Роман Прокофьев – Колония Альфа (страница 2)
— Почему я… связан? — я попытался дернуться, но плотные захваты, державшие запястья, щиколотки, талию и шею позволили лишь чуть-чуть шевельнуться. — Я прибыл сюда как представитель независимого фригольда… Требую немедленно освободить меня!
— Пока — нет, — отказ прозвучал без малейшего колебания. В глазах Рашидова не было жестокости или злорадства — лишь спокойная уверенность. Мне она категорически не понравилась — похоже, этот тип не сомневался в своей правоте, а под этим соусом можно творить все что угодно…
— Почему?
— Есть несколько причин, Сигурд. Основная — мы не закончили твою проверку и идентификацию. Сам ведь знаешь, что ты необычный… колонист, — Рашидов вновь позволил себе улыбнуться, будто пытаясь меня подбодрить в духе «диагноз плохой, но не смертельный». — В тебе есть несколько странностей, которые смущают наших специалистов. Даже, можно сказать, обескураживают. И чем быстрее мы с ними разберемся, тем раньше сможем вернуть тебе свободу. Надеюсь, ты готов нам помочь?
— О чем вы говорите?
— Сигурд, — он сделал паузу, пристально глядя на меня. — Пойми, я тебе — не враг. Скорее, наоборот, мы с тобой ближе, чем ты думаешь. Но я, как и любой здесь, не имею права рисковать безопасностью Колонии. Поэтому давай ты не будешь играть в игры и строить из себя… того, кем ты не являешься. Чем честнее ты будешь, тем быстрее мы закончим с этой… ситуацией.
Я тяжело вздохнул. Значит, опять в роли подозреваемого. Кого теперь во мне пытаются выявить — кел-шпиона, который хочет добраться до Истока? А сам-то Рашидов — не из таких? Судя по отрывочным данным, что постепенно всплывали в памяти, меня уже тщательно просканировали и, кажется, выявили наличие ложного стигмата и когитора… Скай? Кстати, где Скай?
Скай, к счастью, функционировала. Ее иконка появилась в поле зрения, строгая, сосредоточенная. Когитор отдала короткий салют:
Что-то пискнуло. Ровное гудение медицинских приборов изменилось, Рашидов на мгновение скользнул взглядом куда-то вправо — вероятно, на невидимые датчики моей активности — и вернулся ко мне. Выражение лица координатора не изменилось, но зрачки чуть сузились.
— Наш мониторинг показывает, что ты активировал нейрокогитор, — мягко сказал он. — Сигурд, огромная просьба — давай обойдемся без глупостей. Во-первых, это бессмысленно, наши сети хорошо защищены, а во-вторых, не хотелось бы использовать медикаментозные средства или направленные азур-воздействия, чтобы заблокировать ее матрицу. Зачем портить отношения? Давай просто поговорим.
— Хорошо, давай просто поговорим, — согласился я, неприятно удивленный его осведомленностью. — Что именно вы хотите знать?
— Начнем с самого начала, — произнес Рашидов, довольно кивнув. — Расскажи, пожалуйста, где, когда и как ты высадился в Единстве и что знаешь о себе. Это крайне важно…
Его интересовала не цель моего прибытия в Альфу. Не моя миссия. Не разборки в Либерти. А мое прошлое и тайная начинка. Это было тем, чего я сам ждал и жаждал, одной из причин для посещения Альфы, но, черт побери, я не собирался исповедоваться копии Хитрейшего! Это уже напоминало некий фарс — ведь тот и так все обо мне знал, подстроив крушение капсулы, находку Игг-Семени, вселение Белого Дьявола…
— Так важно, что меня допрашивает сам координатор?
— Да, — спокойно подтвердил Рашидов. — Именно так. Мы должны понять, что ты такое. Что скрывается в твоей аниме и чьи приказы выполняет твой когитор. Нам нужно убедиться, что ты — не… марионетка, запрограммированная на выполнение чужой воли.
— Тогда я требую другого координатора, — прервал его я. — Аврору Мартинс! Послание главам фригольда было от нее, мой ответ предназначен ей, и разговаривать я буду только с ней!
— Причина? — приподнял бровь Олег Рашидов.
— Объясню ей.
