Роман Абдуллов – Клиентка (страница 7)

Дэр Авитус поднял голову.

— Цель? И какая же?

— Месть!

Служитель Альвах тепло улыбается идущему навстречу ученику. Тот на миг замедляет шаг, но сразу же черты его лица твердеют, и он стремительно приближается.

— Что с тобой произошло? — спрашивает Альвах, разглядев повязки.

— Дуэль, — коротко отвечает Маркус и, поклонившись, произносит традиционное приветствие: — Да продлится свет знания в ваших учениках.

Они неспешно идут по дорожкам храмового сада. Его недавно полили — воздух тяжелый, влажный. Альвах ждет, когда Маркус обратится с вопросом или просьбой, но тот молчит. Тогда Альвах негромко говорит:

— Судьба постоянно испытывает нас, но с некоторыми испытаниями в одиночку справляться тяжело . Маркус, я всегда готов поддержать тебя, и даже если ты учишься в Альтии, то, как и положено, навещай меня каждый месяц. Не избегай встреч.

— Да, наставник. Простите, — глухо отвечает Маркус, но в голосе его нет сожаления. Лишь тщательно скрываемая досада и… ярость? Стиснутые губы и темный, непримиримый взгляд ученика яснее слов говорят, что пришел он не за ответами. Что для себя он уже всё решил.

— Ты не должен просить у меня прощения. — Альвах останавливается у лавочки под цветущей магнолией. — Присядем… Я уже не молод, и созерцать мне теперь нравится больше, чем бежать куда-то в поисках неведомого.

Они молча смотрят на опадающие лепестки, и когда нежный аромат окутывает их невесомым облаком, Альвах прикрывает глаза и говорит:

— Демиурги дали нам четыре стихии: воздух, огонь, воду и землю. Воздух подталкивает нас в спину теплым ветром, уносит грязь и пыль, очищая разум. Огонь освещает путь, выжигает скверну. Вода смывает заблуждения и ошибки, которые мы неизбежно совершаем на пути к истине. Земля дает опору и надежду, питает бренное тело, покуда душа наполняется знанием… Тебя судьба одарила вдвойне: «воздухом» и «огнем». Это редкое везение. И мне больно видеть, как смятение и горечь утраты уводят тебя во тьму. — Взяв в ладони руку ученика, Альвах проводит пальцем по линии его судьбы. — Кто-то наивно полагает, что все деяния и помыслы предопределены. Это опасное заблуждение… Предопределено лишь то, что в новый, лучший, мир попадут следующие своему предназначению, остальные же канут в Бездну вместе со старым. Не забывай об этом. Каждое твое решение, каждый шаг — это выбор: переродиться или навсегда исчезнуть.

— По-вашему, мой отец выбрал… навсегда исчезнуть?

Маркус отнимает руку и смотрит в упор. От его взгляда, требовательного, наполненного каким-то тайным огнем, вдруг становится не по себе. Однако смутить опытного наставника не так-то просто, и, подпустив в голос сожаления, Альвах отвечает:

— Зачем гадать о помыслах дэра Луция, если его поступки словно яркой нитью вышиты на канве? Твой отец нарушил закон и принял наказание. Принял, даже не пытаясь оправдаться.

— А может, он понимал, что оправдания бесполезны? Как удобно для Совета магов — публичной казнью заткнуть рот всем недовольным!

— Месть… — глухо повторил дэр Авитус, будто пробуя слово на вкус. — Моего сына стёрли из этого мира. Смахнули, словно мусор, а я мог только наблюдать… Ведь закон превыше всего! — Он с громким стуком впечатал фигуру в доску. — Конечно, Маркус злится. Однако его бунт, все эти выходки и дуэль с бывшим другом — говорят лишь о желании заглушить боль. Не думаю, что он будет мстить.

Альвах выдвинул приманку. Слегка наивно, но когда собеседник поглощен переживаниями, может сработать… Не сработало. Дэр Авитус обошел западню и атаковал левый фланг.

— Если вы правы, то я лишь порадуюсь своей ошибке. — Меняя запланированную стратегию, Альвах сосредоточился на обороне. — И все же верните внука в столицу. Альтия слишком отличается от того, к чему он привык, и вместо смирения она вдохнула в него новые мысли. Не те, которые может позволить себе единственный продолжатель рода.

При напоминании о том, что у ван Саторов остался только внук, рука дэра Авитуса дрогнула, и он опустил фигуру на ближайшую клетку. Альвах с изумлением смотрел на создавшуюся позицию: два хода и он выиграет! Впрочем, дэр Авитус забыл об игре. Лицо его обычно непроницаемое, теперь выдавало трудную борьбу, происходящую в душе, и потому Альвах не стал усугублять и наносить удар.

Так, в тишине и неподвижности, прошло несколько минут. А потом дэр Авитус тяжело выдохнул и, опустив плечи и весь как-то разом поникнув, сказал:

— Признаюсь, я заметил некие перемены. Надеялся, что вы увидите в них всего лишь юношескую дерзость и успокоите меня. Н-да… Если вернуть его сейчас, он может снова попасть в неприятности… Однако здесь я смогу присмотреть за ним… Что ж, пожалуй внемлю вашему совету и велю Маркусу срочно прибыть в столицу. Договоренность с ван Тусенами все еще в силе, не стоит затягивать.

