Роман Некрасов – Записки практикующего юриста (страница 13)
Они с удовольствием бы расстреляли на месте представителя ГИБДД как врага народа. Пошли шуточки с предложениями пойти сотрудникам ГИБДД и налоговой в первый класс и научиться читать, а если одолели приступы дислексии – обратиться к соответствующему врачу. Были даже предположения, что сотрудники налоговой и ГИБДД подталкивают автомобиль Максима, тем самым добавляя ему 0,17 л. с.
Судьи апелляционной инстанции издевались над нашими оппонентами как могли, оторвались за всё. Всё бы окончилось мирно, если бы не одно «НО»! Представитель налоговой в очередной раз сослался на то, что раз «считает база», то так и должно быть. Председатель тройки резким движением руки запускает в представителя налоговой инспекции Налоговым и Гражданским процессуальным кодексами со словами: «Вот когда найдёте это в данных нормативно-правовых актах, тогда и будете заявлять! Диплом свой в печь отправьте и не позорьтесь!»
Суд апелляционной инстанции отменил решение нижестоящего суда, приняв новый судебный акт в пользу Максима.
Максим после заседания напомнил мне про один золотой принцип: «Побеждает тот, кто идёт до конца!». Приступ боевого хомячкизма был не зря.
Очередное дело, запомнившееся тупостью чиновников и нежеланием судьи вникать в суть дела. Тут вспоминается анекдот времён проектирования египетских пирамид: «В паспортном столе висит объявление: „Лёгким движением руки поменяем Ваши пол и возраст“. Подпись: паспортисты».
Прибор
Когда работаешь юристом, и кажется, что видел почти всё, судьба подкидывает такие задачки, что не перестаёшь удивляться. Вот например, что мы чувствуем, когда слышим словосочетание «защита прав потребителя»? Многим на ум приходят ассоциации с возвратом различных сотовых телефонов, компьютеров, автомобилей и тому подобной техники. Так казалось и мне до того дня, когда коллега рассказал мне о следующем казусе. Рассказ пойдёт с его слов так как я его запомнил.
В шаркон записалась на приём женщина. В описании её вопроса значилось, что она хотела бы вернуть деньги за некачественный товар, но весьма интимного свойства. Ей 65 лет, и потому консультировать её должна была непременно женщина. В данном случае читатель задаст вполне резонные вопросы: что же за товар такой и почему для консультирования требовалась именно женщина?
И в данном случае произошло то, описание чего можно встретить только в очень пошлых анекдотах, рассказываемых исключительно в мужском обществе. Ну или в женском, пока мужчины не слышат. Женщина купила прибор, который служит утешением именно тем женщинам, у которых давно не было мужчины, либо им нужна исключительно определённая часть тела при отсутствии иного мужского богатства: ума, красоты и обаяния. Зато не надо кормить, поить, тратиться на соблазнение, и прибор всегда готов к бою. Говорят, что иногда он даже помогает от женской депрессии, но я не проверял ни на одной из своих знакомых. Сей девайс предназначен для внутриполостного массажа, либо для наружного применения в определённой женской области. Знающие женщины меня поправят. Читатель уже догадался, что это за гаджет, но дабы не опошлять рассказ, будем называть его «прибор».
В силу особенности объекта сделки и просила сия несчастная дама, чтобы её консультировала женщина. Но мир циничен и жесток, а мир юристов – тем более. Коллектив, за исключением секретаря и сотрудников колл-центра, был исключительно мужским. Была, конечно, идея сделать из одного из наших юристов женщину, но он от экспресс-операции по смене пола почему-то отказался. Даже с целью помощи несчастной. Мы даже обещали ему после консультации всё пришить обратно и вернуть в первоначальное состояние, но он – ни в какую. Причём он сослался на то, что ещё молод и детей у него нет, а продолжения рода хочется. А резонные аргументы о возможной беременности и получения наследства Чарли Чаплина, который завещал около 1 000 000 USD1 тому мужчине, кто сможет выносить ребёнка, на него не действовали.
В итоге консультировать и почти спасать мир и поруганную некачественным товаром женскую честь пришлось мне. Надо было видеть лицо этой бедняги, когда к ней вышел здоровый красивый мужчина с предложением её проконсультировать. Она попыталась было сбежать, но волшебная команда: «Стой! Стрелять буду!» на неё подействовала магически, и она покорно вошла в комнату для переговоров. Смущаясь, краснея, как Наташа Ростова на первом балу, она начала свой рассказ. Поведала она весьма интересную историю.
