Роман Канушкин – Страх (страница 48)

– Ну, и сколько их? – Базилевс посмотрел в чашу с водой – солнечные блики играли на ее стенках.

– Флот растянулся вдоль побережья, но мы сочли каждый корабль. – А потом голос кентарха дрогнул. – Их две тысячи.

Судорога гримасой боли все же прошлась по лицу Льва VI, он отставил чашу и негромко произнес:

– Значит, Олег привел сюда князей всех земель, что собрал под своей рукой.

Базилевс замолчал, глядя на Босфор, по которому к столице империи уже двигалась неисчислимая рать. Молчал и кентарх. И тут подал голос император Александр:

– Ну да, всех скифо-славян и прочих варваров, что поклоняются деревьям в своих сумрачных лесах и зловонных болотах.

Базилевс Лев VI по-прежнему молчал. Только глаза его сделались какими-то очень темными. Потом он сказал:

– Что ж… День предстоит сложный. Путь по Босфору даже при попутном ветре… В любом случае я успею посетить термы.

Лев VI неспешно поднялся, омыл руки в чаше и вдруг резко обернулся:

– Готовьте город к длительной осаде: будем ждать подхода легиона Маврикия Диогена. Цепи поднять в последний момент: они попытаются прорваться в Золотой Рог.

– Мы можем напасть на них с воды, – предложил император Александр, даже не скрывая ноток беспечности в своем голосе. – Наши галеры быстрее кораблей варваров. Лобовой таран…

– Таран?! – вдруг гневно вскричал Лев VI, и Александр осекся. Базилевс плотно сжал губы, подавив вспышку ярости, и лишь прошептал: – Время. Нам надо тянуть время…

Потом базилевс спокойно посмотрел на брата и заговорил ровным голосом, как ни в чем не бывало, словно гнев его был направлен вовсе не на Александра, а на быстроходные галеры и грозного противника, что уже двигался по Босфору.

– В узких проливах наш маневр не удался бы. – И лишь кентарх Михаил услышал нотку усталой раздражительности, что мелькнула в голосе базилевса, раздражительности или… брезгливости. – Викинги только и ждут, чтобы броситься в рукопашную, где не имеют равных. Окажись они на наших галерах, мы потеряем флот. Нет, у меня припасено кое-что другое…

Базилевс обратился к Михаилу:

– Я думаю, они разделятся. Пойдут на штурм и с суши, и с моря. Пошли фему Никифора им навстречу. Но основные наши силы остаются за стенами. – Глаза базилевса сузились, и он задумчиво добавил, словно выдохнул: – Кое-что другое… Огонь Льва пора перенести к цепи.

Небо греков обжигало глаза и сердца воинов своей синевой, а там, где сливались моря, раскинулся сказочный город, который с придыханием именовали Царьградом.

Часть кораблей была выброшена на берег, где воинов князя Олега ожидали построенные «черепахой» легионы Империи; большая же часть драккаров устремилась по заливу Золотой Рог на штурм городских ворот.

На крепостной стене Царьграда, способной выдержать осаду любой армии, стояли оба императора – базилевсы Лев и Александр отдавали приказания своим военачальникам. Здесь же находился посол Велизарий.

– Поднять цепь! – громко приказал базилевс Лев VI. А потом, глядя на Александра, добавил: – Болгарин не врал. Их корабли действительно затмили горизонт.

Открывающаяся со стен картина была пугающей. Все море и пролив были в кораблях руссов. В предместьях города горели богатые виллы знати.

– Проще было с ними договориться, – в сердцах процедил базилевс Лев.

– Им не войти в Золотой Рог! – не без надменности возразил Александр.

– Две тысячи кораблей, – с тревогой покачал головой Велизарий. – Кто мог ожидать, что Олег соберет такую рать?!

– Ты! – с укором бросил ему Лев. – Ты должен был ожидать!

– Вперед, Скёльдунги! – крикнул князь Олег, спрыгивая на берег. Авось, Фарлаф и Свенельд, подняв оружие, следовали за князем. Здесь же был и древлянин Лад – он выказывал себя храбрым и искусным воином.

Впереди их ждала ощетинившаяся, укрытая щитами «черепаха». Легионы в сплошном панцире брони казались неуязвимыми.

Княжич Игорь тем временем вел корабли по заливу на штурм городских ворот.

Раздались низкие звуки рога. Огромные колеса, снабженные шестернями, пришли в движение, и из воды, перекрывая вход в залив, стала подниматься массивная тяжеловесная железная цепь. Некоторые ее звенья были опутаны водорослями. Первые же корабли руссов уперлись в нее и беспомощно закачались на волнах, не в состоянии продолжать движение. Гигантская цепь тянулась от стен города до противоположного берега залива.

– Вытащим корабли на берег и перенесем их за цепь! – скомандовал княжич Игорь. Он посмотрел на городскую стену: цепь тянулась от мощной башни, за зубчатой стеной которой у бойниц укрывались защитники города. Но рядом с башней, над берегом, цепь висела достаточно высоко, и под ней запросто можно было протащить корабль волоком.

Первые же атаки руссов на «черепах» были отбиты прекрасно обученными легионерами Империи.

