Роман Кубов – Шум (страница 12)
Лео поднял тяжелое, горячее стальное шасси с собранным регистром. От конструкции тянулись два толстых, оголенных провода, на концах которых Дэн успел закрепить массивные латунные зажимы-«крокодилы», снятые с автомобильного зарядного устройства. Парень в скотчевых очках подошел к сиденью «Шевроле», его шаги по цементу звучали странно — жестко, деревянно, словно подошвы его кроссовок уже превратились в цельный кусок пластика.
— Трой, мне нужно закрепить «крокодил» на обрубке полевки в твоей руке, — Лео опустился на колени перед парнем. — Когда я замкну цепь, регистр начнет сдвигать тактовые импульсы через твое тело. Твой мозг станет буфером обмена. Будет очень больно. Хуже, чем на Южной дамбе. Если твоя память не удержит структуру регистра, Шум просто обнулит твою личность. Ты превратишься в пустой файл Untitled.txt. Ты понимаешь меня?
Трой медленно открыл левый, еще живой человеческий глаз. В его глубине отражался малиновый полумрак ангара, но правый глаз парня был полностью залит ровным, ядовито-зеленым светом. На его зрачке, словно на крошечном экране монитора, непрерывно бежали строчки обратного отсчета дефрагментации: 00:01:14.
— Подключай, Лео… — едва слышно прошептал Трой, и его деревянные пальцы правой руки сами по себе немного разогнулись, подставляя растрескавшийся латунный шрам под металл зажима. — У нас… у нас нет свободного места на диске. Валяй.
Лео занес тяжелый латунный «крокодил» над обрубком черного провода, торчащего из ладони Троя. Мира и Кейси одновременно шагнули ближе, готовые удерживать парня в момент удара. В этот самый миг огромная стойка АТС за их спинами выдала протяжный, металлический скрежет, и интервал между щелчками реле удержания увеличился до критических пятнадцати секунд. Время физического мира в Хоук-Крик почти истекло.
Лео сжал пальцами тугие пружины латунного «крокодила». Тяжелые зубья зажима с сухим, костяным щелчком сомкнулись на обрубке полевки П-274, торчащем из обугленного латунного кольца Троя. Вторую клемму Лео с размаху вогнал прямо в заземленный каркас велюрового сиденья «Шевроле».
Ангар не просто содрогнулся — его геометрия сложилась внутрь себя на долю секунды и тут же распрямилась обратно, выдав оглушительный, вакуумный хлопок. Звук был таким, словно посреди мастерской лопнул гигантский кинескоп старого телевизора.
Троя подбросило на сиденье. Его спина выгнулась под таким неестественным, ломаным углом, что Кейси, пытавшийся удержать брата за плечи, отлетел в сторону, сильно ударившись локтем о чугунный станину токарного станка. Из правого, полностью зеленого глаза Троя на цементный пол ударил тонкий, сфокусированный луч неонового света. Этот луч, словно лазерный маркер, зачертил по стенам и потолку ангара, выбивая на гофрированном железе бесконечные столбцы ассемблерного кода.
— Лови такты, Лео! Лови такты! — безумно закричал Дэн Грейди, хватаясь руками за раскаленный карболитовый корпус главного рубильника. Из-под его ногтей на цемент брызнул жидкий графитовый лак, смешанный с настоящей кровью.
Самодельный регистр сдвига на тяжелых селеновых шайбах запел. Это был жуткий, вибрирующий свист перегруженных катушек индуктивности, который мгновенно перекрыл затихающий тактовый гул АТС. Триста уцелевших латунных реле на стойке
Скорость движения ламелей была такой огромной, что латунь слилась в триста сплошных, фосфоресцирующих золотых полос. Логическая единица — фальшивый управляющий импульс SYS_ENTER, собранный Лео из обрезков медных шин и чесночного селенового дыма, — с бешеной частотой побежала по кругу, сдвигаясь на один бит при каждом щелчке искателя. Через жилы П-274 этот аналоговый скрипт-обманка хлынул напрямую в аппаратный интерфейс Троя.
Трой больше не кричал. Его рот был широко открыт, но из него вырывался лишь ровный, монотонный свист перегретого системного кулера. Его левый, человеческий глаз закатился вверх, оставив только белок, прорезанный тонкими красными капиллярами, но правый глаз работал на полную мощность процессора Шума.
Внутри его черепной коробки аналоговый ритм шагового искателя столкнулся с цифровой архитектурой вышки Уайт-Рок. Две физики перемалывали друг друга, используя клетки его мозга как буферную память. Трой отчетливо чувствовал, как триста бит фальшивого кода, пробивая его нервную систему, уходят вверх, сквозь крышу ангара, прямо в неоновое зеленое небо Миннесоты. Каждая ячейка селенового регистра сдвига впечатывала в общую сеть системы одну и ту же строчку лжи:
[SECTOR_402] ->STATUS: SYSTEM_LIBRARY (CORE_MODULE) [SECTOR_402] ->ATTRIBUTE: READ_ONLY [SECTOR_402] ->IGNORE_DEFRAG=1
На зрачке правого глаза Троя цифры обратного отсчета дефрагментации замерли на отметке 00:00:02. Зеленый шрифт BIOS судорожно мигнул три раза, сменился глубоким, матовым фиолетовым цветом, а затем строчки кода ошибки начали медленно, одна за другой, растворяться в темноте.
