Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 278)

– Кусею тридцать девять лет, хоть он и не такой кровожадный, как его старший брат, но такой же варвар и имеет склонности к геноциду. Саддам поставил его во главе Республиканской Гвардии и специальной организации безопасности – их тайной полиции. Он также помазанный наследник Хуссейна. С этого утра он уже вне игры. Мы получили подтвержденные отчёты, что он погиб в битве с бронетанковой бригадой регулярной армии, напавшими на штаб Гвардии. В это время мы также получали сведения, что Удэй пытался найти убежище в Эр-Рияде.

– Крысы бегут с тонущего корабля, – отметил Эрик Шинсеки. Несколько из остальных согласно кивнули.

– Предложения? – спросил я.

У нас был обширный список предложений, из последнего нашего обсуждения они оказались в тех же категориях. Мы могли оставить их в покое, или же могли вторгнуться. Часть людей была сторонниками войны, в их числе Джон МакКейн и большая часть Пентагона. Кондолиза Райс же была лицом лагеря за мир, вместе с Фрэнком и Полом О'Нилом. После некоторых препирательств я поднял ладонь и предложил тайм-аут.

– Ладно, думаю, я услышал всех. Джон, Питер, я действительно ценю ваши мысли на этот счёт. Я считаю, что вы совершенно правы, когда говорите, что мы можем войти и разорвать их за пару недель. Я также считаю, что мировое сообщество было бы против, как уже сказали Конди и ещё несколько человек. Несмотря на это, мы сейчас можем это сделать, и без особых трудностей. Мой вопрос в том – что делать со страной потом? Может, они и ненавидят Хуссейна, но они точно не любят и нас.

Шииты могут ненавидеть суннитов, а сунниты могут ненавидеть их в ответ, а некоторые из них могут ненавидеть иранцев, турков, курдов, кувейтцев или саудитов, но те, кого ненавидят они все – это мы! Я гарантирую, что если мы вторгнется, то будем сражаться в этой войне долго после того, как я покину пост, и даже дольше, чем после того, как Джон покинет пост президента. Думаю, мы просто отсидимся ещё следующую неделю или две и посмотрим, что случится. Если мы выяснит точную позицию Хуссейна, то можем сбросить на него миленькую здоровенную управляемую бомбу, но в остальном пускай они сами друг друга уничтожают, – сказал я.

Я увидел пару довольных лиц, некоторые из них сидели с задумчивым видом. Мы решили выждать неделю, чтобы увидеть, что произойдет, и оставить 1-ю бронетанковую дивизию тренироваться с турками. Это обходилось нам в целое состояние, но вторжение было бы ещё дороже. И казначейство, и управление по административным вопросам и бюджету указывали на то, что это было бы невероятно разрушительно для бюджета. Мы однозначно бы оказались в дефиците.

Конец наступил через три дня, когда армия Ирака смогла убить Саддама сама. Удэй все ещё был в игре, но никому не было до него дела. Не считая его склонностей к геноциду, в политике он имел малый вес. Он бы не продержался и недели. В воскресенье, седьмого мая Революционный Совет Ирака объявил, что они стали во главе страны и хотели обсудить вопрос о прекращении огня. Этот Совет оказался кучкой полковников и генералов второго звена, что позже законно выдвинули гражданского. Я отдал приказ о прекращении огня. Курдская война была окончена.

Глава 164. Курдские последствия

В понедельник утром 8-го числа я созвал заседание Национального совета безопасности. Впервые за много месяцев на лицах, собравшихся за столом были улыбки, в том числе и на моём. Я хотел покончить с этой проклятой заварухой и преуспел до того, как она определила моё президентство в худшем свете, как некогда определила президентство Джорджа Буша.

Начали с быстрого брифинга, на котором Ричард Кларк доложил обо всех новостях. За ночь ничего не изменилось. Саддам и Кусей признаны погибшими, Удей в бегах, несмотря на всю свою браваду. Власть перешла к Революционному совету, а Совет должен сосредоточиться на происходящем. Оставались некоторые противоречия, но необходима фокусная точка, вокруг которой можно объединиться, а Удей Хусейн слишком похож на бешеного пса, они не станут его терпеть. Без центральной фигуры, вокруг которой можно сплотиться, они будут окружены и либо уничтожены, либо вынуждены объединиться.

С другой стороны, нужно стереть этого сосунка с лица Земли и быстро. Пентагон продолжал действовать, я распорядился направить 1-ю танковую обратно в Техас. По утверждению нескольких человек, чтобы собрать их и отправить домой, потребуется не больше времени, чем на переброску в Ирак. Так что, если в ближайшие недели иракцы решат сделать глупость, численное превосходство останется за нами. На это я лишь скривился – это правда, однако. Если Иракский Революционный совет распадётся, мы сможем изменить ситуацию, по крайне мере ненадолго.

