Ролли Лоусон – С чистого листа, главы 166-174, Эпилог (страница 45)
(Технически, самолёты принадлежали «Исполнительному Прокату» — прокатной компании, частью которой владела Бакмэн Групп. Поскольку я лично вложил большую часть средств и обладал первичным правом полетов, по всем требованиям и целям это был мой самолёт.)
Я провел остаток недели в приготовлениях к поездке и проработке «Проекта Американского Влияния». Одним из дел, которым нам нужно было заняться — это найти каких-нибудь работников в штат и докторов наук и магистров бизнес- администрирования для проведения исследований и изучений. Моим предложением было найти не слишком занятых ученых, которые бы не отказались от денег на исследования.
Конди Райс прислала ко мне помощника для моих поездок за рубеж. Это было двоякой помощью. Я все ещё обладал доступом уровня «Совершенно Секретно», и как бывший президент получал ежедневные сводки от офицера национальной разведки. Минди также сохраняла свой доступ со своего времени работы на федеральной службе, но мне нужен был телохранитель, и такой, который имел подходящий уровень доступов. Это не то, что можно было найти с помощью объявления в разделе «Требуется помощник». Конди предоставила помощника — молодого человека по имени Брэд Уилкинс.
Умолчали и о том факте, что Брэд бы докладывал в государственный департамент обо всем, что я собирался делать, и с кем встречался. Министерство обороны также прислало ко мне «помощника» — майора по имени Джим Калливер, чтобы они тоже могли узнавать о моих намерениях.
Мэрилин, Брэд и Джим присоединились ко мне на мою первую поездку в качестве специального представителя, и я объездил все любимые места — Израиль, Иорданию, Саудовскую Аравию, Турцию, Кувейт и Курдистан. Мы также летали в Оман и Объединенные Арабские Эмираты, в которых я прежде никогда не бывал. В отличие от моих поездок в качестве президента, у меня не было программы поездки, и я провел в каждой из стран по несколько дней, встречаясь не только с лидерами, а также и с министрами второго уровня, и обрастая связями. Я говорил всем, что я собираюсь вернуться через месяц, чтобы снова встретиться.
К тому времени, как я вернулся домой, у Минди уже был предварительный штат для «Проекта». Я встретился с ними, закончил несколько планов, подписал несколько бумаг, и мы устроили большую вечеринку в Центре Кеннеди, чтобы официально обо всем заявить. Наша речь была до чудесного абстрактной, и она звучала пышно и грандиозно, так, как мы и планировали. В тайне же у меня был план использовать наших исследователей для изучения двух отдельных сфер. Лёгкой была иммиграция. Джон хотел обновить и доработать некоторые законы об иммиграции, поскольку в последний раз мы этим занимались тогда, когда я протолкнул проект Джорджа Буша. Мы могли провести какие-нибудь экономические исследования в поддержку некоторых изменений.
Сложнее бы стала какая-либо идея реформы здравоохранения. Я вспомнил о катастрофе Хиллари из 90-х, и проблемы, которые вызвал закон Обамы «О доступном здравоохранении» в моей первой жизни. Я точно знал две вещи. Во-первых, Республиканцы бы скорее устроили пикеты на улицах, чем позволили какой-либо форме предложения Демократов быть принятой. Это бы сработало только в том случае, если бы что-нибудь придумали сами Республиканцы. Во-вторых, основной причиной, почему это стало катастрофой, было то, что Демократы хотели гигантских чудо-проектов в духе «все в одном», и не важно, работали бы они или нет. Но то, что могло бы пройти — это проекты поменьше, некие части крупной программы. Может, один закон, который бы сдерживал злоупотребления страховых компаний, другой бы был нацелен исключительно на расходы больниц, ещё один на добавленные обменные курсы или возможности оплаты. Проекты поменьше имели больше шансов быть пропущенными, и если бы и возникали какие-то правовые трудности, то это не обязательно бы загубило все программу целиком.
«Проект» мог быть полезен несколькими способами. Во-первых, можно было поднять учёных и показать, как хорошее и плохое здравоохранение влияет на экономику, и как различные улучшения могли в долгосрочной перспективе сохранить деньги, и подобное. У всех были свои собственные исследовательские центры по обеим сторонам, и это только давало нам больше тем для обсуждений на воскресных новостных программах. Во-вторых, мы могли использовать скрытую позорную кампанию на конгрессменах и сенаторах-противниках реформ. Как, спросите вы? Когда-нибудь слышали о «Врачах Без Границ», где хирурги и медсестры-добровольцы посещают зарубежные страны и основывают больницы для бедных? Они добровольно отдают этому свое время, и обычно поставки к ним идут от стран или медицинских и фармацевтических компаний. И так, если конгрессмен Упрямый ведёт себя, как болван, то, может, нам стоит установить больницу с добровольцами в беднейшей школе его района. Подержать ее там с неделю и пригласить туда на небольшие съемки все возможные местные телеканалы. В это же время вот этот доктор или та медсестра могли бы выступить на камеру и сообщить, как все эти проблемы могли бы быть решены, если бы у нас была какая-нибудь реформа здравоохранения. Я мог гарантировать, что если проделать такое пару раз, то конгрессмен Упрямый сменит пластинку! А если повезёт, то мы смогли бы и хорошенько и глубоко скрыть причастность «Проекта» от глаз.
