Роман Подольный – По образу и подобию (страница 38)

Как в биологии есть специальный раздел, посвященный микроскопическим существам, так и в экономике выделяют «микроэкономику», объекты которой ничтожно малы в масштабах государства — производственный участок, цех. Но есть и еще более мелкие «подразделения» — рабочий у станка, например. Почти у каждой отрасли науки есть своя основная единица измерения, вот как атом у физики и химии.

Что признать «атомом» экономики производства, из каких кирпичиков строить грандиозное здание информации о ее процессах?

В Московской лаборатории экономико-математических методов Академии наук СССР (теперь институте) пришли к выводу, что в большом количестве случаев для этого годится рабочий чертеж детали.

Совокупность деталей — машина — своего рода молекула; совокупность машин — продукция предприятия; если продолжать сравнения из физики, то, пожалуй, это уже целое физическое тело, камень, что ли. Камень к камню — пирамида — сумма продукции целой отрасли промышленности.

Рабочий чертеж детали годится как основа информации для машиностроительной промышленности, в других отраслях находятся другие атомы — что ж, ведь и у физики они не одинаковы.

Атом уже несет все признаки химического элемента — атомный вес, валентность и прочее. В рабочем чертеже детали заключены необходимые сведения о материале, который пойдет на нее, о времени обработки, квалификации рабочего, о типах станков, необходимых для выпуска детали, и даже об энергии, потребной для ее изготовления. Словом, рабочий чертеж вполне оправдывает имя модели.

Есть способы получить все эти данные с чертежа и использовать их. Но чертежей миллионы, и тут не справиться сотням тысяч людей. Место машинам! Однако нам нужны не просто вычислительные устройства, а читающие машины. И они интенсивно создаются во всем мире. Те, что уже построены, читают машинописный текст и крупный разборчивый почерк.

Так вот, если подытожить данные по всем деталям, которые цех должен выпустить за какой-то срок, получится весьма полная характеристика необходимой мощности и энерговооруженности плюс сведения о типах станков и количестве рабочих, о потребности в материально-техническом снабжении. И пойдут складываться атомы разных элементов в молекулы, камни, блоки, пока не образуют грандиозную пирамиду годового плана отрасли промышленности — хотя бы отрасли, если не шире.

Вам никогда не приходилось видеть заводской техпромфинплан? Это книга тяжеловеснее даже собственного названия, громоздкая и трудно читаемая. Легко сказать — в среднем в такую книгу включают 15–20 тысяч показателей работы завода. Но то — в среднем. А бывает, что их число доходит и до 60 тысяч. Представьте, как трудно разобраться в таком плане даже знающему специалисту. А уж что касается составления техпромфинплана… Оно занимает месяцы труда у большой части заводской интеллигенции — от бухгалтеров до главного инженера.

И при всем том получается часто как-то так, что среди десятков тысяч показателей не только есть ненужные для организации производства, но и не хватает совершенно необходимых.

Экономическая модель (а техпромфинплан тоже такая модель) оказывается не точно отражающей свой прототип, ее трудно использовать. Между тем есть способы сохранить в плане только самые необходимые характеристики задач завода и условий их выполнения. Такие, чтобы из них уже можно было вывести все остальные показатели — точно так же, как три десятка букв азбуки годятся для «изготовления» тысяч слов.

Экономисты новой формации, социальные инженеры, пришли к выводу, что толстую книгу следует заменить максимум 4–6 таблицами, в которых может быть — во всех вместе — не больше 600–1000 цифр. Одним из первых планов нового типа стал техпромфинплан Онежского тракторного завода. Главная часть его просто-напросто огромная таблица, очень похожая на таблицу шахматного турнира. Правда, турниры с таким большим числом участников редки — граф десятки. На их скрещениях — не результаты встреч каждой пары соперников, а цифры, отражающие шаги деталей на пути к главному конвейеру, где собирается трактор. «В этой скупой, строгой таблице, словно стянувшей сеткой линий готовые разбежаться цифры, есть высокая поэзия победы». Эта фраза не зря взята в кавычки. Я позволил себе процитировать свою же статью 1961 года. Статья была опубликована под рубрикой «Репортаж о новой области науки».

Теперь эту область так уже не назовешь. Но техпромфинплан Онежского тракторного — одна из первых ласточек, делающих весну, — останется в истории. Хотя с тех пор такие же планы стали составляться и испытываться на десятках и сотнях предприятий в Белоруссии, Литве, Татарии, во многих районах нашей большой страны.