– Кусаются! – глядя на стройные ряды противника, обронил Фарлаф. И не удержался от похвалы: – Хорошие воины.

Лад вложил свой меч в ножны.

– Вот где бы не помешал мой самострел, – сказал он.

Фарлаф глянул на него с интересом.

– Какая прекрасная мысль! – непонятно похвалил берсерк.

Рас-Тархан, как и обещал, привел на помощь Олегу часть своих всадников. Фарлаф посмотрел на укрытую броней «черепаху». Потом на хазарского военачальника.

– Доблестный Рас-Тархан, – обратился к нему берсерк, – не найдется ли у тебя нескольких храбрых воинов?

– Во всех моих воинах достаточно храбрости, – отозвался Рас-Тархан.

– Э-э, я имею в виду – легких, – уточнил Фарлаф, и глаза его при этом хитро заблестели. Берсерк предпочитал воевать пешим, но сейчас объяснил Рас-Тархану, почему готов сделать исключение. Хазарин посмотрел на него изумленно, потом усмехнулся:

– Можно попробовать.

Олег в это время строил гридней для новой атаки. Когда он увидел, чем в это время занят берсерк, князь лишь проговорил, опешив:

– Да он рехнулся!

С длинным тяжелым и крепким копьем Фарлаф на хазарском коне помчался на построенный легион. Рядом с ним с одной стороны скакали легковооруженные хазарские всадники, а с другой – всадники с пучками длинных копий. Перед самой «черепахой» Фарлаф резко развернул коня вдоль вражеского строя, подхватил из седла на свое копье легкого хазарского воина и, не сбавляя хода, опустил хазарского воина в самый центр «черепахи». Он в буквальном смысле швырнул его на врагов. Фарлафу бросили еще копье, – и еще один хазарский воин обрушился на «черепаху», сея разгром в безупречно выстроенных рядах.

Во взгляде Лада смешались восхищение и уязвленная гордость.

– Вперед! – крикнул Олег, увлекая за собой дружину.

Вот уже и Фарлаф, вскочив ногами на седло, бешено вращая топором, с ходу прыгнул в гущу легиона. В рядах противника образовалась брешь. Олег и Авось, сражаясь бок о бок, устремились в нее. Совсем скоро безупречные ряды легионов дрогнули и рассеялись под натиском руссов. Греческий военачальник сумел организовать их построение и относительно стройное отступление в город. Поле осталось за князем Олегом.

Но это была единственная победа, которую военная удача приготовила сегодня для князя.

Снова низко протрубил рог. Драккар, который первым был вытащен на берег, оказался сейчас ровно под цепью. Княжич Игорь уже праздновал скорую победу.

Орудие, появившееся на башне, из которой уходила перекрывавшая залив цепь, было страшным. Его венчала бронзовая голова льва с пастью, раскрытой в зловещем оскале. И как только рог протрубил во второй раз, из пасти льва выплеснулась мощная струя огня. Драккар, вытащенный на берег, немедленно вспыхнул. Страшное пламя и грибовидный столб дыма поднялись над судном. Игорь обернулся. Несколько воинов, объятые немыслимым пламенем, практически испеклись прямо на глазах. Люди в ужасе прыгали в воду, но продолжали гореть и там.

– Боги, что это? – Голос Фарлафа впервые дрогнул.

– Греческий огонь, – хрипло прошептал Олег.

Рог протрубил еще раз. Слепая голова бронзового льва поднялась чуть выше. И снова дохнула струей пламени. Теперь огонь охватил корабли, стоявшие у цепи.

– Отходите! – закричал Игорь.

Вновь беспощадный рог. Пламя хлынуло еще дальше, сея огненную смерть. Все корабли, пришедшие с Игорем к цепи, были охвачены жарким пламенем. Воины тонули в водах залива, а над их головами полыхала бездна.

– Греческий огонь, – как завороженный, повторил князь Олег. – Я думал, это легенда.

Князь вложил меч в ножны.

– Свенельд, – сказал он, – вели Игорю возвращаться.

Красный закат полыхал над царственным городом. А в заливе догорали остатки Олеговых кораблей.

– Эти стены не взять, – проговорил Олег, глядя на мощную неприступную стену, опоясывающую Царьград. На башнях стояли суровые воины и молча смотрели на руссов. Обе стороны понесли сегодня серьезные потери. – А к воротам не пробиться.

– Мы возьмем их в осаду! – сказал Фарлаф. – Рано или поздно они сдадутся.

– Время против нас, – покачал головой князь Олег. – Скоро сюда стянутся войска со всей Империи.

А на следующий день подул сильный ветер.

Ветер дул с моря. И флаги, развевающиеся на воткнутых в землю шестах, плескались в сторону города.

Авось сидел на берегу и смотрел в воду. Он опять, как в детстве, смастерил кораблик. Но ветер дул настолько сильно, что игрушку прибило к берегу, и теперь безжалостные порывы нещадно били ее о камни. Авось пожалел кораблик и вытащил его из воды. Положил на отмель, где валялись обрывки высушенных, выбеленных солнцем и ветром водорослей. Вот Авось и увидел Царьград, о котором давно, целую жизнь назад, спрашивал у отца.