Роман Прокофьев – Колония Альфа (страница 4)
От лежака так и не отстегнули, опять ввели что-то внутривенно, и я снова отрубился. Чтобы очнуться в гипнотическом, расслоившемся на полупрозрачные слои мире. Передо мной сияла чужая Скрижаль, вспыхивали чужие Руны, в разум ввинчивался чужой разум — у Альфы, помимо земных технологий, нашелся мощный ментал, который хотел переворошить мой разум.
Это было пострашнее сыворотки правды.Мне снова задавали вопросы — методично, безжалостно, возвращаясь к одним и тем же темам снова и снова, подходя с разных сторон, пытаясь нащупать брешь.
— … был активирован когитор?
— … Руны?
— … контакты с Вечностью?
— … знаком этот символ?
Три линии, складывающиеся в странную трехлучевую звезду. Я как будто где-то его видел, но где… Ах, да, у меня есть такой Предмет, Звезда Искателя…
Пустота. Глухая, как абсолютная стена. Я ощущал лишь давление — как будто кто-то пытался вскрыть мой череп монтировкой. И голоса — где-то вдалеке, в тумане…
Ничего у них не вышло. Я уже проходил подобную процедуру, несколько раз, с куда более сильными и опытными Восходящими, и потому, даже с заблокированными способностями, Альфа ничего не смогла узнать — сверх того, что я сам пожелал им дать.
На следующий день допросов не было.
Фиксаторы тоже оказались сняты, и я наконец смог со стоном пошевелиться. Но радоваться не стоило — меня будто пропустили через мясорубку. Голова раскалывалась, во рту стоял кислый привкус, а при попытке встать мир качнулся и поехал куда-то в сторону.
Через некоторое время я все-таки сел, а потом кое-как сполз с лежака. И только тогда заметил гладкие матовые браслеты на обоих запястьях. Как будто из пластали, плотно пригнанные к телу, с мигающим зеленым индикатором. И еще один, тонкий, но вполне ощутимый — на шее. Я попробовал подцепить его кончиками пальцев — бесполезно, сидел как влитой. Двигаться они не мешали, но…
Кандалы и ошейник?
Я не ошибся. Скай доложила, что эти устройства — единый модуль А-супрессора с функцией подавления Скрижали. Грубо говоря — земной аналог иллиумовых оков, блокирующих способности Восходящих. Но это были не все подарки Альфы. У меня зверски болело основание шеи, и спустя мгновение когитор доложила почему.
Скай:
Не сдержавшись, я хрипло выругался. Выходит, слова мамы Розы были правдой — «не все, мучачо, хотят носить импланты, которые отрывают голову». Вот ублюдки — ничего получше не придумали?
Значит, блокирующий ошейник и бомба в позвоночнике. Иллюзия свободы и ясный сигнал: «не дергайся, мы владеем твоей жизнью». Интересно, от этой штуки можно избавиться с помощью инкарнации? Но если и можно — что, если таких же жуков поставили всей моей команде?
Колония Альфа. Цивилизованные земляне. Проект «Космо». Надежда человечества…
Я наконец встал. Ноги держали, хотя колени подрагивали, а голову и шею при резких движениях простреливала боль. С-суки! Нашел сбоку санитарный блок — маленький очиститель с водяным душем — и минут двадцать стоял под горячей водой, упершись лбом в стену и дожидаясь, пока перестанут дрожать руки. Когда вышел, на кровати лежал серый комбинезон с нашивкой «Колония Альфа», а рядом — поднос с дымящейся едой.
Надо же, какие заботливые. Горячий бульон из сублимата с кусочками овощей, паста со вкусом и запахом лосося, сладкий батончик — вся пища была изготовлена в пищевых синтезаторах, но отказываться я не стал — организму срочно требовалась энергия и глюкоза. Было очевидно, что мне изменили режим содержания — видимо, фаза активных допросов подошла к концу. Печати Тайны выдержали — хоть я сейчас и не помнил, что вообще скрывал под ними. Странное, даже страшное ощущение — знать, что там было нечто невероятно важное, мучительно пытаться вспомнить, что именно, — и натыкаться на пустоту… Что, если я не смогу вернуть память и все потеряно? Скай успокоила: Печати надежны, она была готова восстановить утраченное по условному триггеру — при встрече с Авророй Мартинс.
Не нужно быть гением, чтобы предположить — очень скоро кто-нибудь войдет в дверь, чтобы сделать предложение, от которого я не смогу отказаться. Вопрос только, опять Рашидов или кто-то другой? Сама Аврора Мартинс, например? Или еще один координатор?
В любом случае они узнали достаточно, чтобы понять — стандартными средствами информацию не получить. Да и нестандартными тоже. Хоть после допросов мозги шевелились неохотно, было ясно, что я им нужен живой и сговорчивый. А я знал достаточно, чтобы понять — нужно выбираться и вытаскивать ребят из этой клетки…
Мне как будто дали пару часов восстановить силы. А затем автодверь бокса беззвучно отъехала в сторону, и в проем появилась знакомая фигура в черном комбинезоне. На этот раз — не голограмма, самый настоящий Олег Рашидов вошел в мой изолятор и остановился в паре шагов от меня. Надо же…
— Привет, Сигурд, — улыбнулся он. — Это снова я, как обещал.
