Ролли Лоусон – С чистого листа главы 100-165 (страница 234)

– Нет! Они не могли! Предатели! – и Мэрилин расхохоталась ещё громче.

Я не знал, правда ли это; было вполне в ее духе так соврать, чтобы меня поддразнить. Это бы стало семейной шуткой!

В субботу двадцать девятого ноября мы с Мэрилин сели смотреть "Субботний вечер в прямом эфире", чтобы увидеть, во что ввязались наши дочери. Лучше бы я пошел спать. Ари Флейшер бы просто прибил нас в понедельник утром, если до этого он не лопнул со смеху. Открывающий скетч был вариацией идеи "приведи собаку на работу", которую наложили на меня, только "Шторми" сорвалась, пронеслась по Овальному Кабинету, справила нужду на китайского посла и нажала на красную кнопку на моем столе, запустив ядерные ракеты,

– В ПРЯМОМ ЭФИРЕ ИЗ НЬЮ-ЙОРКА, СУББОТНИЙ ВЕЧЕР!

Затем близняшки выступили с монологом о том, каково жить в Белом Доме, и позднее поучаствовали в скетче, где они пошли на двойное свидание, и за ними следовали их охранники Секретной Службы, только они были настолько близко, что они тёрлись плечами и оставались между девочками и их парнями все время, даже, когда они танцевали.

После передачи мы позвонили им и немного пообщались. Они были в восторге, и собирались на вечеринку с некоторыми из состава. Мы с их матерью только закатили глаза и помолились, чтобы они не оказались на первой странице "Nеw Yоrk Роst". Не то что бы я все равно победил в Нью-Йорке, но лишняя нервотрёпка мне была ни к чему.

Через неделю после того, как девочки побывали на "Субботнем вечере", я снова оказался в новостях. В субботу шестого декабря прошли военные игры между армией и флотом. Мэрилин уклонилась от этого, но мы с Чарли полетели на вертолете в Филадельфию на игры. У меня был свободный вход на игры, и в 2002-м я там побывал. В этом же году это было не вариантом на выбор; я сделал ставку и должен был прийти! Нас с Чарли проводили на центр поля и бросили монетку для начала игр. Чтобы подчеркнуть мою нейтральную позицию в качестве главнокомандующего, первую половину игр я провел на стороне флота, и затем во время второй половины я пересел на сторону армии. Чарли же, крыса, все время просидел с флотскими! И что хуже всего – флотские надрали задницу армейцам, выиграв со счётом 34-6! Вот позорище!

Две недели спустя я сдержал свое обещание. В пятницу вечером семья Бакмэнов пригласила в Белый Дом команду флота, игроков и тренеров и остальных. Мы угощали всех курицей в вине, которая была добавлена в официальный перечень блюд Белого Дома. Я заставил Чарли надеть миниатюрную ленточку от Серебряной Звёзды на пиджак. Он уже не выглядел как закоренелый пехотинец, поскольку он отрастил усы в стиле Фу Манчу, и его волосы уже были длинными и волнистыми. Эти парни были того же возраста, что и Чарли, но, увидев его Серебряную Звезду, старались рядом с ним держаться ровнее. Девочкам это тоже понравилось, поскольку молодым симпатичным девушкам нравится находиться среди кучки крупных и накачанных парней в форме.

На следующий день я вылетел в Вест-Поинт, где работники установили столовую под тентом на стадионе Мичи. Это был не "Форт Фростбайт", но было достаточно холодно. Я приказал, чтобы все почести опустили, так что футбольная команда не знала, что я еду. Парни с юмором восприняли мое появление в полевой форме и прыжковых сапогах, закамуфлированными погонами капитана, шевроном 82-й Воздушной части и соответствующими квалификационными и наградными шевронами. Может, они и жевали сухой паек, но главнокомандующий ел его с ними, и мы втайне устроили очень неплохой десерт (вишневый юбилей, политый жгучим Киршвассером поверх мороженого) в Вашингтон-Холле. Я сел с кадетами и они показали мне, как есть их сухой паек. Я честно сказал им, что не важно, как они были плохи, они все ещё были намного лучше, чем то, чем в свое время в армии питался я сам.

За десертом у меня случился один интересный разговор с парой кадетов. Кадет-лейтенант Миллер, взглянув на мои капитанские лычки, спросил меня:

– Сэр, а какие отличительные знаки у главнокомандующего?

Я улыбнулся:

– Понятия не имею, мистер Миллер. Пять звёзд – это генерал армии, но я думаю, что Брэдли был последним из них. Не думаю, что потом у нас такие были.

Другой кадет включился в разговор и сказал:

– Технически, есть звание выше – генерал армий, которое дали Першингу, Вашингтону и МакАртуру, что теоретически представляет собой шесть звёзд, хотя никто им погон не выдавал.

– Вот как? Ну, полагаю, главнокомандующий все равно выше по званию, тогда сколько же у меня звёзд? Семь? Восемь? По мне, звучит нелепо.

