Роман Кубов – Шум (страница 11)
— Дэн, мне нужно еще четырнадцать диодов типа
Дэн Грейди стоял на коленях у раскрытого силового щита в углу ангара. Его худая спина под серой штормовкой была напряжена как лук. Связист лихорадочно, до кровяных сбоев на ногтях, выкручивал из фарфоровых колодок массивные предохранители-пробки со свинцовыми вставками. На полу вокруг него уже валялась гора разбитой керамики и мотки обгоревшего медного провода.
— Нет больше диодов, Лео, — тихо, без эмоций бросил Дэн, швыряя на цемент очередной выгоревший патрон. — Всё, что было в ремонтном комплекте телефонного узла, мы сожгли, когда Трой держал кабель. У меня остались только селеновые выпрямители от старого зарядного устройства для погрузчиков. Тяжелые, пластинчатые. Помнишь такие? Квадратные серые шайбы на шпильке.
Лео на секунду замер. Шабер в его руке скрипнул по металлу шасси.
— Селен? У него же дикая емкость перехода, Дэн! Он будет заваливать фронты импульсов. На частотах Шума этот селен сработает как обычный кусок провода. Мы не сможем сдвинуть логическую единицу по регистру, она просто размажется по всем тремстам реле одновременно.
— А у нас нет выбора, студент! — Дэн резко развернулся на коленях, его испачканное графитовым лаком лицо в полумраке казалось темной маской с прорезанными глазами. — Либо мы собираем регистр на селене и молимся, чтобы старая индуктивность катушек скомпенсировала емкость, либо через час реле удержания остынут окончательно. Посмотри на вольтметр магистрали!
Лео перевел взгляд на щит. Старый стрелочный прибор переменного тока в тяжелом бакелитовом корпусе показывал сто сорок вольт. Стрелка медленно, миллиметр за миллиметром, ползла влево, к нулевой отметке. Физическое напряжение в этой изолированной точке пространства иссякало. Шум-код не перерубал провода снаружи — он просто вычищал из таблицы саму концепцию электрического потенциала для этого сектора.
Трой лежал на старом велюровом сиденье, которое Кейси еще пару часов назад выдрал из «Шевроле» и притащил в ангар, чтобы брату не приходилось сидеть на ледяном бетоне. Правая рука парня лежала на его животе поверх фланелевой рубашки как тяжелое, чужеродное полено. Отрезок полевки П-274 длиной в три дюйма, торчащий из почерневшего латунного кольца, больше не дымил. Но фиолетовый системный ликвор, просочившийся сквозь растрескавшуюся белую кожу, застыл ровной, глянцевой коркой, похожей на эпоксидную смолу. Она слабо светилась в темноте, и этот свет был холодным, химическим, лишенным всякого тепла.
Правый глаз Троя по-прежнему не видел ангара. Под закрытым веком непрерывно, со скоростью триста кадров в секунду, прокручивалась одна и та же бесконечная картина: серая, идеально плоская матрица Миннесоты, посреди которой их лесопилка выглядела крошечным, тающим островком безопасности. Но теперь на этой координатной сетке появилось кое-что новое.
— Кейси… — позвал Трой. Его левая рука слабо дернулась, ища брата.
Кейси, который сидел на корточках рядом, мгновенно поднялся. Старший брат выглядел ужасно: куртка в дырах от статических разрядов, лицо серое от копоти, а ладони, лишившиеся разводного ключа, были плотно сжаты в кулаки.
— Что, мелкий? Где болит? — Кейси наклонился к самому его лицу, перехватив левое запястье Троя.
— Они меняют алгоритм… — Трой говорил медленно, его язык ворочался с трудом, словно мышцы рта тоже начали покрываться невидимой пластиковой коркой. — Правым глазом… я вижу их новые маркеры. Мусорщики больше не пойдут цепью по дорогам. Они перегруппировывают кэш. Вышка на холме Уайт-Рок… она перешла в режим DEFRAG. Знаешь, что это?
Кейси нахмурился, его челюсти сжались до глухого хруста. Он был механиком, рокером, парнем из гаражей, но за последние часы ему пришлось выучить слишком много компьютерных терминов.
— Дефрагментация? Это когда файлы на диске собирают в один кусок, чтобы освободить место?
— Да… — Трой тяжело вздохнул, и из его рта вырвалось короткое облачко фиолетового пара, которое тут же бесследно растворилось в воздухе. — Они не будут чистить наш сектор. Они собираются сдвинуть его координаты. Переместить лесопилку в физический тупик, на самый край адресного пространства, где нет ни дорог, ни связи, ни воздуха. Просто пустой сектор 0x00. Если Лео не запустит скрипт-маскировку через десять минут… нас просто перенесут в корзину. Вместе с этим ангаром.
Мира, стоявшая у верстака рядом с Лео, резко обернулась на слова Троя. Её тонкие пальцы, удерживавшие моток свинцово-оловянного припоя, судорожно сжались, сломав мягкую проволоку пополам. Она посмотрела на Лео, затем на огромную, умирающую стойку АТС.
