Роман Котин – Ассистент Джина (страница 7)

Я принял тёплый душ на их участке – мне стало намного легче. Вода в баке оказалась свежая, я ожидал худшее – думал, что будет пахнуть тиной. Сева сказал, что они купаются каждый день, и каждый день носят воду вёдрами из уличной колонки.

Душ для меня всегда был волшебным средством от плохого самочувствия и плохого настроения. В этот раз он спас меня перед дорогой и настроил на аппетит.

Пообедав в пиццерии, мы пришли в себя полностью. Все были настроены на дорогу.

Я не мог позволить, чтобы Сева и Колёк ехали отдыхать в потёртых джинсах и истоптанных кроссовках. Я дал парням деньги. На уличном базаре они купили шорты, сланцы и по две футболки. Софии я тоже сказал, чтобы она что-нибудь себе выбрала. Она долго ходила возле прилавков, что-то мерила и выбрала солнцезащитные очки. Всё остальное я пообещал им докупить в Геленджике.

Перед выездом из города, парни попросили меня отвезти их в Церковь Архангела Михаила. Сказали, что часто посещают её. Сейчас же они хотели помолиться за благополучную дорогу и хороший предстоящий отдых. Я, конечно, не мог отказать в святом. Вот такие вот они эти аллилуйщики.

София сказала, что тоже пошла бы с удовольствием в церковь, но у неё нет правильной одежды, поэтому мы остались в машине.

Когда Сева и Колёк вернулись, мы отправились в путь. Они сказали, что даже поставили в храме свечку за здравие моё и Софии.

Потом ребята попросили купить им пиво в дорогу. София поддержала парней.

Глава 4

1.

Бордовое вечернее солнце опускалось за горизонт и находилось где-то там на другой стороне моря, как будто в гостях у Болгарии. И в это самое время мы уже наконец-то выезжали к берегу. Шумная толпа трёх моих попутчиков накидавшись пивом орала во всё горло что-то из Шнура.

– Море! Море! Дельфины! – кричал Колёк.

– Моё море, моё, – добавил радостно Сева.

А София нежно гладила меня по руке, как будто только в этот момент она почувствовала настоящий отдых, ведь замечательный мужик её наконец-то вывез в Геленджик.

Я тоже радовался по-детски этому пейзажу и моменту, и хотел поскорее прибыть в такое же пьяное состояние как у друзей. Мы были уже на море. Минув Новороссийск, решили добраться до Геленджикской бухты, и там уже искупаться.

Ещё несколько километров извилистого пути вдоль побережья – вот мы и на пляже. Галька, камни, бетонные рукотворные изваяния. Я припарковал микроавтобус около небольшой кавказской кафешки рядом с водой. Пахло шашлыком и солёным ветром.

Все мои пассажиры разом выбежали из машины и рассеялись среди загорелой полуголой толпы, как будто я был для них просто наёмным водилой, что ежедневно привозит оголодавших по югу туристов. Заночевать я планировал прямо на этом месте.

– София, Сева, Колёк, где вы? – крикнул я в людскую толпу, как в бездну, но никто не отозвался.

Я пошёл к бару. Рыжий, кудрявый парень с бронзовым лицом и торсом – из-за южного загара, ждал моего заказа. Я прочёл пивное меню, сделал заказ:

– Ноль, пять «Дона».

Он взял полулитровый пластиковый стакан, открыл краник. Ледяной пар ударил по матовому краю. Бармен медленно и долго наливал мне холодное, пенное южное пиво. Я тем временем оглядывался по сторонам, ища ребят. Конечно же, из тысячи я разглядел свою: София мочила ноги в шумящих волнах. Пацанов я не смог разглядеть – они тем временем уже оголили торсы и слились с толпой.

Когда, уставший от повседневного пляжного солнца, бармен протягивал мне мой холодный «Дон», они все трое, как изголодавшие дети появились вдруг у меня за спиной.

– Ещё три такого же, – сказал я.

Все трое встали в очередь.

– Руслан. Ты снова сделал мой день, – сказал Сева, трясущейся рукой выхватывая у бармена наполнявшийся стакан.

Колёк придурковато пританцовывал. София обнимала меня сзади за талию и целовала в правую мочку уха.

– Спасибо тебе, – прошептала она. Благодаря, то ли за пиво, то ли за море.

Потом мы вместе присели на берегу, позволяя волнам мочить уставшие от жары и дороги ноги. Солнце медленно двигалось на юго-запад, а музыка на пляже становилась всё громче.

– Я хочу выпить за всех нас, – сказал Колёк, поднимая стаканчик. – Руслан, позволь, с этого момента я буду называть и считать тебя своим другом? , – добавил он, добро смотря мне в глаза.

Мне может быть и не нужна была его дружба, но стало очень приятно. А вообще я просто радовался этому замечательному времени – времени встречи с другом Севой и Софией.

Пусть эти слегка лестные слова и не вызвали во мне никакого воодушевление, никакого восхищения самим собой, но всё же было приятно. Как мне тогда казалось, это добавляло мне уважение перед Софией.

Сева, конечно, гордился перед Кольком, что имеет такого хорошего обеспеченного и щедрого друга – это я прочитал в его лёгком кивке и улыбке. Он таким образом одобрил Колины слова.

