Роман Канушкин – Страх (страница 49)
– Какой ты, диво-город? – проговорил Авось, глядя на грозные башни. – Там, за стенами?
Снова подул свежий ветер с моря. Сильный порыв сдвинул кораблик с места. Авось посмотрел на игрушку. Под днищем кораблика случайно оказалось несколько сухих круглых палочек. Взгляд Авося застыл. Ветер дул маленькому суденышку ровно в паруса. В этом нет ничего удивительного, да только… Авось вскочил на ноги, не сводя глаз с кораблика. Нет, наверное, это все-таки… Мысль, что пришла ему в голову, была невероятной. Да только вся его жизнь была невероятной.
– Ты движешься, – прошептал Авось. И, все еще не веря своей догадке, посмотрел на неприступные стены.
Это было правдой. Так уж вышло. Так уж вышло, что кораблик случайно оказался поставленным на круглые сухие палочки. И сейчас он двигался, скользил по ним. Он двигался в сторону города.
– Князь, – сказал Авось, – мы сможем взять Царьград. Мы пробьемся к воротам.
– Да? – чуть печально спросил князь. В глазах его застыло сожаление. – И кто же нам в этом поможет?
Авось посмотрел в небо. Вот тогда юноша позволил себе улыбнуться.
– Ветер, – сказал он.
На следующий день греков разбудил стук множества топоров. Ясно, что в стане неприятеля шла какая-то интенсивная работа. Оба базилевса были уже на смотровой башне.
– И так с утра, – сказал им Велизарий. – Строят что-то.
– Что бы они ни построили, – успокоил собравшихся император Александр, – в их руках только дерево.
Он поглядел на страшный львиный зев и добавил:
– Что бы они ни построили, мы сожжем это.
– Вот только бы знать, что, – проговорил император Лев, мрачно глядя на лагерь руссов.
Ночью, поближе к утру, императора Льва VI Мудрого разбудил кошмарный сон. Ворота Царьграда были разбиты. По улицам бегут страшные воины-варяги, и реки крови текут за ними по мощеным улицам прекрасного города. А грозные викинги приближаются уже к храму Святой Софии, и тут императору открывается, что у каждого из них красные крылья и сияющие мечи в руках. Словно они Ангелы Господни, гневные ангелы, которые пришли покарать надменную империю…
Лев VI Мудрый проснулся за секунду до того, как в его спальню вбежал кентарх из числа личных телохранителей.
– Базилевс! – вскричал, низко кланяясь, облаченный в римскую сталь воин. – Пойдем со мной! Прошу тебя! Пойдем на смотровую башню.
Базилевс болезненно поморщился: сон сбывается?
Не минуло и минуты, а базилевс был уже на смотровой башне. Здесь уже находились кентархи и посланник Велизарий. Базилевс посмотрел вдаль, а потом вниз. Его глаза сначала чуть не вылезли из орбит. А потом это зрелище заставило императора плотно сжать губы.
Зрелище было невероятным. Разум отказывался принимать увиденное.
Над морем вставал ослепительной красоты восход. С моря над равниной дул сильный ветер. Красные крылья ангелов господних неслись по равнине, или над ней, прямо на город от самого горизонта – сон действительно сбывался. Только это были не совсем ангелы. Это были паруса драккаров. В горле у базилевса пересохло. Да, это было невероятным, но это было. Руссы поставили свои корабли на колеса. И подняли огромные паруса. И теперь их корабли неслись на город. Они почти летели над землей. Из львиного зева полыхнуло огнем. Но пламя практически не причиняло вреда, просто не успевало, – такова была скорость атакующих.
Армия Олега пошла на штурм города. И теперь стало совершенно очевидно, что нет силы, которая смогла бы его остановить.
– Я никогда бы не поверил, – изумленно, но и с оттенком уважения, произнес кентарх Михаил, – если б не видел это собственными глазами.
– Все, – резко сказал император. – Открыть ворота. Я еду к ним навстречу. Мы просим мира.
– Но, базилевс… – взмолился Велизарий, – император Александр…
– Император Александр сейчас спит, – оборвал его Лев. – А они сильны, отчаянны, да еще хитры. – Он глубоко вздохнул и отрицательно закачал головой. – Я не дам им уничтожить город. Я куплю его за любую цену. В Империи достаточно золота.
– Мы смогли бы удерживать ворота… – обреченно начал Михаил.
– Как долго? – грустно усмехнулся Лев Мудрый. – Побереги свое желание умереть за город, оно тебе еще пригодится.
А потом базилевс снова взглянул на атакующие корабли.
– Это кара господня! – произнес он. – Кара за нашу гордыню.
Мир был принят. Корабли Олега остановились у ворот. Но ворота открылись без боя. И Авось увидел, каков он, диво-город, там, за стенами.
В роскошном дворце цезарей был подписан мир и долгожданный торговый договор. Базилевс Лев VI Мудрый клялся на Распятии. Викинги – на своих мечах. Славянские князья – на мечах-кладенцах.
