Роман Прокофьев – Прозрачные Дороги (страница 52)
Превращение Предмета в Руну — второй этап. Нужен конструкцион, рунный триадр, который можно создать мысленно, пустая Руна соответствующего ранга, Символы Предмета и понимание того, что запечатываешь.
Я сформировал рунный конструкт из эфирных нитей — базовый навык Рунного Искусства — и он засветился в темноте призрачной пентаграммой. Вершина — сам Предмет, во вторую — нулевка, третий — Символы. Двадцать восемь штук — корпус, оба тилтротора, тилтвинг, когитор и электронные системы, вооружение, десантный отсек, кабина… И многое другое. На каждый компонент — свой Символ.
Они вспыхивали один за другим. Когда последний растворился, я отдал мысленную команду — «Грифон» дрогнул, теряя материальность. Он распался вихрем звездной пыли, неуловимо сложившись в серебряный глиф, изображающий… стилизованный стремительный силуэт с крыльями-импеллерами.
Винтокрыл «Грифон»
Руна-Предмет
Качество: серебро
Улучшения: нет
Активация: 72 капли Звездной Крови
Время действия: нет
Время перезарядки: 1 древодень
Получилось! Я не мог сдержать улыбки. Нестандартная стоимость активации, конечно, огорчала — вероятно, связано со сложностью устройства, но это мелочи. Главное — получилось! Теперь «Грифон» в кармане. В буквальном смысле. Повреждения? Починить за десять капель, а не за полторы тысячи. Хранение? Не требуется. Транспортировка? Активировал в любом месте в любое время — и полетел.
И три пустых слота улучшений. Три звезды, в которые можно вставить Инскрипции. Если они совместимы — то мы, как говорит Толя, «в дамках».
Я активировал Руну.
Винтокрыл материализовался передо мной. Целый, сияющий, готовый к полету. Рампа опустилась с тихим шипением, приглашая внутрь. Я проверил — гермозатвор в переходном боксе работал, датчик кислорода мигал зеленым. Все — как было до крушения, даже лучше.
От Найры исходило безмолвное изумление. И что-то вроде откровенного восхищения — мне даже стало чуточку лестно. Я протянул ей руку:
Караванщица замерла. Посмотрела на винтокрыл, потом — на меня.
Она помедлила еще мгновение, а потом положила свою ладонь в мою.
Полет до Норы был коротким, но я немного покружил над Мертвым Городом, лавируя между Небесными Клинками. Найра, пристегнутая к ложементу второго пилота, вцепилась в держатели изо всех сил. Но ее фиалковые глаза сияли. Она смотрела на проносящиеся внизу руины, на черные башни и голубые столбы пламенных Клинков, на бесконечную тьму, расцвеченную новым небесным знаком, — и я чувствовал ее восторг. Чистый, детский, ничем не замутненный.
Это было приятно.
Нора показалась впереди — тайное убежище под корнями исполинского здания. Я заложил вираж, снижаясь к импровизированной посадочной площадке. Сел плавно, без толчка. «Грифон» — послушная птичка. Не стигис, конечно, но зато точно мой.
— Эта дорога… — Найра пыталась подобрать слова, — страшная, но красивая. Свобода. Свет…
— Небо, — кивнул я. — Для нас, землян, это и есть свобода.
— Свобода… — повторила она задумчиво. — Понимаю, почему ты хотел вернуть этот серебряный корабль. Ты странный… Истинный. Не даешь Клятвы и не связываешь ими. Хотя мог быть. Но я вижу: Странник смотрит на тебя. И дороги идут за тобой. Это не пыль…
Она вдруг дотронулась до моего плеча:
— Я хотела бы… узнать тебя лучше.
Это была не просьба, а откровенное сожаление о том, что наши пути расходятся. Странно — мы были совсем разными, принадлежали к иным Народам, но неожиданно ощутили взаимную симпатию. Так бывает. Возможно, с ее стороны что-то большее, но об этом не стоило даже и думать. Я просто хотел хоть немного отплатить ей за подаренное золото.
— Может, еще встретимся, — сказал я, ничего не имея в виду.
Найра улыбнулась — на этот раз по-настоящему, не только мысленно.
— Дочь Каравана запомнит твои слова.
Сборы были недолгими. Через несколько часов и они, и мы прошли сквозь Лазурное Око и наконец оказались в великом Круге Эль-Заов.
Глава 20
За Лазурным Оком было светло.
После космической тьмы черных регионов, где единственные источники освещения — Небесный Трон и гало далеких Кругов, настоящий свет непривычно резал зрение. Гул импеллеров упал на тон, перестав царапать ухо, — нормальная плотность воздуха, настоящее небо! Пусть даже сумрачная пелена приграничья с высокой рябью облаков — датчики показывали, что влажность, давление и содержание кислорода в порядке, тут уже можно было дышать!
