Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 267)

Ещё в 1920-х годах один итальянский генерал по имени Джулио Дуэ придумал теорию о том, что массовыми бомбардировками можно победить в войне, не имея войск. По его теории, которая была переработана в концепцию стратегического бомбардирования, если бомбить врага, особенно цели в глубоком тылу – города и инфраструктуру, можно нанести огромный урон и ослабить их боевой дух. Это действительно звучало как отличная идея, и большую часть двадцатого века именно это мы и пытались сделать все время.

Это не сработало на Германии или Японии, это не сработало в Корее, Вьетнаме или Сербии, и в первый раз это не сработало в Ираке. В каждом случае необходимо было отправлять войска. К счастью, к тому моменту, как мы дошли до "Бури в пустыне", уже все знали, что это будет необходимо. Бомбардировки могли быть чрезвычайно полезными, но сами по себе они бы не помогли курдам.

Днём в среду мы начали понимать, что происходило, и какой была стратегия Ирака. У Саддама Хуссейна было два подразделения бронированных и механизированных отрядов Республиканской Гвардии. Это означало примерно шесть дивизий, хоть они и были значительно меньше, чем соответствующая американская дивизия. И все же там было около семидесяти пяти тысяч бойцов, тысяча танков Т-72, и множество других более старых танков, бронетранспортеров и грузовиков.

Они были разделены на две группы и таким образом пытались зажать Киркук в тиски, будто бы хотели его окружить. Химическое оружие применялось в изолированных курдских городах, но не в тех зонах, через которые планировала проходить их Гвардия. Это было стандартной российской доктриной, поскольку большую часть снаряжения и навыков они получили именно оттуда.

Утром шестнадцатого числа часть настоящего ужаса начала становиться известной остальному миру, когда иракцы начали появляться после побега из зон, по которым пустили горчичный газ. Химические ожоги и волдыри выглядели настолько пугающе, что большинство СМИ отказывались показывать их.

Конечно, не все – часть таблоидов украсили так первые страницы в полном цвете, чего было достаточно для того, чтобы затошнило. После этого остальные тоже начали это показывать. Мы также начали получать сводки об американских жертвах, которые вместе с отрядами "Пешмерги" пострадали от газа, и выяснили, что среди погибших был и Бисмарк Майрик, наш специальный представитель. Об этом мне сообщила Конди Райс, и я пообещал ей, что мы сделаем все возможное для его семьи.

Потребовался целый день на то, чтобы переправить главные единицы 82-й воздушной в Инджирлик на С-17, где они пересели на более компактные и удобные С-130 для полета в Эрбиль. Эрбиль был достаточно далеко от фронта, чтобы у него не было опасности мгновенного налета. Они высадились там, и затем продолжили перемещение на любом транспорте, которое они могли выпросить, занять или угнать, чтобы прибыть на фронт.

"Пешмерга" сражалась с доблестью, но автоматы Калашникова и гранатомёты не справились бы против Т-72, и они отступали. Планом битвы было то, что пехота, которую мы отправили первой, смогла бы стабилизировать линию фронта на достаточное время, чтобы наша прибывающая из Европы бронированная и воздушная техника могла бы разбить иракцев до конца.

В любом случае, так было в теории. Как хорошо это бы сработало – никто не знал наверняка. 82-я воздушная часть известна тем, что может в течение суток оказаться в любой точке мира, но все намного сложнее. Да, главные единицы, например, первая пара батальонов, могла бы это сделать, но после этого все становится настоящим хаосом и суматохой.

Ещё неделя понадобилась бы на дорогу для оставшихся отрядов 82-й группы и Рейнджеров, и прошла бы по меньшей мере ещё неделя, прежде чем бы появилась 173-я воздушная бригада из Италии, чтобы помочь, и, вероятно, ещё неделя после того, чтобы на место прибыла бронированная техника из Германии. Даже это было бы лёгкой броней, поскольку у нас была доступна только одна тяжело бронированная бригада, 1-я танковая дивизия с танками М-1 Абрамс, и вторая, 2-й кавалерийский полк, который использовал лёгкие пехотные боевые машины.

Кавалеристы не могли сражаться с танками, по крайней мере, с большой лёгкостью. Британцы тоже направили свою тяжело бронированную бригаду, 7-ю танковую дивизию, размещённую в Германии, она бы прибыла примерно в то же время, что и наша. В это время возвращавшийся в Штаты транспорт мог бы подобрать доступные им боевые корабли из 101-й дивизии, пока транспортные вертолеты оставались там. В большинстве случаев главной проблемой было небольшое количество доступного воздушного транспорта. Даже с раздутыми расходами на него у нас не было достаточно самолётов, чтобы перевести сразу всех.

