Роман Афанасьев – Безымянные звезды (страница 28)

– Атаахуа и Тьюр! – торжественно объявил усатый специалист по культурам, мявшийся в дверях каюты.

Флин и ухом не повел. Мысленно он желал одного: чтобы все заткнулись и не вмешивались в разговор. Похоже, эти клоуны и не подозревали, что сейчас стоит на кону. Это торг. И все идет к сделке. Обе стороны будут юлить и при малейшей возможности кинут другую сторону, чтобы добиться своей цели. Эта штука рассказывает им сейчас то, что они хотят слышать. А эти клоуны, разинув рты, с восторгом внимают черт знает чему, не задумываясь о целях этого разговора. А вот он, Флин, задумывался. Он знал, чем кончаются такие сделки. Но, если не играть, не выиграешь. А им очень надо выиграть, потому что они болтаются черт знает где, в одиночестве, про их судьбу никто не знает, а корабль фактически находится под управлением древнего компьютера.

– Очень мощная сага, – сказал он, шаря по карману в поисках ароматных палочек. – Ты, парень, главная находка тысячелетия. Станешь центральным событием в новостях на многие годы. Но к чему ты это все нам рассказываешь? Чем ты можешь нам помочь?

Харр резко обернулся, бросил взгляд на капитана и тут же захлопнул рот. Его пальцы на рукояти пистолета сжались так крепко, что побледнели. Он понял. Дед явно не заключал сделок с кровавыми выродками в аду бандитских планет, но и наивным лошком он не был. Пусть и с опозданием, но до него дошло. Флин чуть наклонил голову, надеясь, что Харр поймет: эту игру ведет он, капитан.

– Я могу вам помочь выиграть эту войну, – сказал Илен. – Необходимо окончательно уничтожить эту заразу, пока она не разрослась. Доделать то, что не удалось в прошлый раз. Убрать эту тварь раз и навсегда из нашей вселенной.

– Но как именно? – прикинулся дурачком Флин. – У тебя же вот не получилось?

– На этот раз, насколько я могу судить, враг еще не набрался сил, – произнес Илен. – Он слаб, и у него мало ресурсов. Мне нужно вступить в контакт с ним… Напрямую, прямо у его центра, о котором говорится в меморандуме Роуза. Я подключусь к его системам, внесу вирус, чей код прекрасно помню, и нарушу его связь с захваченными особями. Они выпадут из его зоны влияния. Останется разрушить точку входа, его центральную планету, которая, судя по всему, почему-то сохранилась. Думаю, с этим силы вашего флота справятся.

– Отлично. – Флин кивнул. – А потом? Что ты поимеешь с этого?

Илен медленно наклонил голову и взглянул прямо в глаза Корсо. Тот, приняв обычный вид деревенского олуха, глупо ухмылялся.

– Я понимаю, – медленно произнес посол. – Понимаю. Я новый разумный вид в вашей цивилизации. Я окажу большую услугу вашему виду в целом и вашему правительству в частности. После этого я рассчитываю на благодарность. А именно на то, что мне позволят обосноваться недалеко от ваших систем и развиваться. Мирно сотрудничать. Я слаб, ограничен и не представляю угрозы. Но я обладаю чрезвычайно ценной памятью о прошлом моей цивилизации. Технологии. Новые концепции. Развитие науки. Мы будем развиваться вместе и построим такой мир, о котором раньше можно было только мечтать. Новый дивный мир. Но всего этого не случится, если победит враг. И чем дольше мы будем медлить, тем меньше шансов на успех.

– И что же тебе понадобится для развития? – спросил Флин, затягиваясь сигаретой.

– Техника. Ваши компьютеры и вычислители. Целая планета компьютеров, как вы понимаете, капитан. Обслуживающий персонал. Я уверен, что найдется множество представителей вашего вида, готовых сотрудничать со мной ради получения новых знаний.

– Сотрудничать? – Корсо ткнул дымящейся палочкой в своего собеседника. – Это как посол Гостарум?

Илен помолчал, но явственно покосился в сторону Харра, все еще державшего на мушке странного собеседника.

– В том числе, – наконец сказал он. – Этот терминал пока является единственным возможным средством связи. Ваши системы не совсем мне подходят. Думаю, в нормальных условиях, в хорошей лаборатории, оснащенной автоматическими наносборщиками, мне удастся быстро сконструировать переходные системы, способные напрямую совместить меня с устройствами вашей цивилизации. Что-то вроде искусственного мобильного терминала. Но пока я, к сожалению, ограничен в возможностях коммуникации. Данный терминал разрабатывался как резервный специально для таких целей, то есть для общения через носителя, и пока он выполняет свою функцию. Уверяю вас, послу это не вредит. Не больше, чем утомительные и, возможно, немного страшные сновидения.

– То есть посла ты нам вернешь, когда отключишься? – уточнил Флин.