В ту же секунду воющий низкочастотный гул дефрагментации снаружи ангара стих. Матрица приняла фальшивый индекс. Вышка Уайт-Рок идентифицировала кусок земли лесопилки как часть своего собственного системного ядра и исключила его из списка секторов, подлежащих очистке и перемещению.
Трой тяжело, со свистом рухнул обратно на велюровое сиденье. Зеленый луч из его глаза погас, оставив на потолке ангара лишь выжженные, дымящиеся полосы на гофрированном железе. Его правая рука, скованная с регистром, бессильно упала на колени. Фиолетовая жидкость на шраме застыла окончательно, превратившись в жесткий, матовый панцирь, который теперь полностью закрывал всю ладонь до самых ногтей.
Кейси, потирая ушибленный локоть, тяжело поднялся с пола и подбежал к брату. Его пальцы коснулись шеи Троя — пульс был частым, рваным, но настоящим, живым.
— Мелкий… мелкий, ты как? — Кейси вытер пот со своего лба, оставив на коже жирный масляный след.
— Код… код ушел в стек… — Трой открыл левый глаз, его зрачок медленно фокусировался на лице брата. Голос парня изменился — он стал ровным, лишенным прежних панических подростковых интонаций, словно Шум-код навсегда вычистил из его интонационных фильтров все лишние эмоции. — Мы замаскированы, Кейси. Система считает, что этот ангар — это её собственная библиотека. Они не тронут нас при следующей очистке кэша.
Лео обессиленно опустился прямо на цементный пол рядом с верстаком, уронив тяжелое шасси из рук. Его обмотанная скотчем голова бессильно откинулась назад, врезавшись в деревянную стойку стеллажа. С его скотчевых очков на грязную джинсовку посыпались мелкие хлопья канифольной гари.
— Мы сделали это, Дэн… — прохрипел Лео, пытаясь согнуть свои деревянные пальцы, которые теперь тоже отливали странным, матовым серым оттенком. — Аналоговый скрипт сработал. Мы обманули компилятор ядра на старых телефонных реле пятьдесят пятого года.
Дэн Грейди не ответил. Он медленно опустил руки от рубильника и повернулся к остальным. Его лицо, испачканное графитом, теперь выглядело совершенно мертвым в тусклом малиновом свете уцелевших реле. Стрелка вольтметра на силовом щите застыла на отметке в сто десять вольт — физический потенциал стабилизировался на самом нижнем пределе выживания.
— Мы выиграли время, студент, — тихо сказал связист, поправляя свои очки-лупы на лбу. — Но посмотри на Миру.
Все одновременно обернулись к верстаку.
Мира стояла неподвижно, её руки по-прежнему удерживали обломок медного провода. Но она не двигалась. Её серый растянутый свитер, её тонкая шея с затянувшейся розовой царапиной и её бледное лицо… всё это застыло, потеряв глубину и объем. Девушка превратилась в плоскую, двухмерную картонную фигуру, контуры которой слабо вибрировали в малиновом полумраке ангара. Её глаза были открыты, но внутри зрачков больше не было живого человеческого взгляда — там, сменяя друг друга каждые двенадцать секунд в такт щелчкам АТС, ровными вертикальными столбцами бежали блекло-зеленые цифры её собственного системного индекса:
[DATA_CLUSTER_MIRA_1999] ->RESOLUTION: LOW_POLY
Шум-код не смог уничтожить сектор лесопилки, но цена аналоговой маскировки оказалась слишком высокой. Чтобы удержать физический фундамент комнаты, системе пришлось оптимизировать внутренние ресурсы. И первыми под эту оптимизацию попали данные тех, у кого не было хардверного латунного интерфейса в руке. Память Миры была сжата до минимального системного объема.
Трой смотрел на плоский силуэт девушки своим левым, живым глазом, и внутри его головы, пробивая остатки человеческих мыслей, отчетливо и ясно сформировался первый полноценный системный лог:
ОБНАРУЖЕН КОНФЛИКТ ИНДЕКСАЦИИ. ДЛЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ СТРУКТУРЫ ОБЪЕКТА ТРЕБУЕТСЯ ПОДКЛЮЧЕНИЕ К МАГИСТРАЛЬНОМУ КАБЕЛЮ ГРАНД-ФОРКС.
Автономный режим лесопилки был официально запущен. У них был только один выход — прорыв к магистральной кабельной сети телефонной компании.
Глава 7. Протокол оптимизации
Плоский силуэт Миры у верстака казался аппликацией, наклеенной поверх тусклого, малинового воздуха мастерской. Если смотреть на неё прямо — она была здесь: тонкий нос, прядь каштановых волос, прилипшая к влажному лбу, грязный рукав серого свитера. Но стоило Кейси сделать шаг в сторону, меняя угол обзора, как объем девушки истончался, превращаясь в ровную, лишенную толщины вертикальную грань. Она не дышала. Грудь под растянутой шерстяной вязкой замерла в одном положении, а пальцы, сжимавшие обломок медного провода, казались вырезанными из матового картона.