А на горизонте…
— Твою ж! — выдохнул в десантном отсеке Толя Грохот, а Фьюри широко улыбнулась, будто лично посадила и вырастила это Древо.
Да, Игг-Древо, но таких мы еще не видели. Таэлан — тонкая сапфировая свеча, чье голубое сияние разливалось впереди, окрашивая горизонт лазурью и индиго. Игг выглядел изящным узорчатым силуэтом, но уходил в высоту как минимум на десять километров — не молодой и не старый, статный сапфировый красавец Таэлан.
Он был ближайшим, но далеко не единственным.
За ним, чуть правее и намного дальше, поднималось нечто иное. Невероятно огромное. Туманные, тонущие в рефракционной дымке очертания гиганта, видимого даже с расстояния в десятки тысяч километров — как далекая планета, как восходящая луна. Сапфировое сияние, но ярче, древнее, могущественнее. Эль-Заов. Великое Древо, давшее имя всему Кругу.
Я видел Элтанир — золотое Древо в нашем Круге. Оно казалось чудом света, пределом возможного. Но Эль-Заов был втрое, вчетверо выше, больше, раскидистее. Как это вообще возможно⁈ Настоящий монстр — скорее небесное тело, чем растение. Незыблемый, как мир. Крона этого древесного исполина раскинулась на сотни, если не тысячи километров, укрывая под своим свечением целую вселенную.
И он был не один.
Я насчитал семь… нет, девять отчетливых искр, разбросанных по горизонту. Разные световые ореолы — золотые, изумрудные, рубиновые, серебряные. Каждая — отдельное Древо. И это только то, что было видно невооруженным глазом — всего же Круг Заов содержал более пятнадцати Игг-Древ.
Фантастическая панорама! Для местных жителей, родившихся под сенью этих небесных кущ, прорастающие в стратосферу светящиеся Древа, наверное, были обыденностью — как когда-то для землян Солнце и Луна. Но для тех, кто впервые все это видел… Я представил колониста, упавшего в этот Круг, его изумление, и на губах сама собой появилась улыбка. Раз уж нас, относительно бывалых, пробрало до мозга костей…
Да, после этого инопланетного, волшебного пейзажа наш скромный Элтанир с его четырьмя младшими братьями и правда казался провинцией. Сейчас перед нами лежал великий сапфировый Круг.
Столица октагона.
Разведчики Каравана (Найра, если быть точным) заранее проверили — выход из Ока безопасен, хотя некоторое время назад оттуда лезли Черви. На обратной стороне Стрелы посреди серых каменистых пустошей до сезона Дикой Охоты располагался лагерь с еще одним аванпостом Проводников, но ныне он был опустошен и разрушен. Окрестности несли следы ожесточенного сражения с Червями, в котором инсектоиды оказались сильнее. Но ненадолго — игг-свечение далекого Древа вынудило их спрятаться или отступить. Историю этой войны мы не знали — главное, что сейчас сканирование не находило поблизости ничего опасного.
Великий Караван — смешно, два десятка людей, единственная рунная повозка, — выстраивался за Оком. Вспыхнул овал Портала — караванщики не собирались пересекать опасные пустоши своим ходом. Маленькая фигурка, вскочив на повозку, махнула нам рукой, и я сделал прощальный вираж над ними, покачав крыльями.
Древний летный жест — «вижу вас, счастливого пути».
Может, и встретимся — Караван возвращался в Старый Заов, под его Корни. А нас ждал иной маршрут. Фьюри уже деловито прокладывала курс — здесь ей было все хорошо знакомо. Заов для моей напарницы — родной Круг, как для меня Элтанир, хотя, глядя на невероятные очертания на горизонте, я понимал, что даже сравнивать их нелепо. Элтанир — крупный Круг, но Эль-Заов — конгломерат сросшихся световых областей, территория площадью с Землю…
— Готово, сэр. Примерно тридцать часов полета.
Я взглянул на карту…
Эль-Заов не являлся Кругом в привычном смысле. Формой он скорее напоминал распухший овал, вытянутый с севера на юг и изрезанный заливами «тьмы» и мысами «света». Картографическая информация тоже была фрагментарна, множество лакун и белых пятен, но частично просматривалась древняя структура октагона, на который наложились сросшиеся световые области Кругов.
Похоже, что октагоны — вовсе не правильные восьмиугольники. У них четыре очень длинных «диагональных» грани и четыре коротких, а в промежутках между короткими, будто вставки мозаичного пола, располагаются неопознанные квадратные структуры — уж не те ли самые легендарные Башни? Правильными восьмиугольниками сферу не замостишь, и, несмотря на разницу размеров раз в сто, получалось, что Башни — все равно колоссальны по размеру. Что же там внутри? Древняя инфраструктура Единства?