В техпромфинпланах старого типа с трудом разбираются директора заводов и опытные плановики. План-таблицу можно сделать понятной любому рабочему. И не только рабочему, но и вычислительной машине. Вот пример. На Краснопресненском комбинате железобетонных изделий каждый месяц рассчитывали себестоимость изделий. Уходило на это две недели. А находили в результате сугубо среднюю цифру — себестоимость в расчете на условный кубометр. А ведь изделия-то выпускаются 60 разновидностей! Теперь по каждому из них себестоимость становится известна после 4–5 часов работы вычислительной машины.

Планы-таблицы несравненно легче пересчитывать в случае каких-нибудь изменений, они удобнее, проще, точнее. А главное — с ними легче находить оптимальные варианты организации производства.

А что это такое?

Если вы когда-нибудь решали шахматные задачи, то знаете, как легко решить задачу на мат в два хода, сделав три хода вместо двух. Но условия не допускают этого. За решение принимается лишь кратчайший путь к цели. Все остальные бракуются. Вот правильное решение и есть здесь оптимальный вариант. Не думайте, что в экономике это такой уж частый гость.

Мы бросили старым методам планирования обвинение в том, что они засаживают слишком много людей за конторские столики. Второе заслуженное обвинение гласит, что ошибка в составленных по старинке планах достигает 10–20 процентов. От одной десятой до одной пятой средств при строительстве или снабжении тратится зря только потому, что очень трудно найти ошибку. Ну, а если этот труд берет на себя вычислительная техника — конечно, при правильно составленной математической модели? В Новосибирске под руководством члена-корреспондента Академии наук СССР А. Г. Аганбегяна работает лаборатория экономико-математических исследований Института экономики и организации промышленного производства. Ей было поручено определить, как наиболее выгодно загружать оборудование на Новосибирском домостроительном комбинате. Результат — повышение производительности комбината на 13 процентов. Изменение раскроя стекла для Омского домостроительного комбината сократило расход этого материала на 22 процента.

А ведь предприятие — только одна из ступеней, на которых достижим многомиллионный выигрыш. Мы поднялись от рабочего чертежа к плану предприятия. Что выше? Модели предприятий объединяются в модели территориально-производственных групп. Здесь объединяются, противостоят друг другу доходы и расходы, потребности и ресурсы. Здесь, в модели, достигается равновесие между ними, которое должно и может быть перенесено в действительность. Да и переносится. Но таких «состояний равновесия» может быть несколько. Ведь и в равной шахматной позиции почти всегда у каждой стороны есть в запасе несколько как будто неплохих ходов. Но как проигрывает — в буквальном смысле слова — неплохой ход рядом с лучшим! И план должен быть выбран в оптимальном варианте.

Правильное размещение в Алтайском крае предприятий мясной и молочной промышленности позволяет сэкономить по сравнению с предварительными, научно не обоснованными прикидками 19 процентов средств.

Модели отраслей в масштабе страны дают еще больший эффект. Определение оптимальных путей использования пластмасс в промышленности должно в ближайшие годы принести более миллиарда рублей экономии.

Модели отраслей и районов сливаются в модель производства страны в целом. Но и это только часть общей модели народного хозяйства. Нужны еще модели личного и общественного потребления, нужны модель внешних экономических связей и модель финансирования…

Но все эти модели крайне тесно связаны друг с другом, что еще больше затрудняет их расчет. Именно моделирование, как метод, включающий в себя упрощение расчетов, позволяет справляться с трудностями.

Надо сказать, что решения сентябрьского Пленума ЦК КПСС были приняты с учетом рекомендаций экономистов-кибернетиков. Большая самостоятельность «молекул» экономики — предприятий, уменьшение числа пунктов плана, устанавливающихся сверху, многие другие детали перестройки управления промышленностью — свидетельство внимания, с которым принимают рекомендации науки наши партия и правительство.

И в заключение рассказа о моделях в экономике… Я не знаю, хорошо ли вы помните замечательный роман Даниэля Дефо «Приключения Робинзона Крузо». Но не могу поручиться, что у вас в памяти, кроме самого Робинзона и Пятницы, сохранилось хотя бы смутное представление о перечнях, насыщающих его страницы. Аккуратно и точно сообщает герой романа, что, где и в каком количестве находилось на его корабле, его острове и в его пещере. Посеяв ячмень и рис, он точно высчитывает, какой может получить урожай, какую его часть должен оставить про запас и для посева. Даже на горе и радость он аккуратно «словно кредитор и должник» (так говорит сам Робинзон) составляет баланс, занося в левую его графу «зло», а в правую — «добро». Эти перечни и балансы у многих бывает сильное искушение миновать при чтении; иногда за них называли «Приключения Робинзона Крузо» «торгашеским романом».