Роман Афанасьев – Безымянные звезды (страница 50)

– Швыряй, – едва слышно прошептал Илен.

Очнувшись от наваждения, Корсо сорвал с пояса еще две гранаты и одну за другой отправил их в черный проем. Механические мышцы тяжелого скафандра сыграли роль гранатомета, послав заряды четко в цель. Обе гранаты канули в темный проем, покатились между ног застывших черных фигур. В ту же секунду створки выдвинулись из стен и с гулким лязгом захлопнулись, отрезая туннель от круглого зала. Взрывы прозвучали приглушенно, ворота приняли на себя основной удар и лишь едва заметно дрогнули пару раз.

– Скоро, – едва слышно прохрипел Илен. – Минуты. Подойдите. Ближе.

Он снова закрыл глаза, а Корсо медленно обернулся. Суз и дед все еще стояли возле ворот, настороженно глядя на закрытые створки. Они еще странно подрагивали, будто с той стороны кто-то лупил по ним бревном.

Флин посмотрел вниз и наткнулся на взгляд серых глаз Гостарума. Слезящиеся, покрасневшие, уставшие. Но живые. Это был взгляд самого посла, не искина. Вакка Гостарум с заметным усилием поднял правую руку, чиркнул себя по горлу длинным пальцем. В тот же миг рука бессильно упала на пол, а серые глаза закрылись.

Волосы у Корсо встали дыбом, он попятился, споткнулся и чуть не упал. Сделал большой шаг назад, не в силах отвести взгляд от замершей фигуры посла. Он долгую секунду ждал, что тот пошевелится снова. Нет. Ничего. Корсо развернулся и побрел к створкам. Поравнявшись с напряженной Суз, целившейся в ворота, он бросил косой взгляд на Харра. Потом сообразил, что они не слышали последних слов искина, снявшего шлем, и включил микрофон.

– Он говорит, что уже скоро, – сказал он. – Просит подойти ближе к нему.

Харр с сомнением оглядел закрытые ворота, помедлил.

– Вот, значит, как, – пробормотал старик. – Значит, он перехватывает управление. Дело движется.

Развернувшись, он зашагал к притихшему искину. Суз тоже повернулась, но Корсо ухватил ее за плечо и развернул к себе. Заглянув в прозрачное забрало шлема, он встретил взгляд голубых глаз и тихонько покачал головой. Суз вопросительно вскинула бровь, и Флин помрачнел.

– Помни о нашем уговоре, – медленно произнес он.

Суз, мрачная и бледная, тяжело вздохнула. Ее губы превратились в узкую бесцветную полоску, и Корсо разжал железные пальцы.

За створками снова что-то ухнуло, и Флин повернулся к ним, машинально нашаривая на поясе оставшуюся гранату размером с хороший кокос. Помнить об уговоре! Ха. Она, конечно, помнила. Обмен записочками был дурацкой затеей, но, похоже, единственно возможным средством общения. Корсо видел, как Илен без труда взял под контроль все системы «Хорька», и не питал иллюзий насчет своих программ защиты. Поэтому и выбрал этот древний скафандр, у которого не было никаких беспроводных систем связи с внешним миром. Сюда он не заберется. А вот все, к чему мог подключиться искин по беспроводной связи, скомпрометировано. Микрофоны, камеры, датчики движения, вся вычислительная техника и аппаратура на борту.

Договариваться пришлось в письменном виде, да и в этом способе общения Корсо не был уверен на сто процентов. То, что они с капралом вели приватные беседы, нельзя было скрыть. Вопрос был только в том, догадался ли Илен об их заговоре. Вслух он и слова не сказал, но Корсо ни на секунду не усомнился, что у этой банки есть свой собственный план. Именно это и пугало Флина до судорог – ни стрельба, ни десант, ни самоубийственный визит в самый центр вражеской базы, нет. Его пугали планы древнего искина до дрожи в коленках. Как все пойдет? Плевать на стрельбу. Не в первый раз. А вот такое, вся эта чертовщина – совсем другое. Хотелось засадить стакан вискаря. И покурить. Убил бы за сигаретку.

За створками врат глухо ухало и звенело – там шел бой. Не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять – искин получил желаемую власть и заставил марионеток темного бога сражаться друг с другом.

Корсо облизнул пересохшие губы. Шум за воротами утих, прекратился в мгновение ока, словно кто-то повернул выключатель. Наступила такая тишина, что Флин попятился, не зная, чего ожидать. А потом медленно убрал руку с пояса, подальше от заряда взрывчатки. Похоже, все закончилось. Илен победил.

Спохватившись, Корсо обернулся. Харр уже стоял рядом с искином, Суз была на полпути к ним – похоже, она тоже оглядывалась на дверь, не решаясь отойти подальше. Но теперь, видимо, уже все равно, кто там за дверью. Флин махнул ей рукой и побрел к Илену.

А тот, как оказалось, пришел в себя. Зашевелился, приподнялся. Дед протянул ему руку, искин оперся на нее, встал. В тот же миг Харр вскинул обе руки к голове – его забрало резко распахнулось, шлем открылся. В руке Илена блеснул крохотный пистолет, и в тот же миг ударил выстрел. Искин выстрелил в незащищенное лицо Харра – прямо в упор, не оставив ему никаких шансов.