– Еще никогда Империя не покупала мир за такую цену, – прошептал император Александр с плохо скрываемой враждебностью, наблюдая за рукопожатием и принесением клятв между Львом VI и князем Олегом.
– Божественный базилевс, – так же тихо отвечал посланник Велизарий, – ты отомстишь за сегодняшний позор. Тебя уже ждут.
В своей библиотеке император Александр принимал тайных гостей. Он угощал дорогим вином шада хазарского каганата и хана унгров.
– Я приму ваши условия, – говорил Александр, – как только вы выполните свою часть соглашения.
– Но, базилевс, – возразил хан унгров, – армия Олега сильна. Говорят, в твоем городе его сочли…
– Святым Димитрием? – усмехнулся Александр. – Перепуганным глупцам всегда требуется причина своего поражения.
– Ему поднесли отравленное вино. Но он понял это, – напомнил хан. – Вот и пошел слух о его богоизбранности.
– Он просто варвар… – Император осекся.
Опасная улыбочка заиграла на губах хана.
– А кого греки не считают варварами? – мягко пропел он.
Шад тут же смешался и, пытаясь смягчить ситуацию, поднял руку:
– Базилевс! Я тоже ненавижу этого варяжского выскочку. И мы могли бы напасть на Олега у речных порогов. Но… руссов и вправду слишком много.
Император Александр усмехнулся – чуть покровительственно:
– Я задержу их. Я покажу им наши храмы и библиотеки. Они отведают гостеприимства Империи. Я даже дам им паволоку на паруса. Но только варягам. Их корабли полетят быстрее ветра. – И тут глаза императора хитро заблестели. – И оторвутся от основного флота. Вы сможете подстеречь их у порогов. И тогда уж действуйте быстро.
Император хлопнул в ладоши, и раб разлил всем вино.
– У меня тут есть кое-кто, – сказал Александр. – К сожалению, я не смогу вернуть ему его оружие – базилевс Лев буквально помешался на нем. Но мне кажется, вы смогли бы быть полезны друг другу.
Император поднял руку. Из затемненной ниши вышел статный воин в облачении варяга. Хан унгров поднялся, его рука потянулась к рукояти ятагана.
– Спокойно, – усмехнулся император. – Это друг.
Воин подошел ближе и обвел взглядом собравшихся. Это был Лад.
Князь Олег позволил Авосю побродить по городу его мечты. Жители теперь безбоязненно поглядывали на чужеземцев – весть о том, что у Византии теперь новый мощный союзник, разлетелась быстро. И некоторые женщины даже дружелюбно улыбались статному светловолосому воину, чуть наивными и чуть мечтательными глазами взиравшему на это окружающее его мраморное великолепие.
Грозные драккары викингов стояли на рейде Царьграда. На столицу опустилась ночь, но город и не думал спать. Даже сюда, на берег моря, доносились музыка и веселые голоса.
А потом свет луны упал на нос ближайшего корабля. И возможно, это все было лишь игрой света и тени. И неверные ночные звуки…
Только боевое украшение корабля – грозно смотрящая вперед деревянная голова – вдруг со скрежетом пошевелилось. Потом еще раз. И все стихло. Волны плескались о борт судна. Затем в обветренной темноте дерева вдруг раскрылись глаза, налитые багряным светом и вполне даже зрячие. Голова пошевелилась снова, несколько раз дернувшись, словно пытаясь отъединиться от обшивки судна. И вот уже со стоном ломающихся досок от носа корабля к воде наклонился извивающийся торс. Еще несколько мучительных освобождающих движений (словно насекомое выбиралось из кокона), и маленькая фигурка юркнула на берег. А на носу судна вместо головы остался зияющий чернотой пролом.
Карла Феорг сделал глубокий вдох и ожил окончательно. Прячась в тени, гоблин двинулся в город. Незаметно прошмыгнул через открытые ворота. Карла Феорг умел быть незаметным. И бесшумным. Это его умение вполне пригодилось Карле, когда он входил в покои Льва VI. Дежурившие здесь кентархи уловили какое-то движение, но Карла уже слился с мраморной колонной – лишь его моргнувшие глаза блеснули в темноте.
Карла Феорг знал, где находится черный арбалет. Он был его создателем и чувствовал оружие, зачарованное ядом земли. Совсем скоро он забрал его. А еще через какое-то время Карла был уже у зияющего черного проема на носу боевого корабля. Карла водрузил себя обратно, слившись с обшивкой судна. Его глаза закрылись, и гоблин заснул – до времени. Словно опять растворился в очертаниях боевого дракона, украшавшего драккар. Правда, теперь в хищных лапах дракона покоилось какое-то неведомое оружие, но, одеревенев, оно стало почти неразличимым. И теперь никто бы не смог предположить, что на носу корабля теплится, спит тайным сном какая-то неведомая темная жизнь.
Армия Олега собиралась в обратный путь. За приготовлениями руссов к отплытию со сторожевой башни наблюдали оба базилевса, посланник Велизарий и епископ.