Роман Силантьев – Мусульманская дипломатия в России. История и современность (страница 57)

В настоящее время международные контакты мусульманских центров России все чаще сводятся к налаживанию сотрудничества в сфере образования и науки, а также культурным мероприятиям, из которых можно особо отметить международный фестиваль мусульманского кино «Золотой минбар» в Казани.

Говоря о международной мусульманской дипломатии в постсоветский период трудно не коснуться деятельности молодого президента Чечни Рамзана Кадырова, который, будучи политиком регионального уровня, смог добиться немалых успехов в иностранных делах.

В августе 2007 г. Кадыров первым из россиян был приглашен в Саудовскую Аравию на церемонию омовения Каабы, которая проводится дважды в год силами элиты мусульманского мира по версии саудовских властей⁴¹. В том же году Кадыров посетил Иорданию и встретился с ее королем Абдаллой II — наиболее уважаемым монархом в мусульманском мире⁴². Все эти поездки резко подняли рейтинг Кадырова и в итоге вывели его в двадцатку самых влиятельных политических лидеров России с точки зрения внешних наблюдателей⁴³.

17 октября 2008 г. в центре Грозного была торжественно открыта Мечеть им. Ахмада Кадырова, получившая название «Сердце Чечни», которая стала точной копией главной мечети Анкары. Вокруг «крупнейшей в Европе мечети» был построен комплекс зданий Исламского центра, включающий в себя резиденцию председателя ДУМ Чеченской Республики и корпуса Российского исламского университета им. Кунта-хаджи. Данный вуз, заранее претендующий на звание крупнейшего на Северном Кавказе, начнет набор студентов с сентября 2009 г.⁴⁴

В 2008 г. Рамзан Кадыров был приглашен во Всемирное народное исламское руководство⁴⁵, а также добился проведения в

2009 г. на своей территории очередного заседания генерального совета ливийской организации «Исламский призыв»⁴⁶.

«Кавказская республика не иначе как вступила в соревнование с Татарстаном за право быть визитной карточкой ислама в России. Прошедшие на прошлой неделе в Грозном торжества по случаю открытия Исламского центра продемонстрировали высокую планку амбиций чеченских властей в этом вопросе», — справедливо отметила исследовательница кавказского ислама Санобар Шерматова⁴⁷.

Взаимодействие с международными исламскими организациями

Сфера взаимодействия российских мусульман с международными мусульманскими организациями интересна в первую очередь историей установления связей с Организацией Исламской конференции (ОИК). Созданная 25 сентября 1969 г. в столице Марокко Рабате 25 мусульманскими государствами ОИК стала крупнейшей и самой авторитетной международной мусульманской организацией за всю историю. Со временем ОИК создала целый ряд дочерних структур, призванных содействовать распространению ислама. Самой значимой из них стал Исламский банк развития, выделяющий многомиллиардные кредиты или оказывающий безвозмездную помощь как отдельным мусульманским организациям, так и целым странам⁴⁸.

В 70-80-е гг. XX в. между Москвой и ОИК проводились отдельные контакты, в основном касавшиеся положения в Афганистане. Генсекретариат ОИК позитивно откликался на обращения России оказать содействие в деле освобождения наших военнопленных в Афганистане, а также находившихся в плену в Кандагаре российских летчиков⁴⁴.

Как уже упоминалось, первым из республик бывшего СССР в ОИК вступил Азербайджан, после чего его примеру последовали государства Средней Азии и Казахстан. Вхождение в ОИК сулило мусульманским государствам немало бонусов, однако перспектива интеграции в ОИК православной России вызывала большие сомнения — ведь ни одному критерию вступления в эту организацию она не соответствовала.

Данное обстоятельство тем не менее не смущало сторонников более близкого взаимодействия России с исламским миром. Еще в 1992 г. глава ДУМЕС муфтий Талгат Таджутдин в своем выступлении на первом Всемирном конгрессе татар заявил, что «татарам надо возвращаться в великий исламский мир, в его семью», причем сделать это через членство в ОИК: «Сегодня серьезно стоит вопрос о вхождении в исламский мир Татарстана и Башкортостана. Слава Аллаху, около года идут переговоры по этому поводу. Духовное управление внесло свою лепту в это дело, оно уже около трех лет ведет работу в этом направлении. На сегодня эти переговоры достигли своей кульминации. Когда я был в Стамбуле, генеральный секретарь ОИК просил меня передать президентам Татарстана и Башкортостана, что если они официально обратятся, то обе республики могут быть приняты членами этой организации. Если это случится, то суверенитет не будет пустым звуком. В этом случае окажется, что мы будем признаны 45 исламскими государствами», — подчеркнул он тогда⁵⁰.