Как говорится — политика вам не хухры-мухры!
Я провел остаток весны и лета, наблюдая за проектом и путешествуя туда и обратно на Ближний Восток. Мэрилин потратила некоторое время на семейные дела, в частности на то, чтобы Чарли и Меган поженились. Свадьба должна была состояться в Элкхорне, родном городе Меган, и однажды мы полетели навестить ее семью. Джон Пуласки был преуспевающим адвокатом и, конечно, мог заплатить за свадьбу, но я настоял, чтобы он позволил мне заплатить часть за неудобства, которые создавало мое присутствие. В частности, как бывший президент и специальный посланник, я все еще имел значительный контингент сил безопасности и потребности. Меган не виновата, что отец ее бойфренда нуждается в защите секретной службы и во всех связанных с этим неприятностях. Венчание состоится в местной церкви, а прием-в очень милом загородном клубе. В противном случае мы просто болтались по выходным. Мэрилин пообещала помочь Барбаре, и та, конечно, согласилась. Я сказал Джону, чтобы он не был так благодарен, и Мэрилин ударила меня по руке.
Свадьба была назначена на первые выходные сентября, а август был занят. Мэрилин пропустила мои поездки на Ближний Восток на пару месяцев, чтобы помочь и/или помешать своей семье. Чарли и Меган переезжали из дома в Джорджтауне в симпатичный двухуровневый дом, который они купили в Лорел. Я несколько раз говорил своему сыну, что если он считает себя достаточно взрослым, чтобы жениться, то он уже достаточно взрослый, чтобы жить самостоятельно. Лорел решила, что это было на полпути между Вашингтоном и Балтимором, так что Меган могла доехать до офиса Макрили всего за полчаса, а Чарли-до международного аэропорта Балтимор- Вашингтон всего за полчаса.
У Чарли был такой вид, словно он заново открыл себя, на этот раз в качестве диктора- комментатора для ESPN. Он закончил мотокросс и стал заниматься практически любым странным или опасным видом спорта. Он по-прежнему занимался мотокроссом, но теперь занимался мотоциклом Гран-при, тягачом на тракторе, экстремальными лыжами и сноубордом, а также несколькими другими видами спорта, которые выглядели либо странными, либо безумными. Он встречался с каким-нибудь местным специалистом по этому виду спорта, с чего и начинал. По выходным он чаще всего, куда-то улетал, а потом возвращался воскресным вечером на "РедАй", накапливая серьезные мили для часто летающих пассажиров. По будням он работал в их студии и офисе в Вашингтоне.
У Мэрилин тоже было время доставать своих дочерей. Молли работала в НАСА в Годдарде, по вечерам работала над докторской диссертацией по инженерному делу в Колледж-Парке и была вполне счастлива в браке с Баки. Мэрилин иногда проводила ночь в их свободной спальне. Она также совершила пару поездок в Принстон, чтобы увидеть Холли и посмотреть, как у нее дела. Мэрилин не думала, что Холли и Джерри так преуспевают в любовных делах. Они спорили о разных вещах, особенно о планах после окончания учебы, из-за которых они двигались в противоположных направлениях. Я все еще думал, что он похож на бездельника. Обе девушки должны были присутствовать на свадебной вечеринке, как и оба брата Меган, с разными друзьями. Я обещал вернуться к свадьбе как можно раньше.
Свадьба прошла просто замечательно, и Чарли с Меган одолжили 650-й на медовый месяц, но в Хьюгомонт они не поехали. Теперь, когда я больше не был президентом, мои дети не могли претендовать на защиту секретной службы, что их всех вполне устраивало. Однако, как бывший президент, я все еще получал защиту, даже если на более низком уровне, как и мои резиденции. Чарли и Меган прилетели в Джексон-Хоул и провели неделю на частном курортном ранчо. Я задавался вопросом о погоде в Вайоминге осенью, но был уверен, что дни там были теплыми и приятными, хотя ночи были достаточно холодными, чтобы нуждаться в уютном объятии. Меган хихикнула, а Чарли просто улыбнулся.