Альвах сочувственно улыбнулся и приложил руку к сердцу:

— Давайте вместе поможем вашему внуку, ибо, как сказано в учении Си-Ши, месть — это путь одиночки, а в конце его — бездна.

— Тихо, как в могиле, — скрывая волнение, проворчала Лера.

Сидевший напротив Маркус демонстративно оглядел просторную, светлую комнату (одну из трех в его апартаментах), и вопросительно вскинул бровь:

— Ты основываешься на собственном опыте?

— Каком опыте? — не сразу поняла Лера. — А, ты про могилу. То есть, вы… Нет, конечно! Что за странная мысль?

— Мне, вообще, существование Ордена представляется странным. А сфера тишины лишней не будет… Ну что ж, начнем с твоего честного ответа?

Маркус посмотрел так пристально, будто уже подозревал Леру во вранье. Облизнув пересохшие губы, она едва заметно кивнула. Он спросит о неизвестных заклинаниях, сохранившихся в Ордене? Или о том, где Орден скрывается? А может о других его членах, находящихся в Республике? Впрочем, неважно. Она подготовилась к любым вопросам, надо лишь отвечать спокойно, без нервозности.

— Хорошо. Тогда расскажи, как ты собрала кристаллы в лабиринте.

Пальцы впились в кожаную обивку кресла, и Лера растерянно кашлянула. Что за ерунда⁈ Зачем он спрашивает о ней? Почему не про Орден?

Маркус молча ждал. Его изучающий взгляд и скрещенные на груди руки намекали, что настроен он скептически и ложь почует за версту. А значит, чтобы не потерять доверие, сейчас придется говорить правду. Вот же засада!

Выпустив кресло из мертвой хватки, Лера сцепила дрожащие руки на коленях и тихо сказала:

— У меня был артефакт, который позволял видеть в темноте.

Маркус подался вперед:

— Артефакт⁈ И его не отследили?

— Нет. Он работал по-особенному, не как ваши… Только я уронила его в лабиринте, уже под конец, когда все кристаллы собрала.

— Тогда почему ты здесь, а не у дознавателей? О неизвестном артефакте доложили бы самому главе Магического контроля, дэру Ампелиусу Каладару.

Имя консула Маркус выплюнул с такой ненавистью, что Лера похолодела от страха. Перед глазами замелькали пугающие картины: цепи на сырых стенах, раскаленные щипцы, огромный мужик в забрызганном кровью фартуке…

— Нет, нет, — она испуганно замотала головой. — Артефакт зверюга разгрызла! Только обломки остались, и куратор уже спрашивал о них, но я не призналась! Они не поняли, что это!

Казалось, целую вечность Маркус всматривался в нее, но наконец осторожно, чтобы не потревожить раны, откинулся в кресле и сказал:

— Ладно, допустим, что у тебя был такой артефакт и ты видела в темноте… Но как ты собрала те кристаллы, где без активации плетений не обойтись? Ведь для некоторых у тебя даже силы не хватает.

Лера перевела дыхание и, вытерев ладони о подол, прямо взглянула на Маркуса. Гулять так гулять! Одного артефакта хватит, чтобы упечь ее на плантации, так чего уж теперь.

— Я еще зверюг ограбила. Первой лепешку кинула, второй — тунику, а когда они отвлеклись, схватила кристаллы.

— Лепешку⁈ — от изумления Маркус даже рот приоткрыл.

Только не понятно было, чем он изумлен больше: смелостью своей клиентки или глупостью. На всякий случай Лера пояснила:

— По-другому я бы кристаллы не достала. А в академию хотелось…

Маркус качнул головой и усмехнулся:

— Цель оправдывает средства, не так ли?

Лера кивнула, хоть и не считала, что под эту фразу можно подогнать любую цель. Но её-то случай ведь не «любой»! Подумаешь, немного обмануть, чтобы попасть в академию. Кому, вообще, важен этот «отстойник», в который ссылают слабаков и неугодных⁈ Зато она сможет найти здесь путь домой.

— Ладно, на сегодня признаний достаточно, — Маркус выдвинул ящик стола и достал стеклянный кубик размером с кулак. — Знаешь, что это?

— Учебный кристалл? — предположила Лера.

— Верно, — вздохнул Маркус и молча с какой-то досадой забарабанил пальцами по столу. Потом толкнул кубик на середину стола и раздраженно произнес: — Кристалл ты видишь впервые, поток свой не контролируешь… Что за маги тогда в вашем Ордене⁈

Лера с опаской прикоснулась к кристаллу. Прохладный… А вопрос, судя по интонации, ответа не требовал. Однако, чуть помедлив, она выдала одну из заготовок:

— У нас нет магов.

— Что? — нахмурился Маркус. — Значит, вы живете в пустыне?

Лера потупилась, чтобы спрятать выражение глаз:

— Извини, но пока у меня нет доказательств твоей лояльности, я не могу поделиться такой информацией.

— Я тебя не выдал! Какое еще доказательство нужно? Думаешь, я втираюсь в доверие, чтобы затем доложить Магическому Контролю? Так⁈ Хотя, нет, не отвечай! Не хочу даже слышать этот бред. — Он вскочил и пройдясь туда-обратно, остановился перед Лерой: — Проклятье! Если у вас нет магов, то какой тогда толк от Ордена? Что может кучка бездарных бездомных голодранцев?