Принимая во внимание пример Азербайджана, перспектива вступления в ОИК отдельных регионов России не казалась совсем уж фантастической, однако сделать реальные шаги в этом направлении помешал прогрессирующий раскол ДУМЕС. Тем не менее в апреле 1993 г. тему вступления России в ОИК поднял заместитель председателя Комитета Верховного Совета РФ по свободе совести и вероисповеданиям Мурад Заргишиев, в ответ получивший резкую отповедь исламоведа Алексея Малашенко «Россия — страна немусульманская. Рассуждения г-на Заргишиева о ее возможном вступлении в головную структуру исламского мира — Организацию Исламская конференция — звучат выспренно и, да простит он меня, нелепо», — заявил тогда А.Малашенко⁵¹.

Тем временем сотрудничество России с ОИК постепенно развивалось. Генеральные секретари ОИК X. аль-Габид и А.Лараки побывали с визитами в Москве в 1994 и 1997 гг. соответственно. На переговорах с ними главной темой стал конфликт в Чечне⁵².

В 1997 г. к проблеме вступления России в ОИК вернулся лидер Союза мусульман России Надиршах Хачилаев, который выступил инициатором проведения в Государственной Думе «круглого стола» «Проблемы и перспективы вступления России в ОИК в качестве полноправного члена». По итогам этого «круглого стола» было решено провести соответствующие парламентские слушания, однако до них дело так и не дошло⁵³.

В декабре 1999 г. Россию с рабочим визитом посетила делегация ОИК во главе с министром иностранных дел Ирана К.Харрази, которая была принята президентом России В.В.Путиным. Вторично Харрази посетил Россию уже в следующем году, встретившись с министром иностранных дел И.С.Ивановым. Воспользовавшись активизацией контактов с ОИК, муфтий Равиль Гайнутдин направил президенту Ирана Мохаммеду Хатами письмо с просьбой предоставить России статус наблюдателя при этой организации⁵⁴.

В январе 2003 г. генсекретарь ОИК А.Бельказиз встретился в Москве с председателем Совета Федерации С.М.Мироновым, Министром иностранных дел И.С.Ивановым, заместителем Министра А.В.Салтановым, заместителем председателя Отдела внешних церковных сношений Московского патриархата архиепископом Климентом, муфтиями Талгатом Таджуддином и Равилем Гайнутдином. Генсек ОИК заверил, что его организация будет противостоять попыткам оказания финансовой помощи чеченским боевикам из арабских стран, что стало особенно хорошей новостью для российских властей⁵⁵.

В феврале того же года в МИД России была учреждена должность посла по особым поручениям, ответственным за связи с ОИК и другими международными мусульманскими организаци ями. Этот пост занял В.В.Попов, ранее представлявший интересы России в Йемене, Ливии и Тунисе⁵⁶. С этого момента связи ОИК и России окончательно упрочились, ярким свидетельством чему стало заявление президента В.В.Путина о возможном получении России статуса наблюдателя при ОИК, сделанное им в августе 2003 года во время визита в Малайзию⁵⁷. Планы России по сближению с ОИК получили поддержку Русской Православной Церкви и всех мусульманских лидеров, однако многие аналитики отнеслись к ним скептически, указав на несоответствие России любому из трех критериев вступления в «мусульманскую ООН»⁵⁸. В итоге было принято решение подать заявку на вхождение в ОИК в качестве наблюдателя и провести один из ее будущих саммитов в Москве⁵⁹.

В октябре 2003 г. президент России в качестве гостя прибыл на X Конференцию ОИК в Куалу-Лумпур, где выступил с программным докладом. «Мы знаем, что подавляющее большинство стран-членов организации поддержало нашу инициативу о развитии отношений с ОИК. И видим в этом не просто жест, а дальновидное и стратегически ориентированное решение. Убежден — участие России не только дополнит яркую палитру Организации, оно добавит в ее работу новые возможности, привнесет вес и голос крупной российской мусульманской общественности. Общины, которая уже не отделяет себя от мирового сообщества мусульман, и готова к плодотворному участию в его духовной, культурной, политической жизни», — заявил тогда глава государства⁶⁰.

Особо теплое отношение российской власти к мусульманам подтверждали своим присутствием на саммите лидеры некоторых «мусульманских» регионов России и председатель Координационного центра мусульман Северного Кавказа муфтий Исмаил Бердиев⁶¹. Впоследствии самым активно контактирующим с ОИК российским политиком стал новый президент Чечни Рамзан Кадыров, который быстро установил тесные связи с ключевыми мусульманскими державами и даже стал первым россиянином, приглашенным на церемонию обмывания Каабы⁶².