Миллер спросил меня:

– Вы же были капитаном, так?

Я кивнул:

– Угум. Позвольте мне сказать вам кое-что, ребята. Мне многие говорили, что мои деньги принесли мне множество всего. Что я купил место в Конгрессе, место вице-президента, президентское кресло, – тут я ухмыльнулся и добавил: –…красивую жену… что ни назовите, – и затем я приподнял руку и похлопал по погонам на плече, – Говорите, что хотите. Это я заслужил. Когда я приколол эти погоны, это было одним из лучших дней моей жизни. Мои деньги не имели к этому никакого отношения, – и затем я похлопал по своим шевронам. – Здесь то же самое. Пули не знают, сколько у тебя денег. Не важно, сколько у меня будет денег, или сколько дерьма мне придется выслушать от людей, я могу встать перед зеркалом и честно сказать "Я это заслужил". Это что-то, что я всегда смогу сказать.

Затем я ухмыльнулся и добавил:

– Красивую жену я тоже заслужил, но это совсем другая история!

На это раздалось множество смешков, но я видел, что парни задумались о том, что я сказал. Затем я рассказал им о времени, когда финансист из Нью-Йорка пытался захватить Бакмэн Групп в ранние годы, и когда мы вежливо ему отказали, он пригрозил нас обанкротить. Я же сухо сказал ему, что я прыгал из самолётов посреди ночи и убивал людей, так что чтобы заставить меня занервничать – нужно нечто большее, чем просто чудак в туфлях.

Во время зимних каникул мы дали официальное объявление, что я собирался баллотироваться на переизбрание. Мы всем составом, включая меня с Мэрилин, близняшек, Чарли и даже Шторми, вылетели в Оклахома-Сити. Фрэнк Китинг уже покинул свой пост, и я встретился с губернатором-Демократос Брэдом Генри. После этого, однако, его отправили восвояси, поскольку он бы ни в коем случае не захотел бы отправляться со мной в Спрингборо. Я давал свое объявление там же, откуда и попал на политическую карту страны, так что мы на своем правительственном кортеже доехали до Спрингборо, и выступили в школьном спортзале, в том самом, где во время моей речи раздалась сирена о торнадо.

Это случилось три года назад, и в Спрингборо меня запомнили. Не вредило и то, что Мэрилин и девочки были симпатичными, или то, что Чарли был награжденным героем, или то, что Шторми была огромной глупой собакой из Спрингборо. Я дал зажигательную речь о решительном духе "Оклахома – сила!", и как я собирался взять этот дух с собой, катаясь по стране и говоря с великими американцами, как они. Больше эмоций, меньше деталей. Политика 101. Семья Торквистов тоже была там, в середине первого ряда, и мы поприветствовали их и представили Чарли. Том Торквист тоже был морским пехотинцем, так что он вполне смог убедить американский легион дать мне клятву в верности. После этого мы приехали в их новый дом и осмотрелись. У Мэгги был новый выводок щенят; в этот раз я отказался!

После этого я поехал в Шони и сделал ещё одну агитационную остановку в больнице и поговорил о тех чудесах, которые они творят, и затем мы отправились в Оклахома-Сити, устроили ужин со сбором пожертвований, дали речь и переночевали там. Когда мы вернулись на самолет, летевший домой в Вашингтон, Чарли сразу же попросился соскочить с агитационных поездок.

– Как ты с этим справляешься? – спросил он.

– Помогает, если много пьешь, – сказал я ему, на что Мэрилин ударила меня по руке. Затем я подлил масла в огонь, сказав: – Помогает ещё больше, если можешь летать с милой девушкой-интерном Белого Дома.

Девочки завизжали на это, а Чарли только рассмеялся.

– Твой отец думает, что он смешной, – сказала моя жена.

– Эй, у Билла Клинтона это сработало.

– Продолжай в том же духе, и к тому времени, как мы прилетим, у тебя все руки будут отбиты!

– Я не переживаю. Вы все равно все бьете как девчонки, – на это они втроём начали по мне барабанить, так что я сбежал, пройдя по проходу и вернулся в секцию для прессы в самолёте. Большая часть вопросов была о предстоящих выборах и о том, кто будет баллотироваться против меня.

Со стороны Демократов там было около десятка кандидатов. Главный из них, казалось, был Джон Керри, который вместе с Элом Гором баллотировался против меня на пост вице-президента, но не сыграл особой роли в выборах. В прошлый раз гонка была между Джорджем и Элом, и мной против Билла Клинтона. На Джона никто тогда не обращал внимания. Также участие принимал и Джо Либерман, один из сенаторов из Коннектикута, сенатор Джон Эдвардс из Северной Каролины, бывший губернатор Вермонта Говард Дин, и даже Дик Гепхардт, бывший конгрессмен и постоянный любимчик Среднего Запада. Было озвучено и ещё полдюжины имён, но никто даже не подумал, что у них вообще есть шансы.