2.

Вот так вот классно начался наш отдых. Нам всем вместе предстояло провести очередную ночь на свежем воздухе под небом.

София, сидя рядом впритирку бедром в бедро, тихо предложила мне прогуляться по пляжу. Парням нашим я сказал, чтобы пока далеко не разбредались.

– А давай посмотрим, что там есть дальше, – держа за руку, повела меня в гущу отдыхающих людей и на запах аппетитного дыма.

Её тонкая рука впивалась красными когтями в моё запястье. Я почувствовал какую-то родную душу. На миг даже пришлось пожалеть о присутствии остальных двух пассажирах, ждущих нашего возвращения.

– Ты, наверное, как и я, хочешь есть? – додумался я наконец-то спросить свою обожаемую.

– Пипец, как я хочу что-нибудь поесть! Что будем брать, Руслан?

Мы пошли быстрее в сторону ароматного шашлычного дыма. Волосатый повар брызгал воду из пластиковой бутылки на шипящие угли. Я сразу же начал искать на прилавке свой любимый с детства южный соус ткемали. Он стоял разноцветными пластиковыми бутылочками позади потного шашлычника. Желтый, зелёный, красный и тёмно-красный. Я вспоминал кислый и почти разный вкус каждого из них.

Мы заказали килограмм куриных крылышек, килограмм бараньих пистолетиков, лаваш и зелёный соус.

Моя милая хозяйка спросила у повара салфетки и четыре пластиковые тарелки.

Ужин на берегу, а потом купания.

До глубокой ночи мы радовались теплоте Чёрного моря. На пляже в то время осталось всего несколько кучек молодёжи – тоже, как и мы, с ночёвкой. Кто-то неподалёку сумел разжечь костёр – непонятно из чего.

Я взял Софию на руки и понёс в воду. Она поняла для чего. Солёными губами, впившись в мои губы, она сильным крабьим хватом сжала мои бёдра ногами и сунула руку в оттопыренные вперёд шорты. Мы стояли по пояс в чёрно-синей воде. Волны раскачивали нас взад-вперёд, помогая любить друг друга. Казалось, что сама стихия была на нашей стороне. Миллионы звёзд подмигивали нам.

Потом мы легли на расстеленных покрывалах, чтобы смотреть в небо. В этот момент я начал чувствовать нарастающую любовь к Софии. Кажется, я снова влюбился за долгое время. И как влюблённый мальчишка, задал волнующий вопрос:

– София, сколько у тебя было мужчин?

Она изобразила стеснительность и задумчивость. Мне итак было понятно, что она не скажет как есть, даже если я её стану пытать. Но с юмором всё же выкрутилась:

– Мммм… Меньше, чем звёзд сегодня.

Я задал этот вопрос, наверное, даже не потому, что ожидал услышать какое-то число. Скорее всего, этим вопросом я старался дать понять Софии, что считаю своей и уже ревную ко всем бывшим.

Она гладила меня по щекам и целовала. Я чувствовал, что ей было по-настоящему хорошо и спокойно. Потом она добавила:

– Сколько бы мужиков у меня не было, Руслан, такой, как ты – первый. Мне вообще не везло с ними, всегда попадались идиоты. Я никого из них не хочу вспоминать. Я вообще хотела бы начать новую жизнь с тобой.

Так мы уснули – гладя друг друга и слушая море.

3.

Нас разбудили крики чаек и щелкающие звуки гальки из-под сланцев пришедших рано купаться людей. В основном на заре в заплыв шли пожилые пенсионеры, а в большинстве из них пенсионерки. Колёк и Сева уже резво, по-детски плескались среди бабушек. Бабушки эти были в резиновых советских чепчиках на головах – их память о молодости и курортах по путёвкам от профсоюзов.

Я захотел поехать подальше к югу. София быстро собрала все наши вещи с пляжа, а я скомандовал ребятам: «По машинам!». Решено было ехать в Адлер.

– Ты прикинь, Руслан, – сказал мне Сева уже в машине, – Колёк, оказывается первый раз на море.

– Да? – радостно изобразил я удивление, – и как тебе, Коль?

– Как, как? Как первый раз на море. Всю жизнь мечтал увидеть его. И тут такое… Я мог, конечно, в детстве его увидеть, но не получилось. Помню, матери на работе подарили путёвку в Анапу. Было мне тогда лет десять. И мы с ней опоздали на поезд в день отправки. Денег на новые билеты у нас не было. Так мы и не поехали с ней никуда.

Я представил детское расстройство этого человека, мне его стало жалко. Что значит для ребёнка ждать поездки, считать дни, и не поехать?

В Адлере мы остановились в гостинице «София». Да. Я специально из-за её названия решил первым делом поехать туда. Оказалось – ехать больше никуда и не было смысла. Нам всем понравилось сразу.

Это была первая береговая линия. Белое длинное двухэтажное строение, с красной крышей, со скромными маленькими номерками, но зато с видом на море. Что-то в этой гостинице я ощутил старое, советское и тёплое. Я взял двухместный номер нам с Софией, и такой же пацанам, только им с раздельными кроватями.