Роман Булгар – Девчонки, погоны. Книга III. Обстоятельствам вопреки (страница 15)
– Никакой ошибки, Кузнечики, нет! – кинул в сторону Крис быстрый взгляд, не стал больше юлить, изворачиваться, прямо заявил им генерал. – Вы будете служить в городе под нашим неусыпным присмотром! Это не обсуждается!
– Что? – ахнула Ника.
– Как? – охнула Вика.
Если бы не Кристина, принесшая стульчики, близняшки тут же упали бы, шлепнулись бы своими вконец ошарашенными задницами на жесткий пол. Усевшись и отдышавшись, они задали Максу в их незавидном и ужасном положении вполне резонный и имеющий быть место насущный вопрос:
– А как же наши любимые мужья?
– А что с вашими мужьями? – моргнул непонимающе генерал. – Что с ними снова и опять не так?
– Они же ждут нас! – вскочили Ника и Вика, и обе с двух сторон обступили Шпака. – Ваше Превосходительство!
– Они вас пока подождут! – обнял обеих сестричек и широко улыбнулся им Макс. – Они подождут…
Ничего не понимая, сестрички каждая со своего бока теребили и тянули Макса за рукава его военного мундира:
– Чего и сколько они еще подождут? Мы так вскоре и вовсе останемся без наших мужей! Уведут их гарнизонные шалавы! Они у нас перспективные, недавно по роте получили! Найдутся в их бригаде ушлые разведенки, живо умыкнут наших Кузнецов! И чё мы, две неприкаянные кулемы, останемся на бобах?
– Они вам так, изменщики, сильно нужны? – прищурился Шпак хитренько и одновременно изучающе. – Найдем мы вам в Генштабе моложавых полковников с положением…
– Дядя Макс! – охнули девицы хором. – Это совсем не смешно! Мы любим наших мужей! Мы хотим к ним!
– Скажи им, – посмеивалась Крис, – не мучай понапрасну! А то их кондрашка хватит! Придется скорую вызывать, на лечение и восстановление нервов большущие деньги тратить. Дешевле нам обойдется, если больше иезуитски не тянуть кота за хвост…
Щелкнув сестричек по их носикам, Макс объявил:
– На днях Кузнецы получат приказ убыть на Курсы, до Нового года будут находиться в городе. И зачем вам, спрашивается, уезжать подальше от них? Я в этом смысла не наблюдаю…
– А дальше-то что? – вскрикнули разом близняшки. – Что будет дальше? Они быстренько отучатся, и оглянуться мы не успеем, уедут к себе, и ищи, свищи их с ветром в поле…
Выдержав томительную паузу, Макс доложил:
– После курсов они оба получат новые назначения…
– И куда? – замерли в ожидании Кузнечики.
– В ту бригаду, что стоит за городом! – пояснила Крис, прерывая все их тяжкие мучения. – Майорские должности под них уже зарезервированы, ждут их, дожидаются…
Таковский поворот дела многое менял, но обеим сестричкам хотелось бы, кроме пустых слов, услышать что-то большее:
– Ваше Превосходительство, она… вы не шутите?
– Когда я с вами, Кузнечики, на подобные и серьезные темы шутил, а? – согнал генерал мгновенно улыбку со своего лица. – Машины приличные и новые у вас имеются. Покатаетесь!
– И долго это… мы так будем кататься? – наседали на генерала близняшки. – До самой нашей пенсии?
– Ну, зачем же? Через годик-два мы переведем их в город, – загуляла снова по губам Шпака загадочная улыбка.
Аппетит приходил во время еды, и двум сестричкам сразу же захотелось много больше того, что им уже предложили:
– А сразу что, нельзя было их в город перевести?
– Не все сразу, милые Кузнечики! – приподнялся вверх, остужая их, генеральский палец. – Терпение! Вы уже больше терпели! Еще потерпите чуток. Родите вы своих первенцев. Рядом с вами будем мы, рядом будет ваша сестрица. Поможем, присмотрим. Там, в чертовой глуши, кто вам поможет, кто за вами присмотрит?
– Ну, ежели так… – пожала неопределенно Ника плечом. – Если с этой стороны на все посмотреть…
Вика промолчала, почесалась в затылке, вздохнула.
В воскресенье девчонки собрались в узком кругу, одни и без своих мужей-кавалеров, которые находились далеко и на службе, и в неблизких к столице гарнизонах. Левченко уезжала в Брюссель.
Скорый поезд на Вену отходил от железнодорожного вокзала в два часа дня с копейками. Дашка и сестрички Ковальчуки пришли, чтобы вместе в последний раз посидеть вместе с Олей и проводить ее в дорогу.
– Ох, девки, боюсь! – зажмурила Оленька глазки. – Сама себя кляну за то, что согласилась на эту полную авантюру! Поехала бы я в часть к Зимину, горя не знала бы! Жорка бы все для меня заранее устроил бы, подготовил бы почву, соломкой все выстелил бы…
– Да мы и сами, Оленька, все извелись! – вздохнули тяжело близняшки. – Наше бывшее начальство что-то темнит, всю правду не говорит. Ох, не нравится нам это все! Поехали бы мы лучше к нашим Кузнецам! С ними ничего не страшно! А в городе начальства полно, ужас один! Как тут можно только служить…
– А мне, девки, все едино, куда и кем! – заявила бесшабашно Дашка, опрокидывая в себя очередную рюмку. – Поеду в Приморск, еще три месяца пляжного сезона! Оторвусь по полной!
– Ага! – хмыкнула Оленька угрюмо. – Запрут тебя, Даш, на полигоне в Шабо, накупаешься ты в пыльной степи! Посреди овец и баранов поставят тебе надувной бассейн…
– Типун тебе, Левка, на язык! – поморщилась Чиж. – Я попрошу, чтобы меня в самом городе оставили!
– Так они тебя и послушали! – покачала язвительно своей головой Виктория. – Таких, как ты, умных там пруд пруди…
– А я им глазки сострою! – подмигнула подругам Чиж.
– Уж лучше скажи, что ноги расставишь! – поморщилась Оля. – Это у тебя из нас четверых лучше всех выходит!
– Иди ты, Левка, к черту! – нахмурилась Даша. – Пока замуж не выйду, больше никому не дам! Ни одному рогатому козлу с длинной бородой и ни одному усатому коту с длинным хвостом!
– Ага, зарекалась наша коза капусту не есть! – хохотнула одна из сестер-близняшек.
– Свежо предание, да верится с трудом! – вторила Ника сестре. – Расскажи-ка эти басни кому-нибудь другому…
За сорок минут до отправления поезда появилась Кристина. Подмигнув сестричкам и Дашеньке, Костенко тожественно вручила Оленьке дорогущий и навороченный ноутбук, шепнула на ухо:
– Левка, ты даже и не вздумай отказываться! Тут установлена новейшая суперпрограмма-переводчик. Программа считывает любые документы, сканы и снимки, преобразует аудиозаписи в текстовые документы и переводит. Тебе останется только отредактировать и немного подправить стилистику…
– Спасибо, Кристина! – моргнула Оленька признательно. – Даже не знаю, как тебя, Принцесса, отблагодарить!
– Все путем, Левка! – улыбнулась лучезарно Костенко. – Удачи тебе по освоению штаб-квартиры НАТО…
Стоя у окна, Оленька с грустью в глазах смотрела на своих самых лучших и близких подруг. Трудно же придется ей на чужбине одной. И хуже всего то, что Жорки Зимина рядом уже не будет, не примчится Зимушка к ней по первому же ее зову.
Вагон качнулся, и перрон поплыл назад. Взгляд упал на расписание движения, и Оля вздохнула. Почти еще сутки добираться ей до Вены, а там ее ожидала пересадка до поезда на Франкфурт-на-Майне. Больше двух суток в пути и две пересадки. Хотелось бы ей верить, что все это стоило того. Но, пока не упадешь, не узнаешь, что впереди тебя ожидает яма…
Дашкин скорый поезд в Приморск отправлялся около полуночи. Помахав ручкой сестрам-близняшкам, Чижик открыла дверь в свое купе, устало плюхнулась на диванную полку.
На нее в три пары глаз уставились парни-студенты, которые ехали на южное море, чтоб отдохнуть на пляже после изнурительной учебы, с интересом разглядывали высокую и стройную девицу, что поперлась в южный курортный город с огромным чемоданом и двумя поистине неподъемными дорожными сумками.
– Чё зенки раззявили? – цыкнула на них Дашка. – Губки закатайте и живо все на боковую! Никаких пьянок и картежных игр! Кто меня не понял, тот с вещами на выход! Я вам не нянька и цацкаться с вами не собираюсь! Кто мне не верит, бегом вышел в коридор, я с ним отдельно переговорю, прочищу ему мозги!
Ее поняли, и через пять минут свет в их купе погас. Огорошенные ее крутым наездом попутчики один за другим дружно засопели во все свои шесть дырок, а вот к самой Дашке сон издевательски не шел, не отправился с нею в Приморск.
– Ах! – вздохнула девушка тяжело и перевернулась на другой бок. – И напилась бы до чертиков, но нельзя! С утра переоденусь в форму и пойду на свою Голгофу. А ежели я сейчас до чертиков напьюсь, то завтра я уже никуда не пойду…
Сидя в кафе, она перед своими подружками лишь делала вид, что ей и море по колено, и хорохорилась, на самом деле, Дашенька отчаянно трусила. Глубоко внутри начало зарождаться и шириться нехорошее предчувствие. И она по своему опыту знала, что ни к чему хорошему эта поездка ее не приведет, что в Приморске, скорее всего, ее ожидает полное фиаско.
Училась Дашка не особо прилежно, по распределению попала туда, куда ее послали. Чиж рассчитывала, что ей найдется местечко в областном городе, в Приморске, где располагался штаб Юго-Западного оперативного направления. Очень она надеялась, что ей, несмотря на все ее предчувствия, все-таки повезет.
Но судьба-злодейка решила сыграть с нею злую шутку, сполна и изуверски поизмываться и жутко поиздеваться над нею.
Все началось с того, что, слезая с подножки вагона, Дашенька поломала каблук своих самых любимых и не самых дешевых туфель, что привело ее в полнейшее бешенство.
– Твою дивизию мать! – выругалась она вполголоса и посреди перрона начала копаться в чемодане, отыскивая в его глубинных недрах свою запасную обувку. – Вот же уроды! Не могли перрон продлить до самого последнего вагона…