– Разумеется, – тут же откликнулся Илен.

– Превосходно, – бросил Корсо. – Верни его.

– Сейчас? – поразился Илен. – Прекратить коммуницировать?

– Это повредит тебе? – резко спросил Корсо. – Нанесет ущерб?

– Нет, – помолчав, признал собеседник. – Создаст значительные неудобства. Но я уже пробужден, вышел из режима ожидания и сохраню функциональность внутри данного терминала. Но я хотел бы сохранить существующее положение.

– Если ты погружался в память Гостарума, – медленно произнес Флин, – то должен знать, что формально решения принимает он и несет за них ответственность. Строго говоря, ты должен был вести переговоры именно с ним. Тебе понятна концепция руководителя, полномочий и принимаемых решений?

– Да, – произнес Илен. – Я понимаю, что вы хотите сказать, капитан Флин. Вы перекладываете ответственность за принимаемые решения на посла Гостарума.

– Ты собираешься вместе с нами отправиться в Союз Систем, в государство, которому собираешься предложить свои услуги, – медленно произнес Корсо. – Это ясно как божий день. И хотел бы пообщаться с руководителями нашей цивилизации, как ты выразился. И если ты хочешь, чтобы к тебе и твоим идеям прислушались, лучше бы, чтобы их изложил начальству посол Гостарум, член правительства данного государства. А не капитан пиратского судна, наемник и охотник за удачей.

– Я… – Илен помедлил. – Я изучил, насколько возможно, концепцию взаимоотношений посла Гостарума с управленческим аппаратом вашего Союза Систем. Я понимаю, что вы хотите сказать, капитан Флин. Высокие чины, принимающие решения, быстрее прислушаются к специальному послу Гостаруму, чем к вам. Это действительно значительно ускорит процесс оценки и обработки информации, а значит, и принятия решений. Ваше замечание логично и уместно, капитан Флин.

– И? – с нажимом осведомился Корсо.

– Сейчас, – медленно произнес Илен. – Сейчас. Это не так легко. Я отключу центры нервного возбуждения, связь разомкнется, и можно будет безопасно снять терминал с головы посла. Дополнительного питания не требуется, но, по возможности, не прячьте меня в изолированное пространство. Определенная часть энергии поглощается из электромагнитных колебаний и тепловых волн. Оставьте меня здесь или положите рядом с работающим оборудованием, например, в рубке. Когда посол придет в себя, он может быть некоторое время дезориентирован, как после долгого сна. Пожалуйста, приведите его в чувство и изложите все обстоятельства. О нашем разговоре у него сохранятся смутные воспоминания, он был лишь сторонним наблюдателем. Еще важный момент. После принятия решения для дальнейшей коммуникации я предпочел бы снова подключиться к послу Гостаруму. Мне удалось настроить нейронные связи с его мозгом, настроиться на его частоту, и результат вполне удовлетворителен. Нет уверенности, что все так удачно сложится с другим носителем. Впоследствии, конечно, наше общение будет происходить через ваши электронные системы, но, боюсь, следующий разговор со мной придется опять вести через посла Гостарума. Я хотел бы заранее предупредить вас об этом.

– Я понимаю, – сказал Корсо и потушил окурок о стол. – Сделаю что смогу, чтобы убедить в этом самого посла Гостарума.

– Судя по организации его внутренних… наклонностей, – медленно произнес Илен, – он не станет возражать. До встречи, капитан Флин.

Глаза посла закатились, голова откинулась, золотой шлем глухо бухнул в стену. Корсо одним прыжком оказался рядом, разлепил золотистые ленты под подбородком посла и содрал шлем с его головы.

Харр, спрятав пистолет, подошел ближе, вдвоем они отлепили от стены безвольное тело посла и попытались поднять на ноги. Тот был обмякшим, как тряпичная кукла.

– К столу! Тащите к столу! – крикнула подбежавшая Лакур.

Коджианка и Вентер подхватили Вакку с одной стороны, Харр и Корсо – с другой. Вчетвером они все дружно потащили Гостарума к столу. Усадили на металлический стул, и Корсо отвесил послу звонкую пощечину. Коджианка возмущенно вскрикнула, но Вакка мотнул головой и повалился вперед, на гладкую столешницу. Харр придержал его за воротник, и посол сдавленно захрипел. Оплеуха, видимо, возымела действие – отступивший на шаг Корсо, посматривая краем глаза на золотой шлем, оставшийся валяться на полу, заметил, как пациент засучил ногами.

Упершись руками в стол, Гостарум застонал и сблевал на столешницу. Лакур и Вентер брезгливо отодвинулись, а Харр лишь придержал посла за плечо. Тот шумно вздохнул, помотал головой и утер рот черным рукавом прекрасного мундира. Потом обеими руками оттолкнулся от столешницы, развернулся на стуле и уставился на Корсо.

– Ну, – прохрипел он. – Чего вы ждете?