Роман Котин – Ассистент Джина (страница 22)

Я присмотрелся лучше к обоим. Парня я этого видел впервые, а вот девушка была точно Софией, и у меня уже не было сомнений, что это она. Как посмела она бросить меня в Адлере и укатить с каким-то непонятным типом сюда на Казантип?

В этот момент я почувствовал, что как будто железный лом пронзил меня через макушку, с трудом прошёл через горло и, вылез из задницы. Что-то просто прибило меня к месту, где я стоял. Не было сомнений, это точно София.

Колени мои в этот момент задолжали, ноги не способны были держать мой вес. Но тем не менее я маленькими шагами пошёл в их сторону. Я шёл полуприсядем – не мог заставить себя идти ровно. Наверное, среди этой толпы меня бы и не заметили, но этот её парень обратил на меня внимание сразу, шагов с двадцати – из-за моей мучительной, крадущейся походки.

Он разговаривал с Софией, и всё чаще стал поглядывать на меня, чем ближе я «подползал» к их скамейке. София же не оборачивалась. За пять шагов до них, когда я мог уже окликнуть Софию, девушка повернулась в профиль, и мне в глаза бросилась мясистая круглая щека. Нос был немного вздёрнут к верху. Я с облегчением выдохнул воздух, который нёс в груди всё это время. «Это не она», – сказал я себе.

Я прошёл, как ни в чём не бывало мимо этой парочки, и устремился в магазин. Просто вдруг захотелось посмотреть, что там продают. Такую очередь в помещении я видел лишь в своём детстве, ещё в СССР. И десяти секунд не пробыв там, я выбежал из потной духоты. Наверное, я уже привыкал к дорогой жизни.

Выходя, посмотрел теперь уже в анфас на девушку, которую изначально принял за Софию – ничего общего. Понял, что мысли нужно занять чем-то другим, или кем-то другим. Иначе можно чокнуться.

Немного побродил среди шумной массы людей. Вернулся в номер, решил выпить.

Глава 12

Меня разбудил стук в дверь, когда на часах было уже почти восемь. Я подумал, что это стучит Моника – стук был по-женски слабым. Я просто сразу подорвался с кровати, тут же распахнул дверь. И моё удивление было не настолько приятным, как если бы я увидел Монику. Потому что я увидел в дверях одного из двух охранников, которые постоянно тёрлись возле Патрика. Это был Том – молодой светловолосый мужчина, примерно лет тридцати. Он был коротко пострижен, спортивно сложен и выше меня на полголовы. Несмотря на его внешние данные, он выглядел как-то нежно, в отличие от своего напарника – смуглого латиноамериканца Хосе, который тоже был примерно такого же возраста, как и Том. Хосе тоже был коротко пострижен, и имел ещё небольшую бородку, напоминающую щётку для замши. Хосе был на полголовы ниже меня ростом, немного круглый.

И почему-то я бы предпочёл, чтобы сейчас на месте Тома была Моника. «Может быть, она начинает мне нравиться»? – подумал я.

Охранник Том сказал мне что-то на английском, упоминая Монику. Наушник мой лежал на тумбочке – там, куда я положил его перед сном. Поэтому я не успел надеть его. Хотя поймал себя на мысли, что в последнее время ставлю его в ухо уже автоматически.

Так вот я не могу дословно перевести его фразу, но понял, что мне нужно собираться, и что это Моника послала его, чтобы разбудить меня.

Собирался я недолго – все свои вещи я сразу же надел на себя. Я лишь сначала принял душ, а потом сразу же вышел из номера.

В гостинице и вокруг неё была какая-то суматоха, все куда-то что-то таскали, спорили, кричали. Многие люди, здесь проживающие, в это утро съезжали.

У лестницы я встретил Патрика, который объяснял обоим нашим охранникам и по совместительству грузчикам, как нужно нести аппаратуру.

Я подошёл к нему. Он радостно поприветствовал меня: «Morning», – и дыхнул в лицо свежим перегаром.

Я понял, что мы тоже уже уезжаем.

– Джина, скажи, куда это все собираются? – обратился я к своему роботу.

– Как я и говорила, у вас гастроли, вы сегодня летите на Гоа, – ответила мне Джина.

Эта новость меня приятно взбодрила. В последнее время я всё время куда-то еду. И всё же для меня такой резкий переезд был непривычным. А тем более нас ждала очень дальняя дорога. Я не мог поверить, что совсем скоро окажусь в другой стране – в Индии.

– Там тоже будет что-то типа фестиваля? – спросил я.

– Наверное. Там никогда не прекращаются фестивали, – сказала она с небольшим смешком в голосе, – но тебе нужно будет выступить всего лишь один раз в ночном клубе. Кстати, скажи мне, пожалуйста, – перешла она к вопросу, – мне кажется, или наш Патрик уже выпил с утра?

– Чёрт возьми! Джина, ты что, ещё и запахи можешь учуять?! – очень удивился я.