Конди Райс досталась самая большая работа, у неё приказ при необходимости призвать остальных без лишних противоречий! Задача номер один – заключить хоть какое-то мирное соглашение с иракцами. Технически это должен быть договор между иракцами и курдами, утверждающий новые границы, и остальной коалицией, которая подпишет его как защитники курдов. Здесь нам предстоит довольно большая работа, но задача номер два – создать новое государство, Республику Курдистан, которая вступит в ООН и заключит мирные договоры с соседями.

Как член дипломатического наступления я направлялся на Ближний Восток с остановками в Турции, Израиле, Кувейте, Саудовской Аравии, Иордании и Курдистане. Нужно было поговорить с главами причастных ко всей ситуации государств и разработать планы на будущее. Критически важны Турция, Израиль и Курдистан. Остальные три визита скорее формальность – поблагодарить за текущую поддержку и обсудить, как мы можем посодействовать в установлении мира на Ближнем Востоке.

Израиль всё ещё недоволен ситуацией со "Скадами". По всеобщему мнению, он хочет, чтобы планы Ирака по созданию оружия массового поражения были уничтожены и преданы забвению, а любые сохранившиеся "Скады" – ликвидированы. Ах, и не будем ли мы так любезны сохранить запрет на вооружение относительно Ирака, наряду с остальными санкциями? Об этом не может быть и речи. В конце концов, большая их часть была принята против Саддама Хусейна, а его больше нет, у нас нет причин сохранять санкции.

Я сказал Конди, чтобы она даже не пыталась это обсуждать. Страна практически уничтожена, уйдут десятилетия на то, чтобы её восстановить. Мы не станем платить за восстановление (я не собираюсь учреждать "арабский план Маршалла"!), но если они смогут получить деньги от саудитов – пожалуйста, пусть попробуют. Уйдёт несколько лет на то, чтобы выяснить, кто собирается занять верховную позицию в Совете и ещё больше, прежде чем они станут достаточно сильны, чтобы снова действовать.

Ожидается, что с Турцией иметь дело будет гораздо легче. Всё-таки хорошие парни победили, а Турция была на их стороне. Я могу полететь в Анкару, встретиться с Эрдоганом, посетить Инджирлик и Адану, внести пожертвование на восстановление больницы, поблагодарить их военно-воздушные силы и так далее. Не было предпосылок, что мы смогли бы получить миленький договор между турцией и курдами.

Похоже с Курдистаном будет так же. В конце концов, мы разгребали жар за них, и им это хорошо известно. Подписать мирный договор, посетить места боевых действий, осудить применение химического оружия и привести курдов и турок к официальному подписанию мирного договора. Тем временем, возможно, я смогу представить курдского президента главе "ЭксонМобил", пока буду там. У них столько хорошей нефти, которая только и ждёт, что к ней подведут турецкий трубопровод. Вероятно, британцы займутся тем же со своей БП[8]. Всё по-честному – у курдов много нефти, и теперь она по закону в их полном распоряжении.

Я приказал Конди тщательно подготовиться: ей предстоит куча дел. Через пару недель нужно спланировать мою поездку, остальное займёт столько времени, сколько потребуется. Если ей придётся сыграть роль челночного дипломата, при необходимости она может взять любой самолёт воздушного флота. Может это её звёздный час, и я позволю ей обрести столько влияния, сколько она захочет. В частном порядке я сказал ей попробовать показать помощь Джона Маккейна, всё-таки ему это поможет в кампании 2008 года.

Компания продемонстрировала бы его "внешнеполитическое влияние", то чего мне так не хватало, когда я баллотировался на пост вице-президента. (Так вышло, когда после высадки в Никарагуа, нам пришлось бежать в Гондурас, выбивая взлётно-посадочную полосу у наркотических дилеров, и этот случай у масс-медиа не был засчитан как внешнеполитический опыт, а поместье на Багамах стоимостью во много миллионов долларов совсем не тот сигнал, который мы хотели бы донести).

Плюс в том, что на сегодняшний день Джон накопил огромный внешнеполитический опыт. Во время курдской войны я использовал его как нерезидентного агента в нескольких странах региона, в разные годы он посетил не одно государство. Вообще, внешняя политика – одна из немногих областей, в которых президент может как-то влиять на развитие событий, к лучшему или худшему. Внутри страны президентов зачастую сдерживает огромное количество особых интересов, что ограничивает их деятельность. Денежная политика контролируется полунезависимым Федеральным Резервом, а фискальная и бюджетная политика подчинена Конгрессу, который слишком часто покупается и продаётся на К Стрит*.