— Видишь ли, Сигурд, Аврора — наш научный руководитель. Она находится… в другом месте и не занимается вопросами такого плана. Я, конечно, ими тоже не занимаюсь, но… — он коротко, почти незаметно вздохнул. — Твой случай — это больше моя компетенция. Поверь, рассказать лучше — мне, я хорошо знаю структуру «Космо» и… других проектов. Что скажешь?
Он не сводил с меня глаз, будто пытаясь увидеть какой-то знак.
— Нет, — сказал я.
— Ты мне не доверяешь?
— Да.
Рашидов помолчал. Не удивился, не обиделся — он как будто ждал подобной реакции. Голограмма координатора, заложив руки за спину, отступила на шаг, и этом жесте, осанке, мимике вновь мелькнул тот, что изображал нищего в золотых статуях Вечности. Но было в нем и нечто иное — свое, земное, совершенно отличное. На Земле было запрещено клонирование, но я знал, что два одинаковых эмбриона развиваются в две разных индивидуальности — решает не генетика или слепок личности, а условия среды. Но я не верил в совпадения.
— Могу я все-таки узнать почему? — спросил он.
— Можешь. Я знаю, кто ты на самом деле.
Это был рискованный удар наугад, но что я терял? Они и так выяснили обо мне очень многое, если не все. Врать не имеет смысла, молчание — хуже, чем полуправда. Хитрейший явно хотел, чтобы я попал в Альфу и передал послание Хранителей всем землянам. И Тысяча Братьев хотела того же, и Орден Истинных! Если Рашидов действительно связан с ним, он не должен препятствовать моей миссии. А если нет… вот и посмотрим на его реакцию.
— Воу-воу, — улыбнулся координатор. — А кто ты — знаешь?
Я счел за лучшее промолчать, потому что удар был безошибочно нанесен в больное место.
— То-то и оно, — поднял палец Рашидов. — Собственно, есть несколько гипотез… Анимафикация у тебя еще в самом разгаре, глубинные нейронные пломбы не сняты, так что фрагментарные воспоминания я допускаю, а вот цельную картину — нет. Смотри: у тебя два варианта. Первый — мы идем по стандартному сценарию. С тобой работает наша служба безопасности согласно протоколам для… подобных случаев. Это может быть долго и очень неприятно, но они все равно выяснят все интересующие нас детали. И второй — мы с тобой находим общий язык и решаем все максимально быстро и безболезненно. Это проще и быстрее… В любом случае — твое дело под моим особым контролем, и решать, что делать с тобой — и твоими людьми, — буду именно я.
— Пусть будет служба безопасности, — без колебаний ответил я. — И Аврора Мартинс.
Мне было очень интересно, знает ли вообще руководство и безопасность Альфы, что у них тут — здоровенная такая крыса с лицом и повадками Хранителя Небесного Трона. Как там называли кел таких шпионов — фактотумы Вечности? А если я ошибаюсь и этот координатор чист, как слеза младенца, то он поймет обоснованность моих подозрений. Доверять тайны Тысячи и Ордена Истинных тому, кто пытается управлять игрой, — ни в коем случае нельзя!
— А откуда, собственно, ты вообще знаешь о существовании Авроры и послании к главам фригольда? — задумчиво спросил координатор. — Вообще-то, это секретная информация. Что еще тебе известно о наших проектах?
— Об этом я тоже расскажу лично ей.
Голограмма Рашидова вздохнула — как будто с искреннем сожалением.
— Зная тебя, прекрасно понимаю, что уговоры бесполезны, — сказал он. — Ладно, хорошо. Помни — ты сам выбрал первый вариант. Еще увидимся, Сигурд.
Изображение погасло, я вновь остался в одиночестве. Подергался, пытаясь освободиться, — бесполезно. Идеально белое помещение, бесшовные стены и потолок — явно металлокерамический композит, тихое гудение приборов, едва ощутимая вибрация — где-то за стенами работали механизмы. Скай заботливо подсветила скрытые ниши — и ту, в которую уехал роботизированный агрегат с А-монитором, и те, что скрывали крохотные диафрагмы камер, и еще одну, с выдвижным цилиндром автотурели. Контрабордажный «Трезубец», значит, я не в обычном медкоме, а в специальном боксе для буйнопомешанных… Ну да, глупо было бы рассчитывать на иное.
Скай:
Скай:
Скай: