Роман Булгар – Девчонки, погоны. Книга III. Обстоятельствам вопреки (страница 12)
– Можем мы и попробовать… – согласилась неожиданно легко девушка и дала согласие на их брак по расчету. – Только ты не думай, что этой бумажкой ты прикуешь меня к себе. Она в нашем с тобой случае ничего особого значить не будет…
Почти три года прошло с того дня. Зимин ей всегда, как и чем только мог, помогал, и она ни разу не пожалела…
После занятий Оленька отправилась в город. Она на все свои сбережения купила Жорке дорогущие мужские часы, заказала гравировку на корпусе с надписью: «Зимушке от Левушки».
Поздравляя парня с окончанием военного института, Оленька протянула ему коробку с часами, коснулась губами его лица.
– Помни, Зима-Зимушка, и не забывай про свою Леву-Левушку! – покатилась по девичьей щечке расстроенная и глубоко опечаленная слезинка. – Знай, что мне будет тебя не хватать…
Читая надпись, Жорка окончательно утвердился в том, что Оля его очень любит, только не желает в этом признаться, попросту она боится громко и вслух об этом ему заявить. Может, она не верит в то, что он в состоянии помочь ей занять достойное место в этой жизни, а потому и мечется девчонка, совершенно не знает, в какую сторону ей податься. И в свете всего этого ему ничего не светит. Пока или практически никогда. Или и вовсе никогда…
Всю оставшуюся ночь после шумного ресторана гуляли они по городу, молчали, боялись лишним словом разрушить щемящее их сердца упоительное единение двух любящих друг друга душ.
В восемь часов утра Оля с дорожной сумкой стояла на КПП, ждала майора Ткачука, который должен был сам отвезти ее на загородную базу зарубежного отдела одного из многих управлений Министерства обороны. С этого мгновения начинался ее стаж…
4
Сполна насладившись лицезрением всеми овладевшими бедной девушкой эмоциями, чужак снисходительно хмыкнул:
– Значит, это вы, барышня, покорили нашего шефа вашим знанием иностранных языков и специфической терминологии. Но я и представить себе не мог, что вы не парень, а девушка…
Прищурив глаз, Оленька выжидающе смотрела на капитана, прокручивала в уме, детально переваривала всю полученную ею информацию. Выходит, про нее не забыли, титанические старания ее не пропали даром, не пошли они прахом.
Узнав, что ее одну могут отправить на стажировку в один из заграничных отделов, Оля сначала растерялась, упала духом, начала психовать, метаться по своей комнатке, наткнулась на зашедшего в блок командира их отличного отделения.
– И чего тебе, Левка, опять не так? – прищурилась Костенко. – То тебя, зайка, страшно не устраивала граница с румынами, то снова ты на всю нашу общагу начинаешь гнать истеричную волну. Что именно, Оля, тебя не устраивает сейчас? – смотрела Крис на нее с изучающе укоризненной улыбкой. – Выкладывай, не бойся, очисти свою душу и совесть свою…
– Я чувствую, Принцесса, как плюхнусь я и сяду в лужу! Это же заграничный отдел! – выдохнула Оленька.
– А что там, зайка, и не такие же люди пашут? – прищурилась иронично Костенко. – Или у них две головы на плечах? Ты не хуже них знаешь все языки! Не дрейфь!
– Я знаю, Крис, что мне не хватает специфических знаний! – призналась Левченко и тяжело вздохнула.
– Это все поправимо! – пожала Кристинка плечом. – Возьми иностранные журналы, почитай! Время у тебя есть, вагон и целая тележка! Возьми специальный технический словарик, выпиши все, что тебя интересует, и вызубри наизусть!
– Словарь-то я, Крис, найду, а вот эти журналы… – протянула нерешительно Оленька. – Их у нас в библиотеке нет!
– Журналы я тебе эти, зайка, дам! – усмехнулась Костенко. – Почитаешь про организацию и вооружение стран НАТО, набьешь себе глаз, поднатореешь в технических терминах…
В течение целой недели Оленька усиленно зубрила, не ложилась спать, пока она не проштудирует пару-тройку журналов. И это дало результаты. Во время собеседования и сдачи тестов она произвела на начальника отдела хорошее впечатление…
Приставив палец к губам, капитан Щербина показал ей глазами на лестницу, и она послушно пошла вслед за ним. На улице чужак ей негромко сказал-пояснил:
– У нас в отделе вдруг оказалась вакансия, и Павел Сергеевич предложил на это место вашу кандидатуру…
Оля почувствовала, как внутри у нее все встрепенулось. Павел Сергеевич Сухов два года назад был майором, служил в заграничном отделе, сидел на должности зама отдела. А вот капитана Щербину она видела в первый раз.
– Простите же меня, э-э-э, Вадим Анатольевич, – потупилась Левченко, – я вас не совсем поняла! Вы хотите мне сказать, что меня могут взять в ваш отдел? Тот самый? Или вы мне про что-то иное изуверски тут пытаетесь втереть…
– Ну, а чего бы это я, – усмехнулся Щербина, – приперся бы, а? Посмотреть на то, как одна голая девица бреет себе ноги? Так за этим самым мне не стоило переться в этакую даль…
– А чего вы заперлись в женскую общагу? – съязвила в ответ Оленька. – К нам особи мужского пола обычно не ходят…
– Да я, – поморщился смущенно капитан, – говорил же тебе, Левченко, что думал, что ты у нас мужик, а ты…
– А я, – нервически хохотнула Ольга, – оказалась бабой с двумя сиськами! И как они вам, Вадим Анатольевич?
– Вполне! – улыбнулся капитан. – Зачетные у тебя титьки! В моем вкусе! Рассчитываю на успешный подкат!
– Я замужем! – заявила Оленька твердо и даже успела подумать о том, что ее брак с Зиминым может стать для нее хорошей защитой от наглых посягательств всяких ловеласов. – У меня законный муж лейтенантом служит!
– Пардон, мадам! – моргнул Щербина озадаченно. – Не знаю, как вас по имени-отчеству величать!
– Ольга Владимировна! – приподняла Олька свою голову и негромко, но твердо и с достоинством произнесла.
– Не обижайтесь, Оленька Владимировна! Для меня брак – это святое дело! Тем более, если и мужем у вас офицер! – проскользнула извиняющаяся улыбка по губам капитана.
До КПП оставалось еще с десяток шагов, капитан остановился, раскрыл свою папку, вытянул из нее файл:
– Ознакомьтесь с этим, Ольга Владимировна! Если вас все тут устраивает, наши кадровики немедленно начнут подготовку ваших документов для службы за границей…
– А у меня что, есть выбор? – отступила чуть назад Оленька, наклонила голову набок и прищурила один глаз.
– Выбор есть всегда… – пожал Щербина плечом. – Но я думаю, что вам следует немедленно соглашаться!
– Я боюсь ошибиться! – вздрогнула девушка нервно. – А вдруг у меня ничего не получится, и я сяду в лужу!
– Пока сам не проверишь, про то и не узнаешь! Но у вас все, Ольга Владимировна, получится! Я в этом просто убежден! – излучал стоявший рядом капитан полнейшую уверенность в том, что он ей говорит. – Да вы читайте, читайте…
Со всем тщанием Оленька изучила весь документ, от корки и до корки вычитала и не один, а цельных два раза.
– Если вы со всем согласны, то поставьте вашу подпись! – протянул Щербина вполне занятную на вид ручку.
Глубоко вдохнув, Олька проставила число, расписалась, шумно выдохнула, подняла мятущиеся глаза на офицера. В ответ тот тепло улыбнулся, галантно раскланялся:
– Приятно было, Оленька, с вами познакомиться! Да, особо никому по этому поводу пока не распространяйтесь…
– А моему начальству? – прищурилась Олька.
– Начальник факультета в курсе, – улыбнулся Щербина. – Всем остальным оно будет известно в части их касающегося…
Возле тумбочки дневального сидела на стульчике Дашенька, от нетерпения она ерзала по жесткому сиденью любопытной задницей, выставила одно свое ухо в сторону лестницы.
– И чего они, Оля, хотели от тебя? – вскочила Чижик со стула и подбежала к ней. – Я про наглого капитана…
– Сватали меня на одну хорошую должность! – не стала ничего скрывать Левченко от своей самой близкой подруги.
– Это то, о чем я подумала? – прищурилась Даша.
– А о чем ты подумала? – моргнула Ольга непонимающе.
– Я это… слышала, что капитан что-то квакнул про твой стаж, и подумала, что ноги растут именно с того самого места.
– Ты правильно, Чижик, подумала! – кивнула Олька.
– Ну я, Левка, рада за тебя! Сегодня мы пойдем и напьемся! – потерла подружка свои радостно запотевшие ладошки.
– Непременно напьемся! – сверкнула Оля своими возбужденно-напряженными глазками. – Но только лишь после того, как я своими ушами услышу на плацу Приказ…
Через час в комнатке появилась Костенко, поставила на стол четвертинку коньяка, вытащила стопочки, плеснула:
– Давай, Оленька, бахнем за тебя! А то ты все плакалась, про румынскую границу невесть еще какую околесицу несла!
– Ты что, уже в курсах? – удивилась несказанно Оля.
– Да еще вчера! Леська Павловна и мой муженек весь вечер сидели-рядили, прикидывали-толковали, решали за тебя! – подняла Кристина вверх свою стопочку. – За тебя!
– Боюсь сглазить! – выставила Оля перед собой ладони.
– Не бойся! – хохотнула Крис. – Вопрос решен! Тебя внесли в Проект приказа! Мое домашнее тиранство мне позвонило, наказало мне, чтобы я пошла, успокоила тебя, чтобы ты не тряслась со страху, не переживала до тошнотных позывов и язвенных колик в животе. Пей до дна и не трепещи кленовым листом!
– Умеешь же ты слова утешения сказать, Принцесса! – качнула Левченко своей укоризненной головой. – Как обухом ты по башке словами гвоздишь! Но я, черт тебя подери, так рада все это от тебя сегодня слышать, дорогая Кристинка!
– За тебя, Левушка! – опрокинула Крис в себя стопку. – За то, чтобы все срослось, сбылось и получилось…