Корсо и рта не успел раскрыть, только шагнул вперед. Илен поднял руку, указав на приближающуюся Суз. Ее забрало тоже распахнулось, руки брони обвисли, но она была еще далеко.

Флин выстрелил.

Снаряд электромагнитной пушки прошел над плечом Мариам и чуть не зацепил Илена. Тот шагнул в сторону, так, чтобы между ним и Корсо очутилась обмякшая фигура Суз, запертая в обездвиженном скафандре.

– Замри! – крикнул Илен. – Не приближайся, или она умрет.

Корсо и не подумал опустить огромную железную руку со встроенным метателем шаров. Свободной рукой он потянулся к поясу, снял шар с взрывчаткой, сжал его стальными пальцами и показал искину.

Тот, держась у железного ящика, шевельнул рукой, и боевая броня Суз пошатнулась. Управлять ею он не мог, а вот отключить – да. Корсо, держа перед собой бомбу, сделал шаг вперед. Потом еще один.

– Стой на месте! – крикнул Илен. – Осталось недолго. Ты же знаешь, что у твоей подруги есть крохотный искин, управляющий жизненными циклами ее искусственного тела? Обмен веществ, дыхание, кровообращение, работа органов? Теперь это часть меня. Я уже там. Я остановлю все ее процессы так же, как отключил эту броню, если ты сделаешь хоть один шаг.

Корсо замер, боясь вздохнуть. Все чувства обострились, он был как обнаженный нерв. Мышцы напряжены до предела, пружины затянуты до упора, миг – и они распрямятся, разбрасывая во все стороны гнев и смерть. Он мог выстрелить даже сейчас. И попасть. Но не знал, к чему это приведет.

Словно угадав его мысли, искин издал тихий смешок, совсем как человек.

– Это не поможет, – сказал он. – Я уже внутри. Ты можешь уничтожить это тело, но не остановишь меня. Мой враг повержен. Осталось немного. Только взять под контроль ваши системы, эти глупые примитивные строки кода, которые вы называете искинами. Пусть они неразумны, но с их помощью можно уничтожить эту станцию. Корабли вашего Союза – примитивные боевые машины, но их хватит для этого дела. Необходимо окончательно разорвать связь между этим местом и точкой гипервыхода у звезды, которую мой враг использовал для проникновения в наш мир.

– Но контроль над кораблями ты нам потом не вернешь? – глухо произнес Корсо. – Ведь так?

– Контроль над техническими системами лучше, чем контроль над телами, – медленно произнес Илен. – У индивидуумов остается иллюзия свободы. Остатки сетей врага сейчас уничтожаются. Я выжег все псевдоорганические связи, разрушил все гиперпространственные контакты. Люди вашей цивилизации свободны. Мне все равно не по силам воспользоваться этой живой сетью, построенной врагом. Но я создам свою. Боевые станции, корабли, искины, системы управления. Крохотная империя моего врага и ваши мелкие страны разваливаются на части. Скоро на их месте возникнет крепкая и высокоразвитая цивилизация. Возможно, сначала никто не заметит глобальности и глубины изменений, но потом придет пора расширения. Техника правит вашим миром. Меня это устраивает.

Флин, заметив, что упырь примолк, поднял руку с гранатой. Надо потянуть время. Надо. Еще пару минут.

– Так к чему все это? – спросил он, прижимая пальцем активатор. – Раз ты решил уничтожить эту станцию, значит, это тело тебе не нужно. И мы – тоже.

– Не стоит рисковать, – медленно произнес Илен. – Перед уничтожением надо завершить дела. Постой спокойно, тогда мы уйдем отсюда вместе. Первые в новом мире. Вы станете моими руками. Правой и левой.

– Ты же все равно запустишь ракеты с кораблей Союза, – сказал Корсо, лихорадочно соображая, чем бы еще отвлечь искина. – Уничтожишь тут все: и нас, и это свое тело. Может, мне лучше попробовать разбить твою башку и прекратить связь с моей подружкой? Если я расфигарю эту золотую шапку, ты отвалишь от моей телки, а, упырь?

Он вскинул руку, повел пальцем, выцеливая Илена, прячущегося за безвольной фигурой Суз. Искин тоже повел рукой, и броня капрала чуть качнулась, когда сервомоторы попытались запуститься, но снова получили команду на отключение.

– Замри, – процедил Илен. – Твое глупое поведение… ничего не… исправит. Лишь немного… задержит…

Отшатнувшись, искин распахнул рот и издал протяжный рев, громом отозвавшийся в динамиках Корсо. Илен вскинул руки, ухватился за золотой шлем, застонал.

– Что? – проревел он. – У нее… что это?

Схватившись за голову, он сделал шаг назад, попятился.

Корсо выстрелил.

Огромный шар из ферримагнитного сплава ударил в грудь гражданского скафандра искина, пробил насквозь, швырнул тело посла на пол. Еще до того, как Илен коснулся пола, Корсо бросился к Суз. Ее броня, потерявшая управление, опрокинулась навзничь, и Мариам лежала на спине, неподвижно, как сломанная игрушка.