Она овдовела лет как десять назад, любовника не было уже около года и все попытки его завести провалились, словно операция Паулюса по захвату Сталинграда. А тело требует любви и ласки. Хотелось снова почувствовать все прелести полноценной жизни. Сдавленная такими обстоятельствами, заказала она в одном из интернет-магазинов прибор. Поначалу всё было хорошо, как она утверждает, она даже была готова отказаться от поисков мужчин от слова «совсем». Ну а что: мужчина дома есть, есть не просит, всегда готов к бою и готов исполнить все указанные в инструкции капризы, что ещё для счастья надо?
Всё хорошо, да месяца через 2 стал прибор уж очень сильно греться. Как утверждает клиент, она поначалу не придала этому значение, но он стал жарить и парить так, что она почувствовала себя курицей на гриле. Только в духовку она не залезала, и гриль для её насаживания на всю глубину согласно всем правилам поварского искусства был маловат. Да и не входило в её планы становиться продуктом для жарки, а только лишь систематическое получение определённого удовольствия. При обращении в интернет-магазин о замене некачественного товара ей было указано на то, что она уж больно жаркая женщина, и прибор на такие нагрузки не рассчитан, особенно учитывая продолжительность сеансов (около 45 минут) и частоту применения (2—3 раза в день). Неутомимый потребитель, как оказалось. Сотрудники магазина предложили ей купить за свой счёт промышленный вибратор, которым обычно бетон уплотняют на стройке, и дело с концом. Вот именно, что с концом.
Такого поворота клиентка не ожидала и обратилась именно к нам за защитой поруганной чести, возврата денег за товар, взыскания компенсации морального вреда, так как на момент обращения к нам прибор удовольствия не доставлял около двух недель, а ведь хочется, да ещё как! Ещё она хотела компенсацию за аренду живого мужчины взыскать. Ведь не по своей воле она пошла по таким заведениям. Даже товарные чеки за посещение такого заведения у неё имелись. И надо было наказать интернет-магазин полностью.
Такая категория дел одна из самых элементарных. Способ доказать свою правоту проще некуда: подать исковое заявление в суд с ходатайством о назначении судебной товароведческой экспертизы. Что и было сделано. Вот только одна маленькая незадача: для того, чтобы экспертиза, собственно, состоялась необходимо предоставить объект исследования. Клиентка уезжала в отпуск, потому прибор оставила у нас в офисе.
Но беда приходит незаметно и откуда не ждали случилась: судья назначила слушание дела на самое утро. А суд располагался на другом конце города. Потому, дабы не тратить пару часов драгоценного сна на поездку в офис за прибором и уже оттуда в суд, я взял вечером прибор домой. Если бы я знал, чем это обернётся, то лучше бы оставил прибор в офисе.
Всё дело в том, что моя жена, женщина любопытная и любознательная, решила без моего спроса взять в моём портфеле ручку, так как надо было что-то записать, а ручки под рукой не было. Я же в это время был в душе. Открыла она портфель и увидела это: больше 30 см потенциального удовольствия в плотном прозрачном пластиковом пакете. Только почему-то в портфеле у мужа. Выходя из душа, наблюдаю я жену со скалкой в одной руке и прибором, взятым за основание, в другой, готовую меня отлайкать так, что от меня даже бы прибора не осталось, а в процессе проставки лайков – испытать прибор в действии на мне. Самыми цензурными идиоматическими выражениями были: извращенец, гей (только в иной форме), и обещания развода. Мне же осталось только бежать на кухню в поисках того, чем можно было прикрыться от гнева жены. Попалась под руку большая кастрюля, при каждом ударе издававшая такой звук, что любая колокольня позавидует.
Выдохшись от такой физкультуры, жена попыталась устроить мне допрос с пристрастием о том, как сей прибор появился в моём портфеле, как давно ей изменяю и болят ли у меня определённые места и насколько они разработаны уже, учитывая габариты прибора. Тут начал шуметь уже я: со словами: «Положи вещдок2 на место и не трогай!» двинулся, прикрываясь кастрюлей, на жену. С голыми руками идти не посмел, ибо кун-фу Брюса Ли – жалкие танцы пьяных бомжей по сравнению со степенью владения скалкой моей женой.
Жена, обалдев от такой наглости, решила всё-таки выслушать. Как только я показал ей фрагмент искового заявления, из которого следовала его суть без указания личных данных клиента, сделала вид, что поверила, но пообещала сходить в садовый магазин за секатором, который намеревалась применить если прибор не исчезнет из портфеля на следующий день. Интересно, зачем? Ведь ни дачи, ни сада у нас нет.
Во время завтрака жена снова продемонстрировала мне свою бескомпромиссную решимость в плане покупки секатора. Утро перестаёт быть томным и скучным.