— Лео, давай сюда эти селеновые шайбы, — тихо, но с железной интонацией произнесла она, шагая к силовому щиту. — Я знаю, как их зачистить. Отец учил меня лудить радиаторы, когда мы перебирали грузовик в Гранд-Фоксе. Мы снимем окислы ружейным маслом. Дэн, запускай паяльную лампу. Нам нужно поднять температуру ламелей, иначе припой не схватится со старым железом. Мы заставим этот регистр работать, даже если нам придется закоротить его напрямую на обрубок провода в руке Троя.
Паяльная лампа взвыла. Её узкое, пронзительно-синее пламя с сухим свистом резало полумрак ангара, выплескивая на верстак волны удушливого бензинового жара. Дэн Грейди удерживал тяжелый латунный резервуар лампы обеими руками, его пальцы в графитовом лаке побелели от напряжения. Стоило огню коснуться массивной стальной шпильки, на которую Лео нанизывал квадратные серые пластины селеновых выпрямителей, как по мастерской поплыл тяжелый, тошнотворный запах чеснока и тухлой редьки — так парел перегретый, плавящийся селен.
— Быстрее, Лео! — хрипел Дэн, косясь на распределительный щит. — Стрелка вольтметра уже на ста двадцати! Трансформаторы под потолком начинают течь, лак на обмотках закипает!
Лео работал вслепую, сквозь густой слой копоти на своих скотчевых очках. Тонким длинным пинцетом он подхватывал куски обломанных медных шин, зачищенных Мирой, и намертво впаивал их между селеновыми шайбами, формируя громоздкую логическую цепь. Вспышки свинцового припоя на ламелях реле выглядели как крошечные взрывы. Парень уже не сверял схемы по блокноту — его тетрадь лежала на полу, залитая мазутом. Он держал всю топологию трехсот уцелевших реле в собственной голове, словно его собственный мозг уже прошел процедуру предварительной компиляции.
— Мира, давай третью перемычку на обмотку шагового искателя! — выкрикнул Лео, его голос сорвался на механический, сухой фальцет. — Нам нужно закольцевать сдвиг. Первая ячейка — логический ноль, вторая — единица, третья — управляющий импульс SYS_ENTER. Если цикл замкнется, станция выдаст в сеть вышки фальшивую маску за секунду до начала дефрагментации.
Мира действовала без колебаний. Её бледные руки были по локоть исмазаны в канифольной гари, но пальцы двигались со снайперской точностью. Она просовывала тонкие медные провода сквозь раскаленные латунные ламели АТС, почти не реагируя на ожоги. Кожа на её ладонях, там, где её коснулись капли расплавленного припоя, даже не покрывалась волдырями — она мгновенно становилась сухой, матовой и серой, принимая низкополигональную текстуру матрицы. Шум-код просачивался внутрь периметра через раскаленные приборы, переписывая их биологию на ходу.
На велюровом сиденье «Шевроле» Трой внезапно выгнулся дугой. Его левая нога судорожно дернулась, выбив банку «Миллера» из рук Кейси. Остатки теплого пива с шипением вылились на цементный пол, но жидкость не растеклась лужей — она мгновенно свернулась в идеально ровные, неподвижные пластиковые гранулы.
— Кейси… массив… массив данных переполнен… — Трой хрипел, его зубы стучали с сухим металлическим звуком. — Они начали сдвиг. Я вижу правым глазом, как стираются грани нашего сектора. Нас отрезают от таблицы... File_Allocation_Table очищена. Остался только один корневой индекс... это мы.
Кейси мертвой хваткой вцепился в плечи брата, пытаясь прижать его к сиденью. Его собственное сердце колотилось как сумасшедшее. Он чувствовал, как привычный, осязаемый мир, в котором он мог перебрать движок «Кавалера» за три часа, рассыпается под пальцами. Воздух в ангаре стал сухим, безвкусным, лишенным кислорода — это был уже не воздух Миннесоты, а просто текстовая строка Air_Density=1.0, прописанная в свойствах угасающего сектора.
— Лео! Дэн! Включайте эту хреновину! — заорал Кейси, оборачиваясь к верстаку. — Трой отключается! Его правый глаз уже полностью зеленый!
Дэн Грейди резко перекрыл вентиль паяльной лампы. Синее пламя с глухим хлопком погасло, оставив после себя лишь густой, чесночный селеновый дым. Связист выпрямился, его глаза за толстыми линзами луп были расширены от запредельного напряжения. На его поясе пу пук разноцветных проводов мелко вибрировал, подчиняясь такту умирающей станции.
— Всё. Регистр собран, — тихо сказал Дэн, и в его голосе проступила ледяная, фатальная пустота. — Триста реле соединены последовательно через селеновые вентили. Лео, держи главный кросс. Мы подключаем этот аналоговый скрипт напрямую к Трою. Его аппаратный интерфейс — это единственная шина, способная протолкнуть триста бит фальшивого кода в общую сеть вышки.