Роман Никитин – Август на улице Виноградной (страница 1)
Роман Никитин
Август на улице Виноградной
Август на улице Виноградной
Глава 1
Город пахнет абрикосами
Автобус остановился так резко, что несколько человек впереди недовольно зашумели, а чей-то пакет с персиками упал в проход и раскатился по пыльному полу. Водитель, не оборачиваясь, открыл дверь и устало бросил:
— Конечная.
Варя не двигалась ещё несколько секунд.
За окном дрожал от жары знакомый город.
Тот самый.
И одновременно совсем чужой.
Она смотрела на старый автовокзал — низкое выцветшее здание с трещинами на фасаде, на киоск с водой, на облупленную вывеску «МОРОЖЕНОЕ», которая, кажется, висела здесь всю её жизнь. Даже голуби были те же — ленивые, нахальные, ходившие между ног людей так, будто им принадлежал весь город.
Только сама Варя больше ему не принадлежала.
Она медленно поднялась, сняла с верхней полки сумку и вышла наружу.
Жаркий воздух сразу обнял её — густой, солнечный, пахнущий пылью, раскалённым асфальтом и сладкими абрикосами. Где-то совсем рядом кто-то продавал фрукты, и этот запах ударил в память так неожиданно, что Варя на секунду закрыла глаза.
Август.
В детстве ей казалось, что август пахнет именно так.
Не морем. Не солнцем.
Абрикосами и горячим камнем.
Она поправила ремень сумки на плече и медленно пошла вниз по улице от вокзала, отказавшись от такси ещё в автобусе. Ей хотелось пройти этот путь пешком. Будто если увидеть всё постепенно, город не обрушится на неё сразу всеми воспоминаниями.
Над дорогой плавился воздух. Листья платанов едва шевелились от редкого ветра. На балконах сушилось бельё — белые простыни лениво качались в раскалённом свете. Из открытых окон доносились звуки посуды, телевизоров, чьих-то разговоров.
Город жил своей обычной августовской жизнью.
И от этого становилось странно.
Пять лет назад Варе казалось, что она уезжает навсегда.
Тогда всё было проще:
если тебе тесно — уезжай.
Если больно — начинай сначала.
Если страшно — делай вид, что нет.
Москва встретила её шумом, бесконечной работой, чужими людьми и квартирами, в которых никогда не пахло домом. Она научилась быстро отвечать на письма, не плакать после отказов, улыбаться клиентам даже в те дни, когда хотелось выключить телефон и исчезнуть.
Научилась жить так, будто усталость — это нормальное состояние взрослого человека.
Последний год был особенно тяжёлым.
Слишком много работы.
Слишком мало сна.
Слишком мало самой себя.
А потом мама позвонила и сказала:
— Я одна не справлюсь с кофейней.
И Варя купила билет.
Она свернула на улицу Виноградную почти машинально.
Сердце вдруг забилось быстрее.
Ничего особенного в этой улице не было. Узкая, старая, с неровной брусчаткой и домами, построенными ещё до её рождения. Но именно здесь прошло почти всё её детство.
Варя замедлила шаг.
Слева всё ещё стоял магазин тканей с деревянной дверью, над которой выгорела синяя вывеска. Чуть дальше — аптека, где ей в детстве покупали сладкие витамины в форме рыбок. А на углу по-прежнему рос огромный старый абрикос.
Она даже улыбнулась.
Он был здесь всегда.
Варя помнила, как однажды Андрей Романов полез за абрикосами на самую верхнюю ветку и сорвался вниз прямо в пыль, разодрав колени. Тогда ему было пятнадцать, и он смеялся так громко, будто падение тоже было приключением.
Она резко остановилась.
Мысль пришла слишком внезапно.
Андрей.
Интересно, он вообще ещё здесь?
Последний раз они виделись на выпускном. Потом была какая-то переписка, редкие лайки, чужие фотографии в соцсетях — и постепенно жизнь развела их так далеко, что теперь воспоминание о нём ощущалось чем-то почти нереальным.
Но почему-то именно сейчас Варя вспомнила его голос.
И глаза.
Спокойные.
Слишком внимательные.
Она тряхнула головой, будто пытаясь вернуть себя обратно в настоящее, и пошла дальше.
Кофейня появилась неожиданно — за поворотом, как и всегда.
Маленькая.
Светлая.
С деревянными окнами и старой вывеской:
«Август».
У Вари перехватило дыхание.
Столько лет прошло, а она всё равно сразу почувствовала это место.
Даже закрытая, кофейня будто оставалась живой.
На ступеньках лежали сухие листья. В окнах отражался солнечный свет. Над дверью всё так же висели маленькие гирлянды, которые они с мамой когда-то выбирали перед летним фестивалем.
Варя медленно подошла ближе.
Провела пальцами по тёплому дереву двери.