкую себе краповый шлем. Марш-бросок на полсуток по горам и потом такая мясня, мама не горюй! Считай экзамен сдал в боевых условиях. Похоже, эту мысль я проговорил вслух.

— Кстати, Белоснежка, держи обновку!

— С трупа снял? — девица брезгливо приняла шлем под мрачным взглядом орка.

— Еще одна капризная на мою голову! В ротик не хочу, в попку не дам! А стоит принять «по стопийсят» сиродильского на каждую грудь и откуда только взялась эта похотливая аргонианская дева в моей постели?

Орк нервно хохотнул, видимо, тоже случалось бывать в подобной ситуации.

— Зря тебе язык не отрезали! — крикнуло мне в спину женское уязвленное самолюбие.

— Не расстраивайся ты так, подруга! — успокоила ее по-свойски Маруся, — Вырастут еще твои титьки. Это ж не мозги.

Мы едва успели. Хадвар сдерживал двоих скелетов из последних сил. Весь коллектор был завален фрагментами нежити. Две железных стрелы со свистом полетели в машущие оружием костяки. Моя ожидаемо попала лишь в темноту, а вот Маруся получила лук и колчан не напрасно. Один из противников загремел костями по полу, и без того заваленному останками. Второго добил орк, резво добежавший товарищу на выручку.

— Хадвар, держи, от себя отрываю, — протянул бойцу слабое зелье лечения.

Тот скривился, принял и вскоре поднялся на ноги. Гвозди бы из них делать, из этих нордов. Будь у этого блондина страница Вконтакте, я б ее взломал, чтобы разместить статус: меня трудно обойти, нелегко потерять и невозможно убить.

— Хадвар, повторюсь, я просто выполняю свой долг. Как ты, как он, кстати, орк пора бы нам познакомиться. — ловко перевел тему и набрав в грудь побольше воздуха и задрав подбородок, представился. Чем дальше, тем больше мне нравилось мое благородное имя, нравилось ощущать себя имперцем. Хотелось попирать кованым сапогом всякую мразь и тащить кого попало в счастливое завтра.

— Гро-Ротгар, — с неохотой ответил зеленокожий здоровяк лишь бы соблюсти приличия. Вряд ли ошибусь, но имя прозвучало как ситуативная придумка и в Легионе он известен под другим.

— Теперь подтверди ему, что форт захвачен нежитью и будем убираться отсюда.

— В казармах больше никто не уцелел, брат. Их было пятеро на каждого нашего.

— Скверный расклад, — согласился Хадвар, обведя затуманенным взглядом усыпанное костями поле боя, на котором выделялись бездыханных два тела.