— Не могу сказать, что рад видеть, — буркнул я с откровенной неприязнью.
— А зря. У меня для тебя новости.
— Насчет бомбы в голове? — я потер едва заметный бугорок на шее. — Не кажется ли вам, сэр, что это не слишком располагает к радости?
— Знаешь, ты крепкий орешек, — сказал Рашидов задумчиво. — Впрочем, это неудивительно, учитывая твою биографию. Наши специалисты впечатлены, а доктор Рихтер сказала о твоей триггерной системе — цитирую — «кто бы это ни сделал, он оперирует на уровне синаптических кластеров на два поколения впереди нас».
— Могу и вас научить, — зло усмехнулся я. — После встречи с Авророй Мартинс.
— Да, мы уже поняли, что ты способен реиндексировать энграммы с помощью блокады гиппокампа. Красиво, но… — он сокрушенно покачал головой. — Что, если Аврора не сможет с тобой встретиться? Что, если ее просто здесь нет? Что, если она вообще… мертва?
— Но она здесь, — спокойно ответил я. — И не мертва, иначе вы, сэр, не стояли бы здесь.
— Ты, вероятно, самый опасный объект, что попадал в Альфу за всю историю, — нехорошо прищурился Рашидов. — Кондор, правда, полагает, что на первом месте — тот парень с червяком в Скрижали, но я бы с ним поспорил. Анима с онтоприоном, кел-маркеры, непробиваемые нейропломбы, когитор, не подчиняющийся нашим протоколам… И ты удивлен мерами предосторожности?
Он помолчал, давая мне время переварить, но я тоже молчал — ждал, что будет дальше.
— В общем, мы провели срочное совещание насчет тебя. Есть мнение, что нужно продолжить работу более жесткими методами. Я его не разделяю.
— Сэр, давайте обойдемся без прелюдий, — сказал я. — Что насчет Авроры Мартинс? Я буду говорить только с ней. Неужели это сложно устроить?
— Знаешь, твоя настойчивость со стороны выглядит очень подозрительно. Как желание подобраться к Авроре и совершить что-нибудь… необдуманное. Последствия ведь могут быть необратимы. Для тебя и твоих людей.
Пауза. Координатор смотрел на меня с жестким выражением, которое можно было истолковать как предупреждение. Чертовски знакомый прищур, принадлежащий то ли врагу, то ли союзнику, то ли кому-то, кого я еще толком не знал.
— Я не собираюсь причинять ей вред.
— Ты и не сможешь, — криво усмехнулся Рашидов. — Там, где сейчас находится Аврора Мартинс, ей вряд ли что-то может навредить.
— И… где же она?
— Идем, — сказал координатор. — Сам посмотришь.
Глава 2
Коридор за автодверью бокса оказался стандартным модульным переходом — такими связывали «Домусы» и другие земные конструкции. Очень знакомый интерьер, уютная цветовая гамма, металлокерамический композит, панели освещения — словно вернулся в родной фригольд.
И двое конвоиров за спиной — в черных «Змеях», с импульсными «Стрелами» наизготовку, забрала тактических шлемов закрыты. Серебряная литера «Альфа» на нагрудниках и шевронах, но первые же их движения выдали боевых синтетиков. Майлзы? Шиноби?
А чуть впереди — Рашидов.
— Вопрос, — сказал я ему в спину. — Мои люди тоже здесь?
А вдруг?
— Давай договоримся так, Сигурд, — он чуть сбавил шаг, оказавшись рядом. — Я отвечаю — и ты отвечаешь. Один вопрос твой, один мой. Это будет честно. Я начну первый: твои люди в другом месте, в секции с ослабленным режимом. Этот блок — изолированный, особый, для изучения аномальных субъектов.
— Значит, по-вашему, я — аномалия?
— Это уже второй вопрос. Теперь моя очередь. Ты сказал, что знаешь, кто я, и поэтому не доверяешь. Так кто же я, по-твоему?
Это был очень важный вопрос, который мог потенциально определить мою судьбу — если Рашидов все-таки окажется агентом или двойником Хитрейшего. Конечно, я не собирался раскрывать козырей до разговора с Авророй, поэтому лишь усмехнулся в ответ:
— Я уже видел ваше лицо.
— Вот как? — тон был ровным, но левая рука координатора, свободно висящая вдоль тела, на мгновение сжалась в кулак. — На Земле? Или…
— Это уже второй вопрос.
Первые двести метров — ничего примечательного. Похоже на охраняемый медком: одинаковые коридоры, автодвери с электронными номерами, индикаторы и следящие камеры на каждом повороте. Пост охраны у шлюза с тяжелыми гермостворками — на этот раз люди, трое в таких же «Змеях» и старший, тип в альфа-кидо, чей колючий взгляд мне очень не понравился. Натасканный цербер. Явно Восходящий — я такие вещи чувствовал уже на уровне подсознания, даже с заглушенным восприятием, — и, скорее всего, местного разлива, из «аврор». Экипировка, конечно, крутая — неизвестная, но явно новейшая модификация «Ахиллеса», лучшей на Земле пехотной кибернетической брони. Нам во фригольде о таком снаряжении оставалось только мечтать.