Воздушные силы были в куда лучшем состоянии. Ракетные удары и бомбардировки первого дня осадили воздушные силы Ирака, и последующие атаки полностью их уничтожили. Мне сообщили, что в первые два дня боевых действий американские пилоты подбили девятнадцать самолётов без каких-либо потерь с нашей стороны, и больше потом вылетать никто не посмел. Как только 82-я часть оказалась на месте, они смогли бы вызывать точечную поддержку с воздуха.

Первый контакт между американскими и иракскими сухопутными войсками состоялся в пятницу семнадцатого числа в небольшой долине где-то на северо-востоке от города Зоя. Это в общем было на юге от Эрбиля и на западе от Киркука, и западные тиски наступали, чтобы попытаться зажать Киркук. Они серьезно давили на "Пешмерга", и, хоть Воздушные Силы и пытались осуществлять поддержку с воздуха, у курдов не было раций, чтобы с ними связаться.

В целом они были лёгкой пехотой, храброй и подобающе подготовленной, но без необходимого им снаряжения. Они отступали вверх по долине, когда небольшой батальон десантников, словно кавалерия, появились на вершине холма, прибыв на потрёпанных и побитых гражданских грузовиках. С ними была батарея 105-й дивизии, которые ехали на Хамви.

Десантники смогли выстроить цепочку по всей долине, за ними обратным скатом выстроилась 105-я дивизия, и они мощно стояли на месте, когда иракцы наступали вперёд. "Пешмерга" собралась вокруг них, как обычно намерзал лёд в стакане замерзающей воды. В это время десантники начали вызывать точечную поддержку с воздуха. Это было обычной тактикой пехоты при столкновении с более сильным механизированным отрядом, и это сработало.

Республиканская Гвардия застыла на месте и начала отступать, чтобы зализать свои раны. Но чего обычно не показывают в песочнице, так это цену, которую приходится за это заплатить. Этот небольшой батальон по количеству человек уступал втрое, столкнувшись с большей частью первой бригады, 6-й механизированной дивизией "Навуходоносор", и вот так счёт жертв у нас был таков: более двадцати погибших и более пятидесяти раненых, и мы ожидали, что будет ещё хуже.

Три ночи подряд я проводил по паре часов после ужина в командном пункте. Курдистан был впереди нас на семь часов, так что к ужину по нашему времени события дня там бы уже закончились. Хоть у американских войск и были приборы ночного видения, у "Пешмерги" же их не было, и у нас всё ещё сильно недоставало мощи, чтобы начать проводить какие-либо ночные атаки.

Это всё ещё было одной из самых крупных проблем в этой войне. Хуссейн сильно поумнел. Он не дал нам полгода подготовиться и затем атаковать его по нашему усмотрению. В этот раз хозяйничал он, и даже при том, что мы давили на него с воздуха, у него было достаточно боевой мощи, чтобы вредить нам и курдам.

В пятницу семнадцатого числа, получив последние сведения с командного пункта и услышав о Зое, я вернулся в резиденцию. Моими первыми мыслями было забраться в президентский самолёт и отправиться туда, но я знал, что это было просто глупо. Я уже был устаревшим командиром батареи; пытаться взять контроль в свои руки было бы так же глупо, как и Джонсону было звонить какому-то парню из Дельты. Мэрилин поняла мое настроение и просто села читать в кресло рядом со мной. Шторми дремала рядом со мной в моем кресле. В 8:15 зазвонил телефон, и я взял его с кофейного столика, стоящего рядом:

– Алло?

Раздался приятный альт:

– Мистер президент, говорит полковник Диллард из командного пункта. Мы бы хотели, чтобы вы зашли, сэр. Ирак запустил ракеты.

Я тихо выругался, и Мэрилин подняла на меня взгляд.

– Буду через пару минут, полковник! – и я положил трубку.

– Проблемы? – спросила Мэрилин.

Я улыбнулся и пожал плечами, пока вставал:

– Как и обычно. Знаешь, конец всему миру и западной цивилизации, которую мы знаем.

– Скажи мне, если нужно заволноваться.

Я наклонился и поцеловал жену, после чего сунул ноги в тапочки и направился вниз. В командном пункте я сел на свое обычное место во главе стола и взглянул на остальных. На меня смотрела женщина в форме морской пехоты с орлами на погонах.

– Полагаю, полковник Диллард?

– Да, сэр, благодарим вас, что пришли, – и она включила на большом экране карту Среднего Востока.

– Приблизительно пятнадцать минут назад с территории Ирака было произведено одиннадцать запусков ракет, либо Скад, либо аль-Хуссейн. Две было направлено в Кувейт, три в Турцию и шесть – в Израиль.

На карте красными звёздами было отмечено то, что, как я предполагал, было местами удара.