Роман Некрасов – Возвращенец (страница 4)
Вот и все. Никаких пафосных слов. Никаких «папа». Но для меня это была целая симфония. Оратория. Нобелевская речь! В этих двух строчках было больше жизни, чем во всех моих прошлых годах, вместе взятых.
И я понял: с этим старым кирпичом, который вечно разряжается в самый неподходящий момент и который я в любой момент могу уронить в лужу или под колеса машины – так нельзя. Нет, ну серьезно. Представь: он напишет, а у меня аккум сдохнет. Или я в метро, не увижу. И он подумает, что я снова слинял. Что я проигнорировал. Этого допустить было нельзя. Ни за что.
Решение созрело мгновенно, как вспышка. Новый телефон. Прямо сейчас. Сегодня же.
Я схватил ключи и куртку и буквально вылетел на улицу. Воздух больше не был колючим и враждебным. Он был свежим. Обычным свежим вечерним воздухом, который пахнет свободой и возможностями. Я шел быстрым, пружинистым шагом, почти не замечая окружающих. В голове стучала одна-единственная мантра: «Быть на связи. Быть на связи. Быть на связи».
Торговый центр еще работал. Я влетел в первый же попавшийся салон связи, даже не глядя на вывеску. Внутри пахло новым пластиком и кофе из вендингового аппарата.
– Мужчина, вам что-то подсказать? – девушка-консультант с идеальным макияжем посмотрела на меня с легкой настороженностью. Я понимал ее – я, вероятно, выглядел как человек, который или только что ограбил банк, или только что выиграл джек-пот. Лицо все еще расплывалось в дурацкой улыбке.
– Телефон, – выпалил я. – Самый неубиваемый. С самым долгим аккумулятором. И… симка. Новая симка.
Она кивнула и показала на витрину. Я тыкал пальцем в первую попавшуюся модель, даже не вникая в характеристики. Какая разница? Главное – чтобы звонил. Принимал сообщения. Чтобы связь была нерушимой, как скала.
Пока она оформляла покупку, я вертел в руках новенькую сим-карту в пластиковом блистере. Крошечный кусочек пластика, который теперь будет моим самым главным сокровищем. Ключом. Мостом.
– Красивый номер, – девушка протянула мне чек. – Все восьмерки на конце.
Я поблагодарил, сунул покупки в карман и почти выбежал на улицу. Руки немного дрожали, когда я вскрывал упаковку телефона. Пахло… новизной. Новым началом. Я вставил сим-карту, зажегся экран. Полоска сигнала – полная. Да.
Первое, что я сделал – сохранил номер Миши. Просто «Миша». Без фамилии. Без скобочек «сын». Просто Миша. Самое важное имя в моей телефонной книге, которая состояла из трех контактов: «Женя», «Миша» и «Такси».
Потом я отправил ему свое первое сообщение с нового номера. Короткое. Незначительное. Чтобы не пугать.
Я посмотрел на экран. Сообщение доставлено. Я представил, как его телефон лежит где-то там, в его комнате, может быть, на столе рядом с недоделанными уроками… и подмигнул синим значком. Я есть. Я здесь. Я не исчезну.
Я шел домой, и мир играл для меня новыми красками. Рекламные щиты казались ярче, улыбки прохожих – добрее. Я зашел в круглосуточный магазин, купил бутылку какого-то непонятного импортного пива – не чтобы напиться, нет. Чтобы выпить за это новое, хрупкое, невероятное чувство надежды. За то, что моя жизнь, наконец-то, перестала быть черно-белым фильмом ужасов.
Дома я поставил телефон на зарядку, хотя батарея была полной. На всякий случай. Поставил его на тумбочку у изголовья кровати. Экран был повернут ко мне. Чтобы я, если что, мог сразу увидеть его свечение.
Лег, но сон не шел. Я просто лежал и смотрел на этот темный прямоугольник. Ждал. Не ответа – нет. Я просто ждал самого факта того, что завтра наступит новый день. И все это – не сон.
И тогда телефон провибрировал. Коротко, однократно. Один раз.
Сердце екнуло, предвкушая еще одно сообщение от Миши. Может, «спокойной ночи»? Или он что-то забыл сказать?
Я протянул руку, поднял телефон. Экран вспыхнул, слепя в темноте.
Незнакомый номер.
Сообщение было коротким. Всего одна строчка. Но от нее кровь в жилах превратилась в лед.
«Привет, Артем. Давно не виделись. Как семья?»
***
Одна вибрация. Одна короткая, деловая вибрация, какая бывает при смс. Не как при звонке – тот назойливый, разрывающий тишину гудок. Нет. Это было тихое, почти интеллигентное: «Тук. Есть сообщение. На, прочти».