– К сожалению, господин Лин не наградил меня такой функцией, но я могу понять по голосу человека, выпил он или нет. Вон сам же слышишь, как он прикрикивает на Тома с Хосе, – сказала она опять смеющимся голосом. – Скажу тебе по секрету, Патрик всегда напивается перед полётом. Правда не знаю, волнуется он от страха, или же таким образом хочет убить скуку. Если тебе интересно, можешь сам попробовать проследить и догадаться, а потом расскажешь мне, из-за чего он всегда употребляет перед самолётом. Мне ведь тоже интересно? – хихикнула она под конец фразы мне в ухо.

Тут из своего номера показалась Моника. Она была ещё заспанная. Я даже удивился, почему это она попросила охранника меня разбудить, а сама же вышла в холл с растрепанными после сна волосами и в пижаме.

Её пижама была по-детски плюшевая и розовая, поэтому очень гармонично смотрелась с её розовыми ногтями. Штанины были короткими – чуть ниже колен, из которых выглядывали тёмные шоколадные ножки. Мне, как человеку из российской провинции было непривычно видеть темнокожую девушку. А тем более эта шоколадная девочка была в такой невинной пижаме, и сразу же после сна. Именно поэтому в тот момент Моника напоминала мне резиновую детскую куклу.

Она, ещё зевая, подошла к Патрику. Они о чём-то перемолвились короткими фразами (Джина не перевела мне). Кажется, они тоже обсудили транспортировку аппаратуры.

– Just one hour (всего один час), – сказала мне Моника, подняв вверх палец с розовым ногтем.

– Через час за вами приедут машины, и отвезут в аэропорт, в Симферополь, – пояснила мне Джина.

– Оkay, – постарался я ответить Монике без русского акцента, и утвердительно кивнул головой.

Собираться в дорогу и готовиться к отъезду мне было не нужно, поэтому охранник мог бы разбудить меня и на час позже. Я чувствовал себя невыспавшимся.

Чтобы убить время, я вышел из гостиницы во двор. Уже в эти утренние часы на улице Поповки шумел народ. Большинство людей, судя по их состоянию, и вовсе не ложились спать.

Я тихонько встал в тень под акации и закурил сигареты, наблюдая за прохожими. От нечего делать курил одну за другой.

Здесь я находился в совершенно новом месте, с людьми, которых я знал пару дней, с умным роботом в кармане. И мне всё равно как-то не верилось, что моя жизнь могла так быстро поменяться всего за несколько дней. Я никак не мог поверить, что сейчас за нами приедут машины, повезут нас в аэропорт, и я впервые в жизни полечу в Индию – на Гоа.

От меня в этот момент мало, что зависело – решения принимал не я. Поэтому, поддавшись воле судьбы, я решил довериться обстоятельствам, ничего не предпринимать, не о чем не беспокоиться, а лишь наслаждаться происходящим вокруг меня – плывя по течению. А тем более, если это течение несёт тебя в лучшие места мира.

Как и говорила Моника, через час за нами приехали машины. Это были два чёрных внедорожника Toyota Land Cruiser Prado и один тоже чёрный микроавтобус Газель, куда наши охранники-грузчики затащили аппаратуру. А потом они проводили Патрика в один из внедорожников. Патрик за час успел прилично выпить. Причём было не совсем понятно, ведут ли охранники его под руки, или это он тащит их подмышками. Том и Хосе тоже сели с ним в машину, а вот мы с Моникой сели во второй Land Cruiser – только я вперед, а она назад.

Моника уже не была в той детской пижаме, а надела облегающие бёдра чёрные лосины, в которых её ноги стали женственными и притягательными. Сверху был зелёный топик, в котором уютно расположился третий размер. Моника недовольно смотрела на Патрика в окно машины, когда его сажали. Или это ей уже надоело его такое поведение перед каждым полётом, или же он впервые так накидался.

Часа через полтора мы были уже в аэропорту Симферополя. Патрик, кажется, уже выспался в дороге, и просил Тома купить ему пиво. Том отправил в маркет Хосе. Моника как-то отдалилась от нас всех – сидела в зале ожидания, пристально смотря в смартфон.

Хосе через несколько минут принёс Патрику тёмный, непрозрачный пакет, в котором выделялись три банки пива.

– Когда этот чёртов парень собирается выйти из больницы? – обратился ко мне уже усталого вида Патрик.

– Я не знаю, – ответил я ему без помощи Джины.

– Нет. Я ничего не хочу сказать плохого ни про него, ни про тебя. А ты, тем более, даже справился отлично, мой мальчик, но я начинаю скучать по Борису. Ты знаешь. Иногда мне кажется, что я люблю этого парня, люблю как брата, – Патрик как-то искренне покраснел, сделал глоток пива из банки и, на его глазах появилась слегка заметная мокрота.

– Я надеюсь, что с Борисом всё будет хорошо, – ответил я Патрику с помощью Джины.

Он похлопал меня по плечу, а потом сказал:

– Я сразу заметил талант у Бориса. Когда мне включили его музыку, я понял, что этот парень запросто сможет собрать публику, и управлять ею с помощью пульта. Это была моя идея – посетить Россию и другие страны Европы и Азии. Я таким образом хотел проявить своё почтение. И сейчас по иронии судьбы Бориса нет на нужном месте. Этот парень каким-то образом попал в больницу. А теперь на его месте сидишь ты.