Роман Булгар – Выстрел в спину (страница 6)

– Дядя-дядя! – потянула рыжая девчонка семи лет его за руку. – Пойдем, я покажу тебе свои игрушки.

– Да тут целое царство зверей! – произнес восхищенно он, и польщенный ребенок заулыбался.

Старшая дочка была вся в маму. Такой же Рыжик, как и она. А ее средний сын Женька был весь в отца. В ее первого мужа Малахова. Тот же взгляд. Те же глаза. Родила, видно, Сана его после смерти мужа. А младшенький Павлуша больше был похож на Ковальчука, ее второго мужа. Годовалый или около того мальчишка-бутуз вдоволь наелся материнского молока, забавно пускал слюни, ярко поблескивая по сторонам живыми глазенками. Толкался малыш ножками, а ручонками дергал и цеплялся за подвешенные погремушки.

– Я даже не знал, Сана, что у тебя родился еще один ребенок, – наклонился Макс опасно близко к женскому уху. – Помнится мне, что ты собиралась уходить от своего мужа и говорила ты об этом с обдуманной решимостью…

– Я передумала… – вздохнула Оксана.

Когда Лешка спас ее, вызволил из рук похитителей, она передумала и поняла, что Ковальчук слишком много для нее значит, чтобы одним взмахом руки выбрасывать его из своей жизни. Пришлось ей смириться с тем, что Малахова больше нет, что еще одного такого же она уже не найдет. И ее Лешка вполне подходит для того, чтобы прожить с ним остаток жизни. Она его по-своему любит. Не так и без остатка, как Жеку, но любит. Этого ей будет достаточно. И чтобы скрепить их чуть было не развалившийся по ее вине союз, она решила, что у них должен быть общий ребенок. А как Лешка радовался рождению Павлуши. Так радовался…

– Он, понимаешь, Макс, – моргнула Сана, – столько для меня сделал. Я должна была дать ему это, должна…

Что-то затаенное уловил мужчина в ее словах. Что-то не слышно было большой в них радости.

– Ты, Сана, – заглянул он в ее глаза, – как будто бы оправдываешься. Передо мной? Но кто я для тебя? Или же ты оправдываешься перед самой собой?

– А ты как об этом думаешь? – встряхнула она резко головой, уходя от его затягивающего в трясину взгляда.

Если вовремя не соскочить с крючка, то вмиг подсекут. И не заметит она и не поймет, как окажется в его сачке.

– Я? – прищуриваясь, протянул Макс.

Что он сам об этом думает? Трудно понять. Он так давно ее не видел. Со временем ему стало все отчетливее казаться, что все то, что произошло с ними, ему просто приснилось. Но эти ее слова. Они неспроста…

– Я пока еще сам не знаю, – ответил он с дипломатичной уклончивостью. – Дай время определится…

– Макс-Макс! – легли женские руки легко на его плечи, и ее дыхание приблизилось. – Зачем ты приехал? Своим появлением ты взорвал мое установившееся спокойствие.

– Зачем, спрашиваешь? – сощурился гость.

Вот Сана и проговорилась. Выходит, что он ей вовсе не безразличен. Только так и никак иначе звучат ее слова.

– Ты… ты вспоминала обо мне?

– Нет, Макс, не обольщайся, – покачала она головой. – Я постаралась о тебе забыть. Я постаралась и выкинула из головы все ненужные мысли. И, кажется, мне это удалось. Но вот появился ты, и все рухнуло! В один миг. И стоило мне так мучаться, изгоняя тебя из своих дум.

– Ты… ты любишь меня?

– Макс!!! – вырвался из ее груди мучительный стон.

Оксана была на грани отчаяния. Зачем только он приехал и всколыхнул все вроде уснувшие чувства к нему?

– Я не знаю, как назвать это чувство. Ты напоминаешь мне Малахова, у меня нет сил бороться с этим наваждением. Зачем ты сюда приехал? Мне было так спокойно, по крайней мере, я с трудом смогла убедить себя в этом…

– Сана…

– Подожди, Макс, – взмолились растерянные женские глаза. – Не торопи меня. Сейчас придет няня и заберет детей. А пока дай мне подумать. Это столь неожиданно. Я не готова была увидеть тебя. Я боюсь, что…

В дверь зазвонили. Рыжие девчачьи косички метнулись в прихожую, прильнули к отверстию глазка.

– Мама! – донесся высокий детский голосок. – Это тетя Юля с нашей няней пришла.