И я прочел.
«Привет, Артем. Давно не виделись. Как семья?»
Мир не замер. Он не перевернулся. Он просто… схлопнулся. Сжался вот в этот яркий прямоугольник в моей ладони. В эти семь слов.
Семь. Смертельных. Слов.
В горле пересохло мгновенно – комок, шершавый и непроглотимый. Я попытался сглотнуть – не получилось. Рука, держащая телефон, стала вдруг чужой, тяжелой, свинцовой. Я будто держал не телефон, а кусок льда. Или раскаленный уголек. Непонятно. Просто жгло.
Кто… КТО? Кто это мог написать? Женя? Нет, ее номер сохранен, она бы так не стала. Ее подруга какая-нибудь? Бред. Коллега? Я десять лет не работал в нормальных коллективах, чтобы со мной так шутили.
Мозг, секунду назад плававший в розовых облаках, заработал с бешеной, животной скоростью. Просеивал всех, кого знал. Отбрасывал. Это был не их стиль. Не их почерк.
Остался только один вариант. Тот, кого я боялся увидеть в каждом окне, в каждой темной машине у подъезда. Тот, чье имя я десять лет старался не произносить даже мысленно.
Это была не догадка. Это было знание. Четкое, холодное, пришедшее из самого нутра. Из того самого места, где живет первобытный страх. Оно ударило под дых, выгнав из легких весь воздух. Весь тот сладкий воздух надежды, которым я дышал еще минуту назад.
Я вскочил с кровати. Ноги сами понесли меня по комнате. Из угла в угол. Короткие, резкие шаги. Как пойманный волк в клетке.
Сам не верил. «Давно не виделись». Это не про случайного незнакомца. Это про меня. Лично про меня.
Я тыкнул пальцем в экран. Попытка позвонить. Самая логичная, первая реакция – кто ты, черт возьми? Голос выдаст. Голос я узнаю.
Набрал номер. Поднес трубку к уху. Сердце колотилось где-то в висках, глуша все.
– Абонент… недоступен… – проговорил механический женский голос. Холодный, бездушный.
Я сбросил. Набрал снова.
– Абонент… недоступен…
Еще раз. И еще. Один и тот же голос. Одна и та же фраза. Как замок на двери, которую тебе только что показали.
Номер… не существует. Его нет. Призрак. Сообщение от призрака.
Меня бросило в жар. По спине побежали мурашки – не те, приятные, от умиления, а противные, липкие, как потоки ледяной воды. Комната, которая секунду назад была моим уютным убежищем, вдруг стала ловушкой. Стены – слишком тонкими. Окна – слишком большими и темными.
Эта мысль впилась в мозг когтями. Они знают мой новый номер. Они знают, что я вернулся. Они знают про Женю. Про Мишу.
Это не вопрос. Это намек. Это легкое, почти невесомое прикосновение лезвия к горлу. Напоминание:
Я подошел к окну, отдернул край шторы. Двор был пуст. Темные качели, песочница, пара припаркованных машин. В одной из них… в одной из них, кажется, горел экран телефона? Или это показалось? Или это просто свет фонаря?
Паранойя. Она возвращалась. Та самая, что годами грызла меня изнутри. Я отскочил от окна, как от раскаленной плиты.
Телефон в руке снова казался тяжелым и опасным. Кусок пластика и стекла, который сейчас был проводником в мир, от которого я сбежал. Я чуть не швырнул его об стену. Чтобы разбить. Чтобы замолчал.
Но не смог. А вдруг… вдруг напишет Миша?
Этот номер был теперь и моей единственной ниточкой к нему. И моей ловушкой. Все смешалось в один сплошной, тошнотворный ком страха.
Я потянулся за той самой бутылкой пива, купленной по случаю. Открутил крышку и залпом выпил половину. Горькая, холодная жидкость не помогла. Внутри все так же тряслось.
И тишина. Давящая, звенящая тишина, в которой отдавался каждый стук моего сердца. Я сидел на полу, прислонившись спиной к холодной стене, и смотрел на этот проклятый телефон.
Он молчал. Молчал так же зловеще, как и говорил минуту назад.
Они дали знать о себе. И теперь ждали. Игра началась. Снова.
И все, что я построил за этот счастливый день – все эти хрупкие мосты, все эти надежды – треснуло с тихим, таким громким в тишине, скрежетом.
***
Звонить? Не звонить? Кричать? Забиться в угол и замереть?
Мысли метались в черепной коробке, как пойманные мухи – громкие, слепые, бесполезные. Каждая – тупик. Каждая – новая порция адреналина, от которой сводило желудок.