– Открой. Я сейчас выйду и помогу! – распорядилась Оксана, придав лицу непринужденную беспечность.

– Горох, слушай мою команду. Выходи строиться! – выдала Рыжик распоряжение своим братишкам, и сама первая побежала собираться. – Шевелись, горох!..

Четко выполняя команду старшей сестры, Женька на мгновение застыл у детской кроватки, как бравый оловянный солдатик. А Павлуша, радостно улыбаясь, наоборот, еще чаще засучил ножками. Втроем взрослые быстренько всех собрали. И шум детских голосов все удалялся и скоро скрылся за дверью, и там уже он окончательно стих.

А их мать еще постояла у порога, не решаясь сделать последний шаг. Зачем она пригласила его к себе домой? Ох, Сана-Сана! В какую же пропасть она летит?! И сама же этого и хочет. Хочет? Да-да, хочет, очень хочет…

– Ушли… – тихо произнесла Оксана, когда вернулась.

Макс стоял и смотрел в окно.

– Ушли, – повторил он, как эхо, поворачивая к ней голову. – А где сейчас твой Ковальчук?

– Он это… в командировке, – приподняла женщина руку, словно отмахиваясь от призрака мужа. – Будет где-то только через неделю… – произнесла она и моргнула.

Зачем он про это спрашивает? Или он боится, что вот-вот заявится обманутый муж и закатит грандиозный скандал? Почему он все стоит у окна? Или он так до сих пор еще ничего не понял? Или не может в это поверить? После того, как она два года назад жестко расставила все точки над «I» в их отношениях. Но столько воды с тех пор утекло.

– Где он, Сана, теперь устроился? Он же, как я слышал, тоже после того уволился из прокуратуры?

– Его попросили уйти… – появилась кривая усмешка на женских губах. – Он работает в холдинге «Прометей».

– В том, что создал Малахов? – почувствовал за спиной ее дыхание он, круто повернулся и взял ее руки в свои.

Его губы сами потянулись навстречу ее губам.

– В нем самом, – ответила она и замерла в ожидании.

Один легкий поцелуй, другой. Как упоительны ее губы. Он еще не забыл их вкус. Его нельзя забыть.

– Сана… – шептал он, отрываясь от ее медовых уст.

– Подожди, Макс. Мне надо позвонить, – выставила она перед ним одну руку, второй дотянулась до телефона.

Внезапно возникшее препятствие вырвало из мужской груди разочарованный вздох:

– Кому ты звонишь?

– Сейчас сам узнаешь, – появилась на ее губах загадка.

Наконец, абонент ответил.

– Слушаю тебя, Оксана, – различил Макс в раздавшемся голосе знакомые ему нотки, где-то он их слышал.

– Саша, у нас тут, оказывается, нарисовалось одно очень-очень срочное дело. На выезде.

– Далеко? – не удивились на том конце ничему.

Будто это было им делом привычным, сорваться с места и мчаться сломя голову неизвестно еще куда.

– Прилично…

Теперь-то Максу стало совершенно очевидно, что Сана приняла решение, окончательно определилась.

– Кто поедет? – последовал вопрос по делу.

– Ты со мной и группа из трех специалистов, – уточнила Оксана, сосредоточенно глядя поверх дверного косяка.

– Я понял. Когда выезжаем?

– В полночь… – глянув на гостя, женщина слегка его потомила затянувшейся паузой.

– Нет вопросов…

И у Макса, по сути, тоже не осталось вопросов. Нет, все-таки это была удивительная женщина. Она всегда поражала его своим умением принимать быстрые и, что самое главное, верные и нужные решения.

– Скажи-ка, Макс, зачем ты приехал? – приближались ее голубые глаза-озера и становились огромными. – Неужели, это не мог сделать кто-то другой? Ты… вы… это… специально… тебя. Ты… – прошелся ее пальчик по его губам, одновременно и лаская, и требуя ответа.

– Я люблю тебя, люблю. И ты это знаешь…

– Знаю, знаю, – прошелестело тихим ветерком возле его уха. – Но я, как тебе это известно, замужем. А это что-то, да значит. По крайней мере, для меня самой. И на этот раз уходить от своего мужа я не собираюсь, как это было в наших отношениях два года назад. Тебя это, Макс, не смущает? – пробежались ее пальчики нежно по его скулам.

– Понимаешь, Сана… – не дернулась ни одна черточка на его невозмутимо-спокойном лице.

Макс давно вышел из того возраста, когда его смущали некоторые стороны морально-нравственных вопросов.